Чтение онлайн

Медсестра дала мне попить воды и успокоительное. Руки у меня тряслись. Я смотрела на Владимира, который, откашлявшись, выпрямился и наши взгляды встретились. Я хотела сказать ему спасибо, сказать что-то огромное, пронзительное, но из груди вырвался лишь хриплый, сдавленный шепот:

— Владимир… Спасибо.

Он молча кивнул, устало вытер лицо рукавом. В его глазах читалось то же потрясение, что и у меня.

Мы были связаны теперь не просто стенами дома, а чем-то гораздо более серьезным. А день, начавшийся так обыденно, с чашки чая в тишине, теперь был разделен на «до» и «после» резкой, дымной чертой.

И пахло уже не чаем и не печеньем. Пахло страхом, чужим героизмом и жизнью, которая внезапно, в самый разгар самого обычного дня, подарила второй шанс.

Машины пожарной службы и скорой помощи уже уехали.

Я провела на улице столько времени, сколько могла. Одна только мысль, что нужно войти в подъезд, где еще очень сильно пахнет гарью, приводила в ужас. И только когда окончательно замерзла, я решила вернуться домой.

После того, как оказалась в квартире, я первым делом открыла все окна несмотря на то, что была зима. Очень хотелось поскорее вывести из дома этот мерзкий горьковатый запах.

Потом я впустила в тепло Лексуса. Он изрядно замерз, но при виде наполненной кормом миски, гордо зашагал к ней, чтобы подкрепиться.

У меня не было с собой телефона, поэтому позвонить Диме я смогла только теперь.

— Ты только не волнуйся, — начала я разговор.

Естественно, для Димы это был сигнал — что-то случилось. После того, как он узнал, что в подъезде был пожар, он, конечно, без промедления приехал домой.

— Как ты? — с порога начал задавать вопросы Дима. — Как ты себя чувствуешь?

— Димуль, всё уже хорошо, я в полном порядке, — поспешила его успокоить.

— Что произошло?

Я пыталась, как могла, смягчить рассказ. Хотела поведать о произошедшем так, чтобы Дима не переживал. Но тихий, еще хриплый и дрожащий голос выдал меня «с потрохами».

Я призналась Диме, что я совершенно потеряла голову от паники. Мне показалось, что нужно срочно бежать. И я рванула в подъезд, чтобы выскочить на улицу.

— Это была ужасная ошибка! Я начала кашлять, у меня кружилась голова, стало нечем дышать. Я поняла, что не смогу найти выход, и мне стало по-настоящему страшно. Я уже почти теряла сознание, просто прислонилась к стене и сползала...

— Марьяночка, милая.

Дима обнал меня очень нежно, бережно. Я дрожала, но продолжала:

— И тут, как в кино, появился наш сосед Владимир с четвертого этажа. Видимо, услышал мой кашель. Он не растерялся, подхватил меня на руки, завернул край своей куртки мне на лицо и вынес меня, как слепого котенка, на свежий воздух.

Говоря это, мне привиделось, как будто я снова оказалась там. Поежилась, мотая головой, чтобы прогнать эти видения.

— Меня потом медики посмотрели, сказали, что всё хорошо, просто небольшой стресс и наглоталась дыма.

— Бедная моя. Тебе надо поспать, успокоиться. Ты совсем бледная.

— Сейчас я чувствую себя уже абсолютно нормально. Просто голова немного тяжелая, как после простуды, и горло немного першит. Но это ерунда, пройдет за день. Так что не переживай, пожалуйста.

— Больше всего впечатляет как легко ты поддалась панике, но об этом мы поговорим потом. Слава Богу, что рядом оказался такой отзывчивый человек. Ценю теперь наших соседей втройне.

Дима напоил меня теплым чаем и уложил в постель, чтобы я отдохнула.

— Постарайся поспать и забыть весь этот кошмар.

Я не стала спорить и вскоре крепко заснула.

Проснулась я уже вечером. Видимо стресс так на меня подействовал, а может быть успокоительное, которое дал мне врач скорой.

С огромным желанием отблагодарить я испекла свой фирменный кекс, чтобы порадовать своего спасителя.

Аромат ванили и шоколада, словно теплое одеяло, укутал нашу маленькую кухню. Я с удовлетворением посмотрела на испеченный кекс, украшенный шапкой воздушного заварного крема и шоколадной крошкой. Он удался на славу — высокий, румяный, дышащий уютом. Идеальное «спасибо».

Димка, уставший после работы, уже клевал носом перед монитором, на котором застыли строки какого-то документа.

— Пойду, отнесу Владимиру, — прошептала я, наклоняясь к его виску.

— Мм? Ага, — он лишь мотнул головой, даже не отрывая взгляда от экрана. — Только осторожно. И давай быстрее.

Я чмокнула его в макушку, взяла с кухонного стола тарелку с кексом и вышла в подъезд. Воздух все еще пах странной гарью, напоминая об утреннем кошмаре.

Спустившись на четвертый этаж, я отыскала нужную дверь и нажала кнопку звонка. Внутри зазвучали шаги, щелкнул замок, и дверь открылась. Но на пороге стоял не Владимир.

Передо мной был молодой человек лет восемнадцати. Светлые, чуть растрепанные волосы, серые внимательные глаза, открытое лицо.

И вдруг меня накрыло волной странного, почти мистического ощущения. Глубокое, пронзительное дежавю. Щемящее чувство, что я его знаю. Что этот взгляд, этот наклон головы — все это до боли знакомо, будто из далекого сна или забытой прошлой жизни. Сердце екнуло где-то глубоко внутри. Я замерла с тарелкой в руках, пытаясь поймать ускользающее чувство. Но нет, я была абсолютно уверена — мы не знакомы. Никогда не виделись.

Это мимолетное ощущение разорвал вопрос, донесшийся из глубины квартиры:

— Ваня, кто там?

Голос принадлежал Ольге, жене Владимира. Чувство дежавю испарилось так же внезапно, как и появилось, оставив лишь легкое недоумение.

В прихожую вышла Ольга, вытирая руки о полотенце. Увидев меня с кексом, она мягко улыбнулась, но в глазах читался вопрос.

— Здравствуйте, Ольга. Я ваша соседка сверху. А Владимир дома?

— Нет, его полчаса назад срочно вызвали на работу. А что вы хотели? — она бросила взгляд на тарелку в моих руках.

Я сделала небольшой шаг вперед, протягивая ей кекс.