Чтение онлайн

– …П…по…помоги… - Речь была несвязной, она усиленно пыталась сказать что-то сквозь слёзы.
– …Помоги…помоги мне…помоги мне, Дзин-ниисан… помоги мне!

Имя, которое она не могла говорить, вылетело из уст.

Словно потерянный ребёнок, который, в конце концов, нашёл своих родителей, она позвала этого человека, своего возлюбленного – Асукая Дзина.

– …Если бы я только мог, - сказал он таким же спокойным голосом. – Я всё это время желал этого. Если бы только я мог помочь… но я не могу. Я до сих пор не знаю, что могу сделать для тебя. Я знаю, ты не должна быть со мной. Независимо от того, что ты чувствовала в ту ночь, заговорив со мной, когда я один ждал снега на улице.

Один лишь этот эпизод показывает всю сердечность.

Котоэ давно перешла все свои стрессовые пределы, и уже не в силах была остановить угасающее сознание. – Дзин…нии…са…н…

Мир для неё погрузился во тьму. Оттуда она и услышала совсем не изменившийся голос. – Где Жуткий Э?

Котоэ могла сказать что-то в ответ. Но она больше не способна была осознать, что именно.

Через секунду она почувствовала, словно её обняли, но, возможно, воображение разыгралось.

– Прости. И прощай, - раздался голос, такой далёкий, что вполне мог доноситься из другого мира. Это было последнее, что она услышала…

* * *

…Когда подошли прохожие, то обнаружили посреди дороги девушку. Её отвезли в больницу и привели в сознание несколько часов спустя. Она попыталась объяснить всё полицейскому, который сидел рядом, но тот только кивнул с доброжелательной улыбкой.

– Мы во всём разберёмся.

Инцидент с выстрелами объяснялся весьма туманно, потому как почти все участники получили заряд электрошока и, следовательно, не могли ничего вспомнить. Команда криминалистов выяснила, что одна из пуль влетела в электропроводку, которая, в свою очередь, попала в стоячую воду в переулке. На месте было столько мусора, что они не нашли больше никаких доказательств.

Было и несколько свидетелей, но все они говорили ерунду, типа "Я видел только, что кто-то выходил оттуда". И они заключили, что потасовка закончилась как-то необычно.

Мотивы драки были потеряны в море неразберихи, но некоторые из тех, кого обнаружили, были наркодилерами. Вокруг них лежали панки, бритоголовые и инди-музыканты, запомнившие лишь то, что девушка просила их что-то найти. Полиция, в свою очередь, заключила, что она являлась лидером и пыталась расквитаться с синдикатом наркоторговли. В качестве доказательств – странное снаряжение на земле, в точности подходящее под описание многих задерживаемых в последнее время наркодилеров.

– Из того, что мы слышали, только одно непонятно. Ваш кузен однажды уже помогал нам. Он был замешан в том деле, где погибла ваша подруга. Он сказал, что вы так просто этого не оставите.

– Правда?

– Ага. Дело плохо. Боль от раны в горле не дала ей прийти в сознание. Я понимаю, что вы чувствуете.

– Моя подруга… - рассеянно сказала она, лёжа на больничной койке.

Она была немного не в себе.

Полицейский не удивился. – Мы благодарны за то, что вы сделали, лично для меня это достаточное основание для смягчающих обстоятельств. Полагаю, люди, которые вам помогали, с удовольствием согласятся на условное освобождение. В конце концов, вы возглавили операцию против наркоторговцев.

– …

– Не буду давить на вас, чтобы вы поскорее восстановились от шока, - с улыбкой сказал полицейский.

Ей оставалось только поблагодарить его, но в голосе отсутствовали какие-либо эмоции.

V

Тяжело добиться идеальной победы. Но ещё тяжелее достойно принять поражение.

– Кирима Сэйити (против Мыслителя)

Сдерживая рвоту, вызванную электрошокером сестры, я сел в автобус и поехал прямо к дому Орихаты.

(Урп…)

Чем больше вы сдерживаетесь, тем хуже у вас это получается. Поэтому я просто пытался выглядеть нормально.

Я потерял костюм Бугипопа, который мне сшила Орихата.

Странное ощущение.

Я чувствовал, что между нами была связь, и без неё я не могу успокоиться.

Но я больше не могу доверять ей. Так или иначе, Кинукаву Котоэ схватила полиция, и мне не у кого больше узнать, где сейчас Орихата.

Я вышел из автобуса и направился прямиком к её дому, куда уже много раз ходил (однако только до двери).

Я боялся, что меня кто-нибудь остановит, но этого не произошло, и очень скоро я стоял перед дверью её квартиры.

Я позвонил, сердце бешено колотилось.

Ответа нет…

Я позвонил ещё раз.

По-прежнему нет…

Стиснув зубы, я вставил ключ и открыл дверь.

Я подумал, что Орихата никогда не приходила ко мне домой, и вот я впервые прихожу к ней. Да уж, такие отношения можно назвать странными.

– Привет? – заходя, прошептал я.

И тут же остановился.

– Ух?!...

В квартире никого не было.

Такое чувство, что здесь вообще никто не жил.

– П-погоди-ка минутку… - взволнованно произнёс я.

Это было нелепо. Я чуть ли не каждый день отсюда уходил, да и ключ подошёл, так что… начиная паниковать, я ещё раз осмотрелся и нашёл спальный мешок, лежащий в углу пустующей комнаты.

Я сглотнул.

У меня по спине пробежали мурашки, когда я его поднял.

Я принюхался – знаю, как озабоченный – и почувствовал запах её волос, как когда она приближалась ко мне, чтобы попудрить лицо для маскировки.

(Орихата… спит здесь?)

Я положил мешок и ещё раз оглядел комнату.

На стене висела форма Академии Синьё.

Я открыл шкаф и обнаружил её выходную одежду, вся мне знакома. Она одевала её на наши свидания.

И это было…

Абсолютно предсказуемо, ничего необычного во всём доме. Ни футболок, ни свитеров, ни пижам. Ничего.

– …

Колеблясь, я открыл ящик, предположительно, с нижним бельём.

Всё одного вида, выложенное в одну стопку. Как будто она купила его на распродаже.

– …

Я вновь обратился к одежде.

Я видел её и раньше, но одного комплекта не хватало.

– Где та, в которую она была одета последний раз, когда я её видел?.. – произнёс я, чувствуя дискомфорт в желудке.

Я пошёл на кухню. Плита выглядела так, словно ею пользовались всего пару раз, затем заглянул в мусорное ведро. Там были только пустые упаковки от магазинных бенто. Я осмотрел каждую.

Ни одной за последние дни…

Самая свежая была куплена в тот день, когда я последний раз её видел.