Чтение онлайн

– Спасибо. Ты, случайно, не студент медик?

Бандура нехотя признался, что трудится разнорабочим на стройке.

– Старшим куда пошлют. «Операцию «Ы» помнишь? Старший помощник младшего дворника…

– Для старшего помощника ты ловко обращаешься с пистолетом, – прищурилась Мила Сергеевна. Андрей не дал захватить себя врасплох.

– Обижаешь, Мила. Я все-таки в ВДВ служил. – Он извлек из кармана пистолет и принялся так тщательно его изучать, словно видел впервые в жизни.

– Так он не твой?

– Откуда?! – поразился Андрей. – Я его у одного из бандитов отобрал.

– Ловко…

– Десант, знаешь, – Бандура подбросил «браунинг» на ладони, – спецназ, все-таки. Зато теперь будет мой.

– Зачем он тебе?

– Пригодится… в хозяйстве. Пускай лежит. Он есть не просит.

– Только спрячь, пожалуйста, – попросила Мила. – Терпеть не могу оружия.

– Все женщины так говорят…

– Потому что женщины дают жизнь. А оружие ее лишает.

Бандура не стал спорить. И о Кристине в тот момент не вспомнил. Разговор перешел в другую плоскость.

– Значит, живешь у тетки?

– Угу. На стройке особо не разгонишься, чтобы свою квартиру снимать. А в общаге мест нет. А и были бы – я бы не пошел.

– Почему?

– Муравейников не переношу. Один у другого на голове сидит. Воды нет. Ни помыться, ни выспаться. Хуже поганой ночлежки.

– Ты с теткой вдвоем живешь?

– Если бы, – вздохнул Андрей. – С теткой, дядькой, их дочкой, зятем, и малыми. Два пацана, один другого бойчее. И еще кошки у них…

– Представляю… – протянула госпожа Кларчук.

– Хуже китайцев, – согласился Бандура. – Все бы ничего. Если бы зять не бухал по-черному. Как с дядькой нажрутся, так давай друг друга по морде. Тетка с сестрой в крик. Пока наряд не приедет… – вздохнув, он принялся рассматривать картины в золоченых помпезных рамках, выглядевшие подлинниками, по крайней мере, в его глазах. – Крутая хата. Твоя?

Мила скромно кивнула.

– Небось целую кучу денег стоит?

– Ну, может не целую…

– Ты бизнесменша, да?

– Что-то в этом роде, – она уклонилась от прямого ответа.

– Отпад! – присвистнул Бандура. – Чтобы я так жил.

– Может, кофе? С бутербродами? Ты, наверное, голоден?

– Хорошо бы.

Мила выудила из холодильника пластиковую упаковку котлет и пиццу в картонке. Полуфабрикаты прямиком отправились в микроволновку.

– Минутку потерпи.

Бандура, не стесняясь, накинулся на пиццу, лопая за оба уха. Мила кушала аккуратно, словно кошечка.

– Слушай, а у тебя на фирме вакантных мест нет? – с набитым ртом поинтересовался Андрей. Он расправился с последней котлетой.

– Может, и есть… Надо спросить.

– Спросишь, ладно?

– Обязательно. Как с тобой связаться?

Андрей назвал телефонный номер Армейца.

– А свой телефон дашь?

– Запиши мобильный, – поколебавшись, сказала она. Андрей выцарапал номер на пачке сигарет.

– Потеряешь, – предупредила Мила. Парень ей, в общем, понравился. И она полагала, что сумеет подобрать ему занятие. «Симпатичный. Решительный. Простодушный, но, похоже, не глупый. Ни кола, ни двора, а не перекати поле. Такой мне, пожалуй, пригодится».

Посмотрев в окно, за которым наступили сумерки, Мила зевнула. Бандура пришел к заключению, что пора и честь знать.

– Ты устала, да?

– Немного.

– Извини. Мне давно пора.

Она не спешила его задерживать.

– Я тебе позвоню. – Пообещала госпожа Кларчук на прощание.

Уже на улице Андрей вспомнил, что бросил «Альфо Ромео» у банка. – «Вот черт. Теперь топай за ней через пол города». Сверившись с часами, он прикинул, что, отправившись за машиной, наверняка опоздает в больницу. – «Кристина будет на ушах».

«А если у банка козлы из крымского джипа поджидают?…» — Это была отвратительная мысль, и Бандура ее прогнал: «Они не видели, из какой тачки я вылез».

«Надежды юношей питают».

Отсутствие денег погнало Андрея на троллейбусную остановку. А опасение нарваться на бандитов, которым он кое-что задолжал, облегчило выбор между банком и больницей. – «Вечером тачку заберу. Ничего с ней до вечера не приключится».

Забравшись в троллейбус, Андрей занял вакантное кресло и мужественно отсидел четыре остановки к ряду, игнорируя страстные призывы из репродуктора уступать места гражданам с детьми и пассажирам пожилого возраста. Одна нескромная тощая старушенция чуть ли на руки к нему влезла, но он остался непреклонен, как кремень. Прямо, как в известном транспортном анекдоте:

– Товарищи, среди вас джентльмены есть?

– Джентльмены есть, местов нету!

Больница встретила Андрея безлюдными коридорами. Дверь в палату Кристины оказалась открыта, койка Кристины была застелена, на тумбочке лежала книга Марининой в суперобложке.

«Черт. Даже спросить не у кого».

В вестибюле Андрей воспользовался телефоном, позвонив домой на Лепсе. Дома сработал автоответчик, при первых же звуках своего голоса Бандура повесил трубку.

Поскольку гнаться за Кристиной было бессмысленно, стоило заняться машиной. Забрать «Альфа-Ромео» у банка, а там решать, как быть дальше. Вздохнув, Бандура отправился в центр.

Когда он появился возле банка, на улице окончательно стемнело. Редкие фонари так плохо освещали дорогу, словно стыдились многочисленных колдобин. Только окна «Неограниченного Кредита» дарили яркий свет. Видимо энергетический кризис не коснулся структур Артема Павловича. Едва Андрей выглянул за угол, как у него подкосились ноги.

То, что осталось от машины, напоминало остов сгоревшего фрегата. Бандура схватился за волосы. «Твою мать, а?!»

Обойдя «Альфу» по кругу, он убедился, что пламя постаралось на совесть, вылизав машину под чистую. Салон выгорел дотла, стекла лопнули, а краска облупилась, отчего машина чем-то напоминала БМП [110] в пятнистом камуфляже. Конструкция покоилась на прокопченных дисках. Вокруг машины были разбрызганы уже съежившиеся хлопья оставленной пожарными пены. Милиционеры никаких следов не оставили. Даже зевак вокруг не было. Видимо, уже налюбовались.