Чтение онлайн

Ой, как же голова болит… как интересно. У меня же никогда не болела голова! Открыв глаза, я долго приходила в себя. Потом поняла, почему мне так плохо. Солнечный свет пробивался через остатки щита, наложенного лет триста назад, и уже почти добрался до кожи. Это плохо.

Быстро встав с кровати и позакрывав все шторы и жалюзи, создав в комнате относительный мрак, я перевела дыхание и обновила щит от солнца. Точнее, ультрафиолета.

Около трехсот лет назад я, по молодости и глупости (хотя и сейчас такая же), захотела узнать, что значит быть вампиром. Поначалу все было интересно и весело, но вампир с эйрини не уживаются, и скоро либо становится очень нестабильной сила эйрини, либо пропадает «вампиризм». Конечно, случилось последнее. Но «леди вамп» изредка «просыпается» во мне. Снова появляются клыки и все способности вампира, обладающего некромантией. Клан, который обратил меня, обладал магией некромантов.

Сильнее всего, конечно, тогда и сейчас мешает ультрафиолет. Дело в том, что, грубо говоря, у людей в коже есть меланин, отвечающий за пигментацию кожи (кроме альбиносов, тем вообще не повезло). И за загар, защищающий от ультрафиолета.

У вампиров меланин отсутствует, поэтому любое попадание на кожу солнечных лучей приводит к ожогам и даже сгоранию. Да-да, все действительно так серьезно. Поэтому не удивляйтесь, что мне очень не понравилось солнце с утра. Оно было по-летнему активным.

Еще в день обращения я смогла создать щит, который сможет защитить от ультрафиолета. Но не больше трех часов. Прошлый раз я так и не использовала его, но в этот раз пришлось. Вспоминать, как получился такой щит триста лет назад, не хотелось совершенно. Поэтому я просто затемнила все окна пока еще стабильной силой эйрини и снова заснула.

К сожалению, никто не может предвидеть всего. Тем более того, что «аська» на компьютере была включена и стояла на звуке. В итоге Ира решила меня разбудить не громкостью сообщений, а их количеством. Пришлось вставать и отвечать. Довольно хмуро, между прочим.

— Ты не в духе? — спросила подруга.

— Ты меня разбудила.

— Ладно, извини. Тогда спи дальше, потом напишешь.

— Хорошо.

Теперь можно снова попытаться заснуть.

В девять часов, наконец, потемнело настолько, что на улице стало уютно, кожу теперь не могло ничто раздражать. Я проснулась около часа назад и стала хозяйничать на кухне, не забыв покормить питомцев.

Затем, с кружкой «томатного сока», как я привыкла мягко заменять другую не менее красную жидкость, я сидела за компьютером. Ире не хватало общения, еще несколько человек спрашивали про дела, так как меня не было в «асе» почти две недели.

В комнате горел свет. Не знаю зачем, так уютнее, наверное. Но сейчас лампочка заморгала. Затрещала, снова заморгала и, в итоге, погасла. Стало холодно.

Я оглянулась на люстру, посмотрела вокруг. Вроде бы ничего нет. Но я нутром чувствовала, что лампочка не перегорела и свет никто не забирал. Возникло то же чувство, что было во время недавней поездки в Ростов.

Я встала, отошла от компьютера. Душа последовала за мной. Но, будучи вампиром, я могу не только видеть ее, но и касаться, если буду знать нужные заклинания. А я их знаю.

Как бы невзначай пройдя вплотную к стене, я резко развернулась, пригнулась, схватила душу за ногу, поставила на стенку такое же заклинание, как и на себя (чтобы душа через нее не прошла) и со всей силы дернула рукой вверх. Дух распластался по стенке и медленно сполз на пол.

— А нечего гасить свет у порядочных… созданий, между прочим, платящих налоги!

Дух застонал, поднимаясь на ноги. Затем обиженно посопел, пробормотал что-то о скором возвращении ко мне и испарился. Не больно-то и хотелось.

Мир резко загорелся голубым, да так, что все вокруг стало слепить. Все не стабильнее и нестабильнее сила эйрини. И в тот момент, когда я уже совсем хотела «потушить» силу, мне поступил сигнал, словно звонок, только не на таком маленьком расстоянии, а от Сэна, из другой галактики.

Передо мной сгустился воздух, в нем появилось лицо эльфа. Голубые глаза принца, обычно всегда спокойные, были очень взволнованные:

— Приветствую, эйрини. Как дела ее Высочества? — с некоторой ехидной, чтобы скрыть волнение, спросил Сэн.

— Приветствую, старший принц. Нормально. У Вас, я смотрю, не очень?

— О да, все идет совсем не так, как я планировал. Мне кажется, или в тебе что-то изменилось? — прищурился эльф.

— Что идет не так? Война затягивается? — взволнованно спросила я. — Во мне постоянно что-то меняется, не обращай внимания.

— Они применяют против наших войск неизвестную магию. Отряды разведки пропадают в никуда, — он помолчал. — Нет, ну я знаю, что что-то постоянно меняется, но не так кардинально.

— Как это «в никуда»? Какого цвета магия? Вот не скажу, что изменилось, пока сам не догадаешься.

— Вот так. Просто пропадают. Кажется, наши враги тоже не знают, где наша разведка. А до нас не доходит разведка «неверных». Магия у них либо темно-синяя, либо вообще бесцветная.

Сэн так увлекся разговором, что все же забыл про вторую часть диалога, не упомянув больше ничего о моей изменившейся внешности.

— Темно-синяя? А до того какая была?

— До того вроде как светло-фиолетовая.

— Плохо дело.

«Неверные». Так эльфы называют орков. Много тысяч лет назад орки и эльфы были одной расой. Но затем отделились, посчитав веру и знания друг друга неправильными. Орки пепельноволосые, смуглые, их магия, как отметил Сэн, светло-фиолетовая. Эльфы преимущественно темноволосые. Или беловолосые. Их магия разная. У правящей династии магия почти черная, с фиолетовыми искрами. У остальных — серая, завораживающая.

Отделившись друг от друга, пепельноволосые стали называть себя «орокаи» (от древнеэльфийского «оро» — желтоглазые и «каиль» — стражи добра), так как их Боги были желтоглазыми. А темноволосые назвались «ильфаи» (от древнеэльфийского «иль» — правильный, верный и «фаи» — идущие вперед). В итоге, орокаи и ильфаи начали искажать названия рас друг друга, и до нынешнего поколения дошли «эльфы» и «орки». Это было так давно, что никто не вспоминает этой истории. Только «для общего развития» один раз прочитают историю и забудут.

Эльфы загнали орков в самые далекие земли, поставив на границах мощнейшие заклинания, не позволявшие пепельноволосым прорваться «в мир». Но недавно у них это получилось.

— Ты знаешь, что происходит? — спросил принц.

— Догадываюсь. Слишком долго сидели они взаперти. Вот и придумали кучу новых заклятий. Кстати, магию затемнить может еще и «вампиризм». Вы туда вампиров не пускали?

Нелюбовь Сэна к вампирам безгранична. О ней только сказки слагать.

— Мы вампиров контролировать не можем, так как если начнем с ними тягаться, то, скорее всего, в прямом сражении проиграем. Поэтому не в состоянии остановить их. Твой дружок Карс, между прочим, может быть напрямую связан с орками, так как из такого клана, что в состоянии помочь им выбраться за пределы границы, да еще и усилить их в несколько раз.