Чтение онлайн

После него выступил Алексей Николаевич Косыгин: «Товарищи, как не прискорбно об этом говорить, но из-за непредвиденных неурожаев и заключенных нашей страной зарубежных контрактов, в частности обязательств по поставке пшеницы в Египет, наша сельскохозяйственная политика трещит по швам. В этих условиях мы вынуждены пойти на повышение цен на продовольствие. Эта временная мера должна будет сгладить дисбаланс потребительского рынка, стабилизировав доходы граждан и наличие продуктовых товаров в магазинах».

Затем слово взял председатель Совета министров СССР Хрущёв: «Товарищи, в связи с тем, что к началу лета образовался огромный недостаток хлеба из-за краха целинной эпопеи, которую не смогли грамотно воплотить в жизнь руководители нашим сельским хозяйством, считаю необходимым провести закупку зерна за границей, чтобы насытить наш рынок и отправить в Египет».

Далее были заслушаны доклады нескольких министров, в том числе финансов, тяжелой и легкой промышленности, иных руководителей страны и принято очередное мудрое решение партии. Одним словом, предложение вождей свелось к идее «раз у людей есть деньги, то уменьшим им зарплату и повысим цены, чтобы стабилизировать рынок». В результате, закупленная в Канаде за золото пшеница оказалась поистине на вес золота, что еще больше подорвало международные позиции рубля, и соответственно, хоть и косвенно, но сказалось на годовом бюджете государства.

Я обсуждал свое видение ситуации с товарищами только приватно: «Товарищи, чтобы вы там себе не придумывали ничего, давайте я расскажу свои соображения, а вы уже соглашайтесь с ними или нет. Для чего я это говорю, а для того, чтобы мы и дальше были единой командой, трезво смотрящей на ситуацию в стране и делающие правильные выводы, а не спорили до хрипоты друг с другом. Все это вы обдумаете на досуге и, я надеюсь, что согласитесь с моей точкой зрения. Нам еще надо будет страну вытаскивать.

Хрущевское руководство стремится любыми способами добиться повышения рентабельности аграрного производства, при том, что не хватает сельхозтехники, инфраструктура хранения и переработки урожая находится в зачаточном состоянии на новых землях, хромает логистика. Это связано с огромными расстояниями, отсутствием асфальтированных дорог, кроме грунтовых, которые при даже небольшой непогоде превращаются в непроходимые земли, элеваторов, зернохранилищ и так далее, совершенно непродуманна, а правильнее сказать отсутствует, система орошения целинных земель, где ветра и жара делают свое гибельное дело.

В центральной России и Украине, в угоду принятым политическим тенденциям, председатели колхозов и совхозов, уменьшая посевы пшеницы, сеют кукурузу, даже в непригодных для ее роста климатических местностях.

В это же время начата борьба с подсобным хозяйством, людей в городах и деревнях заставляют сдавать в колхозные стада личных овец, коз, коров, ввели налоги на плодовые деревья. То есть, руководством страны взят курс на тотальную коллективизацию и борьбу с частной, а точнее, с личной собственностью, выбивая частников, как класс. А сейчас, в условиях голода, эти городские жители могли бы неплохо протянуть на подсобном хозяйстве, но оно развалено. В настоящее время жители сел оказались даже в лучшем положении из-за наличия огородов и, какого-никакого подсобного хозяйства. Правительство делает все очень не своевременно и не продуманно».

Мужики чесали головы, но соглашались со мной. Попутно я вспоминал скупые рассказы об этом времени, потому что не любили они говорить о таких моментах, своих бабушки и дедушки. Они жили в своем частном доме на окраине города, но имели живность и сад, в связи с чем, сильно пострадали от проводимых мер. Вспоминал и сравнивал с тем, что вижу сейчас сам. Было ощущение, что руководство страны настолько оторвано от реального положения дел в стране, и вместо планомерного научно-обоснованного развития хозяйства все время кидается в какие-то крайности. Хотя уже тогда прекрасно развивалась шведская модель капиталистического социализма, можно было проанализировать опыт финской, австрийской или швейцарской экономических политик. У нас же все делалось на надрыве людских сил. Сколько молодежи, поддавшись новым лозунгам, положили свое здоровье на освоение ненужных в то время целинных земель.

Однако, все мои мысли оставались при мне, на совещаниях я их, естественно, не озвучивал, а итогом таких вот совещаний стало следующее.

31 мая 1962 года во всех центральных газетах было опубликовано Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О повышении цен на мясомолочные продукты». Было решено повысить розничные цены на мясо и мясные продукты в среднем на 31 %. В газетах это событие преподнесли как «просьбу всех трудящихся».

Естественно, что такая мера была не популярна, так как предыдущая сталинская политика ежегодного снижения цен, проводимая именно 1 апреля, которое впоследствии сделают днем смеха, наоборот, имела большую поддержку советского народа. Повышение цен вызвало острую реакцию по всей стране. Уже на следующий день в Москве, Ленинграде, Киеве, Донецке, Днепропетровске и других городах появились листовки с призывами свергнуть «антинародную советскую власть». Правда, за исключением Новочеркасска дальше этих призывов события не пошли, а южане дали жару.

За несколько месяцев назад, в марте проходило совещание руководства НЭВЗа. Директор Курочкин, сидя за столом, вещал: «Товарищи, партия и правительство требует от нас повышения выработки продукции, ускоренного строительства новых цехов. Нужно отметить, что сейчас в стране сложная ситуация, требующая затянуть пояса потуже. Поэтому, чтобы отрапортовать о выполнении указаний партии, предлагаю на 10 % снизить расценки за тяжёлый труд разнорабочих, а также на треть увеличить норму выработки для остальных рабочих. Товарищи, прошу высказываться».

Поднял руку Шалимов старший: «Разрешите мне, Борис Николаевич».

– Давайте, Владимир Иванович, что скажет наш ветеран строительства?

– Понимаете, партия не приказывала сокращать зарплаты, никаких таких указаний не было, а мы бежим впереди паровоза, зачем? В результате этих мер, заработная плата уменьшится, а обнищание рабочих, я не боюсь этого слова, повысится. Многие наши работники живут в бараках или коммуналках, многие в съемных комнатах или флигелях, в своих частных домах проживают в основном начальство или кому повезло в них родиться. То есть довольно большой слой населения города малообеспечен, а мы им еще зарплату урезаем. У меня работают «химики» или «почти выпущенные» на свободу зэки. Вы понимаете, что это значит? Вчера надо было лезть в котлован под опору, поправить стенки, а там воды по пояс, а март на дворе, холод собачий. Есть у нас тут один мужичок, старший бригады «химиков», по фамилии Вишнев, он и говорит работяге – лезь, тот в ответ – не полезу. А Вишнев как врежет тому ребром лопаты по позвоночнику, мужик так и улетел в яму – чуть не захлебнулся. Хорошо я рядом был, проверял, как на соседнем участке монтировали бетонную опору, увидел это и побежал разбираться. Мужика достали, да и фуфайка удар сгладила, обошлось без травм.

– Так надо наказать Вишнева!

– Вот и накажите, товарищ Бухальская, пойдите и накажите матерого зэка, а я посмотрю, чем вы его проймете и, куда он вас пошлет! А еще они мастера подлянок – не понравился мастер, требует много, так и делают ему гадости. Недавно разбирались с производственным случаем – залили опору, установили металлические закладные по чертежам, через несколько дней бетон затвердел, стали ставить опору, а выпуски этих закладных сбиты.

– Как сбиты?

– Да как, сдвинули их, когда никто не видел на несколько сантиметров и все.

– И что делать?

– Полностью разбивать бетон, выдергивать закладные и устанавливать их по-новому с новой заливкой – вот что делать придется, а это время и силы. Вы понимаете, сколько на заводе может быть таких вот диверсий – это же уголовники, от них всего можно ожидать, а виноватого не найдешь. Но они ладно, практически бесплатно работают, их эта мера не коснется, а обычных работяг за что наказывать, те тоже вполне могут саботировать работу? Мало того, что в магазинах не купишь продуктов, так еще и зарплату урежем. У меня половина рабочих разбежится, если им платить меньше станем, работа же тяжелая – стометровый цех с нуля построить не шутка.