Чтение онлайн

– Но уже время… - опешила девчонка, не ожидавшая, что кто-либо мог заступиться за эту замухрышку. Работники общепита были в самом привилегированном положении, а у некоторых даже короны начали на голове появляться от ощущения собственной важности.

– Я неясно выразился? Или мне повторить? А может, начальство твое пригласить, а пигалица? Бегом я сказал! Щас все будет, – повернулся мужчина к молчащей Ларисе и ободряюще улыбнулся. – Идите к дочери.

Лара благодарно кивнула и, понурив голову, направилась к столику. И так ей стало за себя стыдно, что не передать словами… Стыдно за ее внешний вид, который присущ обычно бомжам, стыдно за свою вялость и несмелость, стыдно за свои слезы, которые едва удалось сдержать. Даже за то, что мужчине пришлось за нее вступиться, ей было стыдно, хотя она его об этом не просила.

Лара подошла к столику и села за него, уперев лицо в ладони, уговаривая саму себя взять себя в руки и не размазываться как тряпке.

– Мам, ты чего?

Лариса молча покачала головой, не имея желания разговаривать, но Алька как-то и не настаивала, а тут буквально через пару минут принесли тарелки с едой, на которую тут же переключилось все внимание дочки. Принесенная еда полностью вызывала ощущение пребывания в советской столовке, но после принудительного поста запах простой подливы, политой поверх гречневой каши и вид соленого огурчика, вызывали бешенное слюновыделение. А еще принесли хлеб, предупредив, что он утренней выпечки, словно это могло бы смутить Ларису.

Лара сдержанно поблагодарила официантку и принялась есть, стараясь хватать хлеб не очень жадно, то и дело чувствуя на себе взгляд того самого мужчины, имени которого она не додумалась спросить, хотя бы для того, чтобы поблагодарить его.

– Мам, почему тот дядька так смотрит на нас? – набив полный рот, спросила Алька.

– Хочет посмотреть на такого невоспитанного ребенка как ты. Сколько раз говорить – не разговаривай с набитым ртом.

Алька недовольно что-то буркнула и снова уткнулась носом в тарелку, быстренько орудуя вилкой.

– Мы закрываемся через десять минут! – громко объявила та самая девица, которую приструнил незнакомец. – И компот с печеньем не забудьте взять!

– Аль, давай шустрей шевели челюстями…

– Ага.

– Не помешаю? – подошел к столу мужчина. – Я вам принес …

Лариса подняла глаза и равнодушно пожала плечами.

Мужчина поставил на стол два граненых стакана, один из которых был накрыт блюдцем, в котором лежало штук десять квадратиков песочного печенья и небольшой кусочек сливочного масла, которые Лариса тут мысленно оставила на всякий случай на завтрак.

– Абсолютно…Но не стоило беспокоиться, дочка бы принесла, вы и так нам очень помогли, а я и не поблагодарила вас. Спасибо вам большое.

– Да не за что. Мне не сложно. Вы уже зарегистрировались?

– Да… Только работу еще не нашли. Хорошо хоть комнату выделили. Отдельную…

– Это да. Вам повезло с комнатой. Могли бы и подселить в общую. Тогда это был бы полный алес капут.

– А вас как зовут? – встряла молча жевавшая до этого момента девчонка.
– Меня Аля. Вообще-то Алевтина, но мама зовет меня Алькой. Так проще…

Мужчина широко улыбнулся, отчего вокруг глаз образовались морщины, но они его абсолютно не портили, только добавляли ему какой-то шарм.

– Хм… Меня зовут дядя Ваня, но все друзья меня зовут Шамиль.

– Что, так и зовут? – удивилась девчонка. – Это же нерусское имя. А почему? Ты что, чурка?

– Аля!!! – возмущенно воскликнула Лариса, не ожидая подобных заявлений от дочки. Даже ложкой по тарелке приложила, сама испугавшись резкого звука.

– Ну… Вот так… - не знал, что ответить Шамиль.

– Извините ее, пожалуйста. Я – Лариса, ну а с с этой невоспитанной девчонкой вы уже познакомились.

Женщина вежливо улыбнулась и пригубила принесенный компот, поглядывая поверх стакана на собеседника.

– А как нам вас звать? – не чувствуя никакого смущения, продолжала болтать девчонка, между делом начисто вымакивая подливу оставшимся хлебом.

– Да как и все – Шамиль. Мне так привычнее.

– А вы тут все знаете?

– Ну… вроде, да.

– А вы бы не могли подсказать мне, где можно помыться и постирать одежду? – Лариса покраснела из-за такого щепетильного вопроса.

– Да без проблем. Могу даже показать. Доедайте и пойдемте, а то они уже будут закрываться. Да и темнеть уже скоро начнет. А по темноте лучше здесь не ходить – территория большая, деревьев много.

– Да, меня уже предупредили. – Согласилась Лара и вновь поторопила дочку, которая украдкой спрятала в карман два оставшихся куска хлеба. Печенье же Лариса, как и планировала, решила забрать с собой.

Шамиль, как представился этот мужчина, оказался весьма интересным собеседником. Лариса даже на какое-то время забыла о своем унижении и о том, что от нее откровенно разит, как от выгребной ямы.

– Вы извините, что я стараюсь держаться от вас на расстоянии – я прекрасно понимаю, что если бы сейчас водились мухи, то вокруг меня они бы дохли, - краснея, призналась Лариса.

– Да я все понимаю, что ж я не человек, что ли?! Сейчас пройдем, я вам покажу, где можно по-быстрому воды нагреть и ополоснуться.

– Было бы неплохо. А вот что с одеждой делать?

– Это тоже не самая главная проблема, - беспечно отмахнулся Шамиль, поправив автомат, с которым не расставался даже при походе в столовую.

– Милый! Погоди, милый! – окрик звонкого девичьего голоса заставил Шамиля оглянуться, а Ларису смутиться еще больше. Хотя казалось – куда уж больше чем есть? К ним чуть ли не вприпрыжку через парк спешила молоденькая девчонка. Судя по возрасту, студентка. Подскочив к мужчине, девчонка, абсолютно не обращая внимания на присутствующих здесь Лару и Альку, бесцеремонно повисла на шее у остолбеневшего Шамиля, сделавшего неудачную попытку ее отстранить. Демонстративно облобызав его в обе щеки, девчонка все так же продолжала обвивать его шею руками.

– Почему ты не сказал, что вернулся? – затараторила тут же она. – У нас сегодня такое было! Светка, прикинь,… Фу! Что за запах… Где ты опять весь извазюкался? Пойдем, нужно тебе переодеться… Так слушай, что сегодня было…

– Ира…

– Ну ты послушай… Светка сегодня… Ну ты чего так дергаешься?

– Я обещал помочь…

– Извините, мы наверное пойдем, - попрощалась Лара, наверное, впервые в жизни чувствуя себя какой-то безобразной старухой. Она никогда не обращала внимания на свой возраст, потому что старалась всегда держать себя в форме и выглядела намного моложе своих лет. Но сейчас ей вдруг стало так плохо, что хотелось плакать. И не потому что она завидовала этой недавней студентке, нет. Просто осознание того, что ты пребываешь в ужасно запущенном состоянии и ничего не в силах с этим сделать, ужасно давило ей на психику, как в прочем и всякой другой женщине.