Чтение онлайн

– Несомненно, дорогой друг, - слегка раздосадовано произнес господин Горвингтон, будто мой вопрос задел его за живое, - а как же иначе? И выяснил я довольно-таки интересные подробности недавнего события... вы знаете, какого!

– Дайте-ка я угадаю, - отхлебнув из заполненной до краев кружки эля, потребовал я, - источником вашей информации был никто иной, как комиссар Одж?

– Вы, несомненно, правы, - тут же подтвердил господин Горвингтон, - но только лишь наполовину! На приеме присутствовал ещё один человек, знающий не понаслышке о делах, творящихся по всему Корнбентону, включая старый Уорт.

– Эдвин Рудгард, - тихо произнес я, едва вспомнив это имя. Оно принадлежало человеку, который работает в полиции и занимается вскрытием тел, чем находит ответы на многие загадки, такие как: причина смерти того или иного человека, происхождение травм и вид орудия убийства. Крайне полезный человек под строгим командованием инспектора Долтона.

– Я совершенно случайно подслушал разговор мистера Рудгарда и комиссара Оджа, - с невозмутимым видом пояснил господин Горвингтон, отмахиваясь рукой и быстро мотая головой в разные стороны, - и так же совершенно случайно, просто совпадение какое-то! Совершенно случайно услышал, как мистер Рудгард упоминает о некоем инструменте, который послужил причиной смерти Томаса Ширвингтона. Инструмент, - краснощёкий хозяин бара наклонился надо мной, и от него резко повеяло запахом джина, - маленький, как скальпель, ну, вы знаете, этот медицинский инструмент; острый, как бритва, но с изъяном, от чего, насколько я успел услышать, порез на шее Ширвингтона младшего оказался неаккуратным.

– Значит, убийца орудовал чем-то похожим на скальпель?
– спросил я.

– Кажется, так, - ответил господин Горвингтон, нахмурившись, - врачей у нас в городе по пальцам одной руки посчитать. Проверить содержимое их чемоданчиков - дело пары часов. К тому же, инспектор Одж уже провел обыск у всех врачей Корнбентона, включая Эдвина Рудгарда. Все на месте, никаких пропаж, никаких изъянов! Все в целости и сохранности.

В памяти всплыл образ голубоглазой дивы. И после минутной паузы я поинтересовался у господина Горвингтона о судьбе девушки, на что получил неоднозначный по содержанию ответ, который звучал достаточно прозрачно, но тускло.

– До меня доходили вести о том, что она до сих пор пребывает в шоковом состоянии в больнице святого Себастьяна. Инспектор Долтон пытался провести допрос, но девушка напрочь отказывается с кем-либо контактировать, - ответил Лестор, громко икая, - быть может, в ближайшие дни она придет в себя, и мы узнаем больше подробностей о том ужасном злоключении. Бедное дитя...

Весь оставшийся вечер мы провели за кружками эля и мисками с поджаренной картошкой, которая больше напоминала неполноценные, щедро накрахмаленные сухари.

Господин Горвингтон то и дело рассказывал мне о вещах, которые были далеки от творящихся ныне в Корнбентоне, но при этом являлись столь же интересными, если бы они имели место случаться в нашем небезызвестном городке. Признаться, я был даже рад ненадолго отвлечься от мрачных мыслей, преследовавших меня долгое время с того страшного инцидента на Экс-Уорте. И только на следующее утро, вместе с головными болями и похмельем, всё встало на круги своя. А ещё через несколько дней бесконечных дум и безвестия, на моем давно опустевшем письменном столе появился странный конверт, адресованный лично мне. На нём значились инициалы "Дж. К. Э." и ничего больше, будто отправитель крайне опасался, что узнай почтальон или кто бы то ни было о том, что именно он выслал этот конверт, его бы неминуемо вскрыли.

Конверт легко поддался моему ножу для писем.

Развернув аккуратно сложенный листок бумаги, я принялся внимательно изучать содержимое письма, за которым провел все последующие два часа своего свободного, послеобеденного времени, перечитывая его раз за разом, будто бы ища подвох:

"Уважаемый мистер Левинг.

Я истинно верю в то, что вы прислушаетесь к моим словам. Пусть мои мысли не покажутся вам навязчивыми, но я до сих пор вижу это смутное, мрачное, безобразное лицо перед своими глазами...

В каждом незнакомце, в каждом косом взгляде, в каждом мерцании света в ночи я чувствую его присутствие... Будто он следит за мной... Наблюдает... Выжидает, чтобы избавиться от единственного свидетеля своего бесчеловечного поступка...

У моей палаты дежурят офицеры полиции, но мне кажется, этим все и ограничивается. Никто не ищет его. Никто и не желает его искать. Они надеются, что он сам прибежит к ним в руки... А мне страшно...

Несколькими днями ранее один незнакомый мне доктор посоветовал обратиться к вам за помощью. Он уверял, что вы истинный джентльмен, и более того - хороший детектив, который любит и знает своё дело. С ответственностью подходит к каждому, даже самому мелкому расследованию. А моё дело, насколько я успела понять, является крупным и довольно громким, что лишь усугубляет мое и без того неважное душевное состояние...

Я очень надеюсь, что это письмо дойдет до вас в целости и сохранности. Но ещё больше я уповаю на то, что вы согласитесь выслушать меня, и возьметесь расследовать это громкое, страшное, изуверское дело...

Что бы вы ни решили, я буду ждать вашего визита...

С уважением, Джейн Эмбл"