«Буду верен словам до конца». Жизнеописание и наследие иеромонаха Василия (Рослякова)
Шрифт:
Тебе, Господи, ищу и не обретаю; яко слепец, ищу Тебе и поводыря не имам; при дороге сижу и ожидаю, внегда мимоидеши и услышиши моления моя.
Слава: Глаголеши, Господи: стучите, и отверзется вам; но скорбь, Владыко, связа руце мои, исторже мужество из души моея; при дверех сижу, безмолвный. Отверзи ми, Господи, и призри на мя, яко на разслабленнаго иногда.
И ныне: Почто сиротствую, Матерь имея мира Владычицу? Почто смущаюся во странствиих, дом наследовав небесный? Пресвятая Богородице, Мати Господа нашего, доведи мя горняго Отечества моего.
Ирмос: Не ужаснися, душе моя, не устрашися, сердце мое, искушения огненнаго, во очищение посылаемаго Господем Милосердым, Егоже Страсти помяните, Воскресение воспойте и превозносите Его во вся веки.
Верности слово вручаю Тебе, Господи, но при первом страсе отрицаюся; видя же Тя на поругание ведома и, обращшася, зряща мене, поминаю, студный, клятвы моя, гряду вон и плачуся горько.
И плачевный Иуда любляше Иисуса, обаче корысти ради; аз же, немощный, таяжде творю: силы Божественныя любве не приемлю, изнемогаю от нощи тщеславия моего. Спаси мя, Господи, да не впаду в бездну предательства и погибели вечныя.
Слава: Дары исцелений от Бога приим и людем расточая, славою обогати ся Иуда; приношения содержа и милостыню подавая, благодареньми услаждашеся; аз же, треокаянный, тщеславия богатство скопив, страшуся единожды Бога предати. Спаси мя, Господи, да воздам Тебе Единому славу и благодарение.
И ныне: Скудно хваление мое Твоего, Владычице, милосердия, немощно покаяние мое о бездне грехов моих; отсутствую во благодарении, безуствую и в покаянии. Не остави мене, смятеннаго, Мати Божия, и спаси мя.
Ирмос: Усыновление мое чудное Материю Господнею дерзаю воспевати, но страшуся и трепещу сего, яко при Кресте бывшаго. Предстани мне, Мати, в позорищи и в смерти и спаси мя сиянием Лика Твоего Пречистаго.
Не отвещаеши мне ничесоже, Господи, егда вослед вопию Тебе: помози ми, душа моя жестоко печалуется. Обратися же, Спасе мой, яко не понесу оставления сего, и помилуй мя.
Вем, Господи, вем, яко биеши всякаго сына, егоже приемлеши, но ропщу, егда зрю наказуемых чад Твоих. Прости мя, Господи, и терпение с благодарением даруй.
Слава: Разумом постигаю, яко славу готовиши плачущим и уничиженным, но душа моя не утешается ныне воздаянием грядущим; скорбь объемлет мя, егда зрю поношения на искренняя моя. Помилуй мя, Господи, и молитися научи за враги неоскудевающия.
И ныне: Гнева огнь неугасимый сожигает мя, гордыни червь неусыпаяй снедает сердце мое. Спаси мя, Пресвятая Богородице, от мук адовых, достигших до души моея.
Свете мой Христе Спасе, нощь жития моего, идеже и солнце не просвещает мя, озари блистанием Божества Твоего и спаси мя.
Господи Иисусе Христе, Ты еси хлеб жизни, и приходяй к Тебе не будет алкати, и веруяй в Тя не будет жаждати во век; Господи, Ты еси хлеб живый, сшедый с небес, и ядый хлеб сей не умрет и будет жити во веки; Господи, хлеб сей есть Плоть Твоя, юже Ты отдал еси за жизнь мира, темже и рекл еси: ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь имать живот вечный, и Аз воскрешу его в последний день. Тако и днесь грядем к Тебе по слову Твоему. И ныне, испытуя нас, глаголеши: не хощете ли и вы отыти? Мы же, яко Петр иногда, зовем Ти: Господи! К кому нам ити? Ты имаши глаголы жизни вечныя, Ты – Христос, Сын Бога Живаго, Т ы – Альфа и Омега, начало и конец, Ты – Бог, Царь и Господь, и Твою державу и милосердие славим ныне и присно и во веки веков. Аминь.
«Мы уже воскресли»
Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе Боже наш, помилуй нас. Аминь.
В 1993 году в апреле-мае мне пришлось записывать некоторые события, происходившие тогда в Оптиной Пустыни. По этим записям и восстанавливаются в памяти последние дни земной жизни погибших братий. Начну немного раньше Пасхи.
43
Оптинские события конца марта – начала апреля 1993 г. вскоре были внесены в монастырскую летопись. В 1999 г. комментарии к летописи ее составителя, о. М., были записаны на магнитофонную пленку.
«28 марта/10 апреля, суббота праведного Лазаря.
После Божественной литургии совершалась панихида по схиархимандриту Варсонофию. Его память в этом году приходится на Великую Среду. В этот день панихиды не совершаются, поэтому панихида перенесена на сегодня. Преподобный Варсонофий преставился в день памяти преподобной Марии Египетской».
«29 марта/11 апреля, Вход Господень в Иерусалим.
К службе праздника присоединена служба преподобной Марии Египетской, память которой пришлась в этом году на Великую Среду. Перенос совершен по благословению отца наместника, потому что святым на Страстной седмице служб нет. Проповедь на запричастном стихе говорил иеромонах Василий. По общему мнению, это была одна из лучших его проповедей. Основная тема: о равнодушии верующих к предстоящим событиям – к Страстям Господним; о том, что мы не хотим отвратиться от своих дел и переживаний, так называемых искушений, и не можем сострадать Господу».
«1/14 апреля, Великая Среда. Память преподобной Марии Египетской и день памяти преподобного Варсонофия (в то время еще не прославленного). После первого часа совершена краткая лития в притворе по отцу Варсонофию».
«3/16 апреля, Великий Пяток. К началу утрени Великого Пятка вместо положенного мерного звона отец Трофим (и вместе с ним отец Ферапонт) ударили „во вся тяжкая“, т. е. во все колокола. Никто их не остановил, хотя все понимали несоответствие. Потом отец Трофим говорил: „Что-то мне в голову взошло, что звон праздничный“».
Служба утрени Велико го Пятка (весьма сложная) прошла довольно четко. Хвалитные стихиры должен был канонаршить отец Василий. Видно было, как он вышел в нужное время из алтаря Свято-Никольского придела. Но после чтения 9-го Евангелия (от Иоанна 61-е зачало) была значительная пауза – отец Василий молчал. Начали канонаршить с правого клироса. «Ужасеся небо о сем, и солнце лучи скры» – говорится в 1-й стихире. Потом я спрашивал отца Василия, почему онмолчал. «Я не смог», – ответил он.
Недаром я записал эти слова, которые он не смог произнести: «Ужасеся небо о сем, и солнце лучи скры»… В это время с отцом Василием что-то, видимо, случилось – слезы, может, у него были или еще какое-то особенно сильное переживание, что он не мог начать канонаршить. Я находился на левом клиросе и наблюдал, как он выходил из алтаря к месту чтеца; там все было приготовлено. Я все хорошо запомнил, потому что отвечал за это. До этого служба шла размеренно – а тут вдруг пауза. Я даже спросил его потом с некоторым раздражением: «Батюшка, вы что, обиделись на нас, что не начали канонаршить?» Он ответил: «Я не смог». Дальше я разговор не стал продолжать – понял, в чем дело.
«Утром царские часы читали иеромонах N. и иеромонах Василий».
Хочу обратить внимание, что в эту Страстную седмицу отцу Василию выпала колоссальная нагрузка. По расписанию он должен был на Великий Пяток читать проповедь на часах. Но, насколько я помню, и в Великую Среду отец Илий попросил отца Василия произнести проповедь за него, и отец Василий говорил тогда небольшое краткое слово на литургии, на запричастном. При этом всю Страстную седмицу отец Василий был единственным канонархом: второго канонарха то ли не было в монастыре, то ли он заболел. Отец Василий был поставлен и на чтение царских часов: это значит, что ему надо было прочитать не один час, а с чередованием – первый, потом шестой, потом изобразительные (кому что попадет).