Чтение онлайн

Таким образом, брак — почти всегда провал. Только в редких случаях это не так, но это — исключения. Они не считаются. Брак — всегда на грани раскола, потому что создается не на тех основаниях. В основе настоящего брака может быть только любовь, другого пути нет. Иначе невозможно точно определить, на одной ли волне вы существуете, одной ли вибрацией вы колеблемы. Другого способа выяснить это — нет.

Бесполезна и астрология, как и чья-то престижность, авторитет семьи. Нет, всё это не важно. Важна только одна вещь: когда два человека вибрируют таким образом, что их колебания превращаются в узор, в гармоничный узор. Только вибрация решает всё.

В лучшем мире люди смогут больше двигаться, общаться, встречая как можно больше людей, чтобы действительно найти того, с кем они подошли бы друг другу, то есть того, кто имеет подобное качество, которое подойдет вам и дополнит, вольется в вас.

Любовь — возможна. Если общество здорово и не слишком извращено — любовь возможна. В хорошем, здоровом обществе любовь должна быть естественна. В извращенном обществе — в таком, в котором живем мы и живет весь мир,— любовь стала маловероятна; вероятным остался только секс. Но сострадание станет возможным, только если вы приложите усилия, чтобы стать внимательным, иного способа нет.

Высшую ступень сострадания я называю святостью. Первую ступень — болезнью, нездоровьем; второй ступени, которую я называю здоровой, нормальной, общество в состоянии достигнуть. Первая стадия доминирует тогда, когда общество тормозит жизнь индивидуальности, пытается ею манипулировать и подчинить себе.

Третью ступень я называю святостью, потому что она вмещает в себя целое. Это возможно в случае, если вы делаете собственные усилия. Медитация приведет вас к состраданию. Будда сказал: Если вы медитируете, сострадание появится само собой.

Последний вопрос:

Ошо,

Я слушаю то, что вы говорите, но всё во мне твердит: «Нет, нет, нет». Я хочу оставить занятия. Хочу пойти домой.

Вы — глупец. Вы уже дома. Куда еще вы хотите идти?

Вот пример.

Алкоголик возвратился как-то домой за полночь.

Он был так пьян, что не узнал свой дом. Постучал в дверь. Его старая мать открыла и сказала:

— Входи.

Но он ответил:

— Старуха, я стучал, чтобы просто спросить: где мой дом? Только скажи — и всё. Я припоминаю, мой дом где-то в этих краях. Дорогу вроде бы узнаю.

Женщина сказала:

— Что ты говоришь? Дуралей! Входи! Это — твой дом!

Мой ответ вам — такой же. Вы — уже дома. Кому вы говорите: «Нет, нет, нет»? Скажите: «Да» — и входите.

Достаточно на сегодня.

Будда сказал:

Посмотри вверх на небеса, затем вниз на землю, и они напомнят тебе о их мимолетности.

Посмотри на мир — и он напомнит тебе о его мимолетности. Но, когда ты обретешь духовное просветление — ты обретешь мудрость. Обретенная таким образом мудрость тотчас выведет тебя на путь.

Будда сказал:

Ты должен подумать о четырех элементах, из которых состоит тело. Каждый из них имеет свое название, и там нет вещи, называемой «эго», — оно похоже на мираж.

Я вспоминаю роковой день — 21 марта 1953 года. Множество жизней я работал, работал над собой, боролся, делал абсолютно всё, что было возможно, — и ничего не происходило.

Теперь я понимаю, почему ничего не происходило. Само усилие было препятствием, сама лестница мешала, самое желание искать было препятствием. Этого нельзя обрести при помощи поиска. Поиск необходим, но потом мы приходим в точку, где нужно отбросить и поиск. Чтобы переплыть реку, нужна лодка, но потом приходит момент, когда вы должны выйти из лодки, оставить ее и забыть о ней. Усилие нужно, без усилия — ничто не возможно. Но ничего нельзя достичь одним только усилием.

Лишь незадолго до 21 марта, за семь дней до того дня, я перестал работать над собой. Наступает момент, когда ты видишь полную бесполезность усилия. Ты сделал всё что мог — и ничего не произошло. Ты сделал всё, что в силах человеческих. Что ты можешь еще сделать? В абсолютной беспомощности человек опускает руки.

И в тот день, когда я отбросил поиск, в тот день, когда я ничего не искал, в тот день, когда я даже не ожидал, что случится что-либо,— всё и началось. Возникновение новой энергии — из ниоткуда. У нее не было источника. Она шла из ниоткуда и отовсюду. Она была в деревьях, в камнях, в небе, и в солнце, и в воздухе — везде. А я столько думал, я думал, что она очень далеко, а она была так близко, так близко.

Именно потому, что я искал, — я был неспособен разглядеть то, что рядом. Ищут всегда вдалеке, ищут всегда на расстоянии — а оно было недалеко. Я искал вдали и пропустил то, что вблизи. Мои глаза были направлены далеко за горизонт, они потеряли способность видеть то, что близко, то, что окружает.

В тот день, когда я прекратил прилагать усилия, прекратился и я сам. Потому что невозможно существовать без усилий, невозможно существовать без желаний, невозможно существовать без борьбы.

Феномен эго, личности — это не вещь, а процесс. Это не вещество, которое в вас сидит; вам приходится создавать его каждую секунду. Это похоже на велосипед. Когда вы крутите педали — он едет, если перестаете — останавливается. Он может проехать еще немного по инерции, но, в тот момент, когда вы перестаете крутить педали, он уже начинает останавливаться. У него больше нет энергии, нет энергии, чтобы продолжать движение. И он падает.

Эго существует потому, что мы крутим педали желаний, потому что мы продолжаем чего-то добиваться, потому что мы пытаемся прыгнуть вперед себя, прыгнуть в будущее. Прыжок в несуществующее и создает эго. А поскольку это будущее происходит из несуществующего — оно похоже на мираж. Оно состоит только из желаний и ни из чего больше. Оно состоит только из жажды.

Эго — не в настоящем, оно в будущем. Когда вы в будущем — эго кажется очень даже существенным. Когда вы в настоящем, эго — лишь мираж, оно начинает исчезать.

В тот день я прекратил искать... Хотя неправильно сказать, что я перестал искать, лучше сказать, что в тот день прекратился мой поиск. Позвольте, я повторю: лучше сказать, что в тот день прекратился мой поиск. Потому что, если я что-то прекращаю, я — опять здесь. Итак, я стал прикладывать усилия, чтобы остановиться, остановка стала моим желанием, а желание переходит в очень тонкое существование.