Чтение онлайн

«Герой был тяжело ранен и вынесен с поля боя на руках товарищей»

Этот голос звучал не как прежние. А будто, прямо в голове. Тоже, к слову, что-то смутно напоминая.

«А еще что скажешь?» — попытался я разговорить неведомого собеседника. Но тот больше не отозвался.

Понятно. Дело ясное, что дело темное. И спасение утопающих в руках самих утопающих. Ух, ты… Похоже, не все чувства атрофировались. Тепло, исходящее от примостившегося рядом женского тела, я почувствовал. Не жар, а именно легкое, приятное согревание. И сразу накатила сонливость.

Нет, нет! Мы так не договаривались! Отставить сон! Сперва я должен вспомнить, что со мною случилось. Ну же, давай! Сосредоточься! Что ты помнишь?

Вспышка! Яркая вспышка… Потом удар. Похоже, наконечник копья скользнул по щиту и только краем задел шлем. Но по голове будто обухом топора засадили…

Обухом… Обухович! Воевода смоленский… У меня с ним был уговор… Так-так… Не торопись. Тяни дальше за этот кончик. Договор… Что-то я должен был сделать по именному приказу короля для Речи Посполитой… Но что именно?

Вспомнил. Я согласился сжечь Маслов Брод… Что за бред? Как можно сжечь брод? А, это не тот брод, что через реку, а деревню с таким названием. И что? Я согласился? Японский городовой! Вот уж не ожидал от себя такой подлости. Не верю! Не мог я подписаться на убийство мирных жителей. Должно быть какое-то объяснение!

— Тише, тише… — проворковала Мелисса, еще плотнее прижимаясь. — Это всего лишь плохой сон. Выспишься, отдохнешь и снова будешь крепким, сильным. На радость друзьям и на страх врагам…

Сон?! Нет, милая, ошибаешься. Сон был о инквизиторах, а Маслов Брод я таки сжег. Правда, перед этим вывел из деревни людей. Ф-фу… Вспомнил. Даже от сердца отлегло. И жителей спас и наварился на этом неплохо. Воевода мне грамоту на владение селом Замошье, с прилегающими к нему землями, передал. И еще денег посулил. А гетман Войска Низового Запорожского сразу торбу червонцев отсыпал. Да и то, лишь аванс. Обещал, при личной встрече, еще добавить. Неплохо, неплохо…

А что дальше?

Дальше мне нужны были деньги, крестьяне и бойцы в отряд. Поскольку грамота на владения, даже с королевской печатью, не делает их твоими навсегда. Если ты не в состоянии обеспечить их развитие и защитить.

Мысль о том, где все это можно заиметь в кратчайшие сроки и без особых усилий, мне подсказал, кажется, тот самый сотник, что и вознаграждение от Хмельницкого передал. Имени не помню. Не гетмана, сотника… Неважно.

В общем, собрал я своих бойцов, которых к тому времени уже имелось дюжина или больше. Имена и лица по-прежнему ускользают… И стал бомбить возвращающиеся из Руси в Крым обозы людоловов и прочих добытчиков. Освобожденных пленников принимая в отряд, по доброй воле, разумеется, и не всяких — только самых отборных рубак. Селянам предлагая на выбор — свободу вообще, или адресную — ПМЖ. Места поселения: Замошье и Пороги… Смотри, имя сотника забыл, а название его деревушки помню.

Занятная у меня амнезия. Тут помню, тут — не помню. Прям, как в «Джентльменах удачи». Только там главный герой, по легенде, с верхней полки в поезде упал, а меня — приложили чем-то по башке. Видимо, в последнем налете…

Эй! Не понял? А чем это моя сиделка занимается? Осторожнее, девочка, я же не парализованный.. а только бесчувственный… местами. А местами весьма даже чувствительный. Особенно, ниже пояса.

Ммм… Так вот значит как она собиралась разогнать кровь по жилам. Интересная тут медицина. Но я не против… И даже «за». Особенно, после того сновидения, в стиле БДСМ… Вот так… да. да… не останавливайся… Еще немного… еще… Ого! Это ж сколько я воздерживался? Спасибо, милая. Очнусь, придумаю как отблагодарить.

Хорошо то как… Легко на сердце от… забавы веселой. Она грустить не дает никогда…

Теперь прижмись, как раньше. Я больше не сопротивляюсь. В основных непонятках разобрался, остальное — подождет. Можно и поспать. Потому что утро вечера мудренее, а сапоги надо чистить с вечера... Кстати, интересно чем там, во сне, все закончилось? Нашел я палачей, отомстил или помешало что-то? Хорошо бы досмотреть… Терпеть ненавижу, когда история обрывается на самом интересном месте.

* * *

Солнечный луч пробился сквозь слой еловых лап и кольнул в глаз. Хочешь, не хочешь, а придется вставать.

«Вы хорошо отдохнули и восстановили силы. За время отдыха получен опыт — «610» очков. С отрядом разделено «380» очков. Часть ваших бойцов достойна повышения»

Не знаю, кто именно, но уж один из моих спутников точно заслуживает пары слов благодарности. Когда проснется… Видимо, всю ночь у моего ложа караулила. Вон как посапывает сладко, пристроив златокудрую головку на мое плечо. Ну и пусть отдыхает, не буду будить. Если ни Мамай, ни де ла Буссенор еще в курень не ворвались, значит, никаких срочных дел нет. Полежу еще немного…

В отличие от вчерашнего дня чувствовал я себя превосходно. И выспался, и внутренне равновесие приобрел, и даже вспомнил недостающие фрагменты прошлого. А именно, о Крымской части моего вояжа. Нового товарища — Кара-мурзу. Гнусного предателя, которого сам же и помиловал, вопреки просьбам друзей — Сабудай-мурзу. Мятеж Саин-булат хана. В котором я принял самое непосредственное участие, закончившееся свержением и убийством бывшего правителя Крымской орды Махмед-Гирея. Который устроил нам ловушку в Ак-Кермене, но благодаря моей прозорливости и, чего там скромничать, полководческому таланту, сам оказался в смертельной западне. Поскольку хитрость его я разгадал, и покойный нынче хан был пойман почти без войска в Перекопе.

Ну, а после его казни, и подтверждения уважаемыми людьми чистоты крови Саин-булат хана, дающей ему права на Крымский престол, все стало намного проще. С фирманом нового хана и сотней нукеров и моих черкесов Сафар-бей привел к присяге всех мурз, беев и беков тем или иным образом считавшихся подданными Крымской орды. Ну а сам Саин-булат, собрав все дары, какие только сумел, заторопился с посольством в Стамбул. Только после одобрения султаном, он становился истинным правителем Крыма, вассала Османской империи.

Простились мы с ним хорошо. Я получил звание трехбунчужного бека. И широким жестом отказался от десяти тысяч талеров — подарки для султана и без меня обескровили казну. Жест был оценен и взамен я получил негласное разрешение еще немного «поработать» на Муравском и Черном шляхах. С единственным условием, убивать только харцызов и башибузуков. Условие меня вполне устраивало, так что мы с Булатом, выпили чаю с шербетом и халвой, обнялись и раскланялись. Новый хан даже снизошел до того, что провел меня до самой двери тронной залы, непрерывно заверяя в дружбе и посильной помощи против моих врагов. И, наверно, чтоб окончательно сразить невероятной щедростью, Саин-булат хан разрешил мне вербовать в свой отряд любого его подданного. От простого пастуха и до вельможи.