Чтение онлайн

Вяземский тяжело вздохнул и принялся чертить на груди руну здоровья, все же потрепало его то, что осталось от Орелии, знатно. Так что, пока мужики топают, нужно себя подлатать.

Телефон снова пиликнул. Бросив взгляд на экран, он удовлетворенно кивнул. Полковник сообщал, что зеркало нашлось, и они скоро прибудут. Радим поежился, стянув маску ищущего, которая не хило так его сегодня выручила, поднял с земли слегка влажную от крови водолазку. Требовалось одеться потеплее, пусть ждать не долго, но температура падала с каждой минутой.

— Б… — выдал Жданов, переступая границу поляны. — Радим, вот объясни мне одну вещь. Ты — зеркальщик без году неделя, как ты умудряешься вляпываться в такое дерьмо?

— Понятия не имею, Альберт Романович, — поднимаясь с земли, где он сидел, прислонившись спиной к сосне, развел руками Вяземский.

Из-за деревьев появился Платов, тащивший с собой какую-то внушительную сумку. Следом за ним явился майор Державин, видимо, Старостин решил не оставлять мужиков в таком месте без силовой поддержки. За ними топали капитан Лесин и Матвей Шаров, с которым Радиму предстояло идти в расколотый мир. Все они останавливались на краю поляны и выдавали что-то душевно матерное.

Пока они добирались, окончательно стемнело, но в воздухе висело уже пять светляков, и вся мертвая поляна была залита бледным призрачным светом.

— Радим, давай вкратце, что тут произошло? — попросил Жданов, пожимая руку Вяземскому. — Чтобы мы точно понимали, с чем дело имеем. Отчет поминутный мне не нужен, это Старостину завтра.

— Хорошо, расскажу, думаю, пять минут ничего не решат. Я пришел на эту поляну через зеркало за духом зеркальной ведьмы Орелии, но угодил в засаду. Ее ставили не на меня конкретно, а на зеркальщиков, что стали бы ловить ведьму…

В пять минут уложиться не получилось, но за десять справился. Говорил он обстоятельно, с деталями, чтобы отдельские опера, которые внимательно слушали, поняли, что тут творилось, и с чем столкнулся Радим.

— Охренеть, — выдал Державин. — Во вранье и приукрашивании ты не замечен, а значит, твой рассказ можно считать правдой. Поскольку следы боя, которые я вижу, полностью его подтверждают, то ты снова доказал, что невероятно силен и везуч. Радим, тебе бы собственный дневник вести, бесценные сведения пропадают. Мы, конечно, все запротоколируем, но лучше, когда пишет живой свидетель случившегося. Тебе же вроде Старостин вручил дневник с руной памяти, там даже самому писать не нужно, новая разработка, просто положить руку на страницу и думать в деталях о том, что произошло, а он сам все запротоколирует.

— А знаете, товарищ майор, — слегка кивнул Вяземский, — я, пожалуй, последую вашему совету. Бесценные знания пропадут, если со мной что случится, но дневник отдел получит только после моей смерти. А теперь я откланяюсь, меня женщина ждет. Завтра все равно в отдел нужно, так что с Сергеем Витальевичем пообщаюсь. А вообще, если честно, я больше потерял, чем приобрел, когда стал зеркальщиком. Скоро у копателей сезон, а я вечно кого-то ищу, куда-то бегу, кого-то убиваю, а я в поле хочу, просто так, побродить по мертвой заброшенной деревушке с миноискателем. А, пустое все это, — махнул он рукой, — какой к черту миноискатель… — Радим посмотрел на Матвея Шарова. — Старлей, давай-ка завтра в отделе в районе полудня пересечемся, Старостин с тобой поговорил, и ты дал согласие, надо будет все дела закончить и обстоятельно поговорить.

Матвей кивнул.

— Буду ждать.

Вяземский подхватил с земли свою сумку, пожал руки присутствующим и отправился в сторону, откуда они явились.

— Зеркало в третьем доме с правой стороны, — крикнул ему в спину Жданов, — мы там дверку заколоченную выбили.

Радим, не оборачиваясь, поднял руку, мол, услышал и, подвесив над головой светляка, отправился на поиски перехода.

Стоило ему выйти из зеркала, как Ольга вскочила с кресла, которое установила прямо напротив, и кинулась ему на шею.

— Живой, — прошептала она, целуя Радима в губы. Она провела по спине пальцами и тут же нащупала дырку на куртке. — Сильно? — тяжело вздохнув, поинтересовалась она.

— Фигня, уже заросло, а вот помяли меня знатно. Влетел я в засаду, и если бы не мой кукри, сдулся бы. А теперь пошли, нам еще час, а то и больше до Энска пилить. Да и остановиться надо будет на трассе, пожрать чего-нибудь, а то проголодался, заживление ниоткуда не берется.

— Пойдем на кухню, — ухватив его за руку и таща за собой, произнесла Бушуева, — десять минут ничего не решат, я тебе сейчас пару бутеров с докторской сделаю и чаем напою. Хлеб плохой, колбаса тоже так себе, да и майонез дешовский, хотя, чего ждать от сельчан, но хватит продержаться до ближайшей закусочной.

Радим кивнул, жрать хотелось, а хозяевам этого дома продукты в холодильнике уже не нужны.

За десять минут он спорол три здоровых бутерброда, требовалось топливо, и он не особо задумывался о том, что закидывает себе в рот. Чай был сладкий, не слишком крепкий и вполне горячий. Так что через пятнадцать минут они шагали по темной улице к месту, где остался их транспорт.

— Вернулись значит, лейтенант? — произнес старлей Романов, стоявший, опершись на закрытую дверцу машины и внимательно изучая Радима. С груди стволом вниз свисал обшарпанный АКС-74У, в народе «ксюха», «укорот», ну еще совсем пренебрежительно «огрызок». Берегся старлей, нервничал в этой мертвой деревне.

— Вернулся, — подтвердив Радим, направляясь к водительской двери.

— Где ж вас носило-то? — задал риторический вопрос Романов. — Полковник очень хотел с вами побеседовать, но куда вы ушли, никто не знал. А ваша спутница ссылалась на государственную тайну. Ох, как зол был Иван Ильич, даже звонил начальству вашему, но был послан и там.

— Правильно, — улыбнулся старлею Вяземский и, достав электронку, подошел к ДПСнику. — Не нужно ни тебе, ни полковнику Шилову знать, что мы тут делали, и куда я ходил. — Просто прими, что есть вещи, про которые ты никогда не слышал, и от этого они не становятся менее реальными.

— Это те вещи вам под правой лопаткой дырку сделали и куртку в кровище извозили? — поинтересовался Романов.

— Нет, это была нелепая случайность, просто не повезло. А то, про что я говорю, меня чуть не убило. Но, как я сказал, ни тебе, ни салаге, что сейчас окно приоткрыл и уши греет, ни полковнику Шилову эти знания не нужны.

Какое-то время они молча стояли, дымя, потом пожали друг другу руки и разошлись, им еще час куковать тут, ожидая смену, а Радиму и Ольге пилить до Энска.

— Лейтенант, — окликнул его старлей, — а то, что людей тут убило, за нами не явится? Ты ведь его не нашел и не убил. Иначе бы сказал, что все кончилось. Прав я?

— Прав, — обернулся Радим. — Я кое-что другое нашел, куда как опасней. А то, что здесь случилось, всего лишь эпизод и, скорее всего, не последний, а насчет твоего вопроса, грозит ли тебе что-нибудь, не знаю, но вряд ли, деревня-то опустела, а значит, больше не интересна.

Он видел, как на лице старлея проступило облегчение. Ему очень нужно было получить это заверение, уж больно неуютно чувствовал себя усатый ДПСник в мертвой деревне.