Чтение онлайн

Потом он облизал ложку, посмотрел в небо, из которого падали редкие снежинки, и добавил:

— По крайней мере, она была таковой до нашего ответного удара. Хотя, если так пойдёт дальше, понятие «сверхдержава» канет в Лету, — он горько усмехнулся, — как и всё человечество.

— А спецназ откуда взялся? — пытался утолить любопытство Влад. — И ты, Аня?

— Это вот к ней вопросы, — бросил в ответ капитан.

Аня, наконец, наелась и сидела с очередной кружкой горячего кофе со сливками, закутавшись в куртку и накинув капюшон на голову. Кружку она держала обеими руками и смотрела на догорающее сухое горючее.

— Наверное, всё дело в том, что я одна из тех немногих, кто считает рассказ Алекса имеющим право на существование. И если мы попытаемся провернуть то, что он задумал, хуже не будет. У нас хотя бы есть цель, кроме той, чтобы просто выжить.

Она сделала небольшой глоток.

— А спецназ… Пришлось коего-кого убедить в важности происходящего, правда, не раскрывая всех деталей. Сказали, что ты, Влад очень большая шишка, обладающая чрезвычайно важными сведениями государственной важности.

— Надеюсь, не то, что я якобы знаю, где скрывается бывший американский посол?

Аня даже подняла указательный палец.

— А вот это, кстати, очень хорошая мысль! В следующий раз так и скажу, — рассмеялась она.

— А?.. — Влад мотнул головой в сторону пограничника.

— Ну а чтобы найти Алекса без значительной доли везения не обошлось. Плюс некоторые догадки относительно пункта вашего назначения. Внезапно образовавшийся затор на трассе федерального значения, вызванный поиском тех, кто уничтожил группу патрульных. И тому подобные нюансы.

— Понятно.

Пограничник встал с раскладного стула и объявил:

— Я дежурю первым, потом Аня. Тебе, — он указал пальцем на Влада, — спать.

Спать, так спать. Тем более, что спать действительно очень сильно хотелось. Даром, что говорят, будто организм восстанавливается во сне. Однако, чувствовал себя Влад всё лучше и лучше.

— Есть ещё одно, — вспомнил Влад.

— Что ещё? — насторожился капитан.

— «Старший» упомянул некий Комитет, — сказал Влад, держа в руке ложку, — мол, зачем мне всё это ведь я не работаю на Комитет и могу с чистой душой рассказать, куда мы направляемся. Они очень хотели узнать конечный пункт назначения. И… что за Комитет он имел в виду, вы часом не в курсе?

Влад этого не видел, но Аня и Алексей еле заметно переглянулись, Аня при этом еле заметно кивнула.

— Сложно сказать, что именно имел в виду главарь, — попытался отпетлять капитан.

— Он имел в виду что-то конкретное, Алексей, — произнёс со всей серьёзностью Влад. Ему нужны были хоть какие-то ответы, и он намерен был их получить.

Пограничник сделал вид, что задумался и что-то вспоминает, и взвешивает то, что можно озвучить, а что нельзя.

— Алексей, — продолжил Влад гораздо серьёзнее, — я, конечно, понимаю, что такое гостайна, и про формы допуска знаю не понаслышке, но меня пытались несколько раз убить. У меня жену убили. Даже если учесть, что в последний раз я был отчасти сам виноват, то я, по-моему, имею право знать, что происходит.

Капитан помолчал, пораскинув что-то в уме, вернулся на свой стульчик, кивнул.

— Да, слышал я о Комитете. Комитет государственной безопасности…

Влад разочарованно вздохнул, думая, что Алексей опять будет уходить от ответа, недоговаривая и умалчивая в своей типичной манере, но тот на удивление решил расщедриться на куда больший объём информации, чем обычно.

— После распада Советского Союза многое изменилось. Какие-то задачи, которые выполнял Комитет государственной безопасности, в том числе по охране государственной границы, кому-то там, — Алексей взглядом указал на небо, — наверху показались второстепенными, а то и вообще не важными. Страна переживала жуткий кризис и многие подразделения перестали получать финансирование, люди увольнялись, или про них просто забывали. Особенно это касалось секретной работы с агентурными сетями и нелегалами. Мир, дружба, жвачка и реклама «Пицца-Хат» сделали своё дело, госбезопасность ушла на второй, если не на третий план, везде были только друзья, против которых вести разведдеятельность считалось чем-то неприличным. И это несмотря на то, что против нас никто не прекращал работать.

Союз трещал по швам, от него откалывались целые республики, а вместе с ними терялись архивы, оборудование, связи. С большим трудом отдельным энтузиастам удалось сохранить какие-то осколки данных, но не получив поддержки в руководстве страны, они занялись обустройством собственной жизни. Кто-то из них потом просто умер от старости, кто-то затерялся на просторах бывшего СССР, кто-то подался в солдаты удачи и воевал в той же Югославии, а кто-то просто погиб в девяностые, в том числе при весьма странных обстоятельствах. Однако, тогда гибло столько новоявленных бизнесменов и простых граждан, которых и взрывали, и расстреливали, и травили всякого рода веществами, так что особого внимания на отдельные такие случаи не обращали.

— Всё это прекрасно, — перебил пограничника Влад, — но речь шла явно не о КГБ СССР.

— И о нём тоже вообще-то. Комитет, о котором, судя по всему, вёл речь твой похититель, был создан ещё во время Великой отечественной войны, как структура НКВД с полномочиями СМЕРШа. Ну а позже, когда было создан Комитет госбезопасности, он перешёл в его подчинение. Такой вот комитет в комитете. Название менять не стали. Кому надо, тот всегда знал, о каком комитете идёт речь.

— И чем занимался этот комитет в комитете?

— Ну, в сферу деятельности Комитета входило создание нелегальной агентурной сети за границей и в приграничных территориях, и собственно охрана границы на особо опасных участках с целью предотвращения случаев чрезвычайно опасной контрабанды и незаконного пересечения границы особо опасными гостями.

Собственно, отсюда и пошло сначала неофициальное название структуры, которую между собой вовлеченные люди называли «Комитет по приёму гостей». Официально же группа называлась «Особый Комитет Пограничной Службы». Хотя про официальное название это я, наверное, преувеличил. Ни один официальный государственный архив не содержит документов с таким наименованием структуры.

— Всегда думал, что нелегалами занимается Служба внешней разведки. И зачем нужна ещё одна секретная служба? По-моему, их и так хватало во все времена.

— И СВР тоже, отличия в нюансах и поставленных задачах. Иногда их цели пересекались. Штука в том, что многие сотрудники ОКПС официально занимали должности в структурах МВД, КГБ, СВР и прочих. Боевые и оперативные группы формировались зачастую под конкретную задачу и за редким исключением не имели постоянных мест дислокации типа пограничных застав или военных баз.

— И ты работаешь в этом самом Комитете? — прямо спросил Влад.

— Да.

— Занимаешься охраной границы?

— Да.

— Но не только?

— Не только.

Всё это время Аня, сидевшая рядом, не проронила ни слова, только периодически попивала кофе, который каким-то чудом до сих пор оставался горячим, хотя воздух становился всё холоднее и холоднее.

— Проблема в том, что в конце 80-х, начале 90-х прошлого века Комитет был фактически расформирован. Точнее, он был даже не расформирован, а про него просто забыли. И не мудрено, учитывая, что официально он нигде не значился, а финансирование осуществлялось окольными путями под прикрытием выделения средств совсем на другие цели, в том числе через подставные иностранные фирмы. Финансовые потоки либо намеренно терялись в огромном союзном бюджете, либо вообще не находили никакого отражения в официальной отчётности.