Чтение онлайн

– Ну, кто бы не шарился, лучше мы проедем мимо. Так что, парни, по коням!

Мостик проехали без происшествий, никого не встретив на пути. Только вдалеке в какое-то мгновение послышался характерное «тра-та-та» – звук-то над водой разносится далеко… Так что не зря Константин нервничал – интуиция его не подвела.

– Ну, куда там дальше? – поинтересовался маршрутом Степа.

Константин беззвучно зашевелил губами. Водя пальцем по странице автомобильного атласа и, наконец, ответил:

– Так, сейчас езжай по этой тропинке вдоль трассы, потом через канальчик и забирай на запад до первого перекрестка, там направо и вперед. Проскочим Рисовое и будем забирать налево, до залива, и вдоль берега…

– Ты не гони, я ничего не запомню. Лучше давай по ходу пьесы.

Пыли не было – земля была еще достаточно влажная после прошедших дождей, но не настолько, чтобы автомобиль забуксовал. Петляя по полям и лугам и убивая ходовую на бездорожье, на трассу мужчины вышли только возле Ставков, избежав необходимости проезжать через стационарный пост ГАИ, что близ Турецкого вала.

– Хорошо хоть через пост не нужно проезжать… – пробормотал Степан, втопив педаль газа до упора и устремившись вдоль Канала. – А то в случае чего там никаких возможностей маневра.

Дороги на Херсонщине в общей сложности были ужасные, но пока покрытие оставалось более-менее пригодным для нормальной езды. Это дальше, когда дорога повернет на Новокиевку и Копани начнется чудо-атракцион «проверка вестибулярного аппарата и ходовой части автомобиля». Потому как вроде и трасса областного значения, а по сути – сплошные ямы да ухабы, по случайности чуть припорошенные асфальтом.

Наконец, показался дорожный указатель «Гавриловка Вторая, 2 км».

– Почти доехали… – пробормотал Степан.

– Да, и не верится. Как думаешь, не зря не стали в Армянск заезжать?

– Да фиг его знает! Но проверять все на собственной шкуре как-то не хочется. Тем более, вроде с той стороны стреляли…

Степан немного притормозил и, убедившись в отсутствии встречного транспорта, свернул налево на ведущую к селу дорогу, вдоль которой росли неизменные для Херсонщины тополя, иногда сменяющиеся шелковицей или диким абрикосом. И частенько сельские мальчишки на своих велосипедах приезжали обрывать плоды этих деревьев. Велики вообще в селах были основным средством передвижения, на них гоняли и стар, и млад, рассекая поселки и деревеньки из одного конца в другой.

– Слушай, а ведь если кто перекроет шлюзы канала, то сельскому хозяйству южных регионов придется очень туго. – Решил высказать внезапно возникшую мысль Константин.

– Ты всерьез думаешь, что все это, – Степан кивнул головой, намекая на произошедшее за последние дни, – всерьез и надолго?

– Если бы мне это все просто казалось, то ты бы сейчас в Севастополе окна устанавливал, а я бы в Евпатории читал свою психологию, пытаясь объяснить студентам то, что и сам толком не понимаю. К тому же весь этот пипец творится не только у нас, а и по всему миру. Смотри!

Мужчина прервался и показал пальцем на столб дыма, показавшийся впереди, чуть за деревьями и отчетливо видный своими серыми клубами на фоне еще светлого неба.

– Дядь, горит что-то… – протянул с заднего сиденья Юрка.

– Поднажми-ка, Степа. Что-то мне не очень все это нравится. Пожар в селе вообще страшное дело. Тем более, в таком маленьком.

Еще бы!

В селах, где во дворах частенько попадаются соломенные скирды, припасенные с лета заботливыми хозяевами и сверху накрытые черной пленкой от дождя. И достаточно одной искре упасть, как может разгореться пожарище, которому труда не составит перекинуться и на хозяйский дом, а при ветре и толике невезения еще и соседские поджечь.

Появившиеся из-за деревьев дома богатыми назвать было очень сложно. Низенькие, одноэтажные с двускатными крышами, они стояли в окружении еще по-зимнему голых деревьев, которые еще не отошли от долгой спячки. Заборы в основном все были невысокие, бетонные, практически все с одним и тем же рисунком, через который было видно все, что происходит во дворах – и не скроешься от соседских глаз. Это городские обычно обносили свои участки двухметровыми исполинскими ограждениями с тяжелыми воротами, которые еле-еле открывались, а здесь, в деревне, все было у всех на виду. Может, поэтому и люди немного чище и проще.

Хотя, с другой стороны, ни гульнуть с чужой женой, ни бухнуть втихаря…

Чем ближе подъезжали Степан с Константином, тем понятнее становилось, что горел чей-то дом, что стоял чуть правее от дороги, ведущей на трассу. Полыхало знатно. Темно-серый дым столбом поднимался к небу, намекая на безветренную погоду, да и запах гари резал ноздри.

– Куда ехать-то дальше? – притормозил на перекрестке Степан, заглядевшись на пожарище. – Где родичи живут?

Было странно и непривычно то, что горит дом, а ни сирен пожарных машин, ни людей… никого. Только треск от огромного, с избу, костра. Хотя нет… вроде, с той стороны от горящего дома виднеются пара фигур.

Не понятно…

– Прямо по дороге, потом направо будет поворот. – Махнул вперед рукой Костя, не зная, а от этого растерявшись, как бы получше объяснить. – Я покажу. Надеюсь, что хоть на соседские дома огонь не перекинется…

– Мож, туда рванем? – предложил Рогов, кивнув в сторону пожара.

– И что? У тебя пожарная машина под рукой есть? Или как?

– Ну, все равно… Может, чем помочь надо?

– Да и без нас там разберутся. Сворачивай тут.

В Гавриловке ничего не говорило о произошедшей во всем мире беде. Нет, не так – Беде. Потому что это была первая всемирная катастрофа после библейского Потопа, если таковой, конечно, был. По улицам все также гоняли мужики на велосипедах, с пастбища возвращались коровы, о чем свидетельствовали свежие лепешки на потрескавшемся асфальте. Возле одного из дворов, в небольшой луже купались гуси, гогоча на всю улицу.

– Как будто ничего и не произошло… – покачал головой Степан, глядя на всю эту идиллию. – И на окраине дом не полыхает… Почему его никто не тушит? Они все махом ослепли что ли? Или приезда пожарки ждут? Так долго ждать придется.

– Да уж. Главное, чтобы они бредням двух не до конца сумасшедших поверили, что мертвяки в городах ходят и живых жрут.

– Это мы что ли сумасшедшие?

– Ну, ты сам посуди. В селе все относительно тихо-мирно… А тут двое приперлись и рассказывают про «там-тарарам» в городах.

– Да ну не может же быть такого, что они совсем не в курсах. А новости? А друзья-родственники-дети в городах? – Отмахнулся Степан. – Хотя… Вот у родичей твоих и спросим. А что за родичи, кстати?

– Отца моего – брат с семьей, – отозвался с заднего сиденья молчавший практически всю дорогу Юрка, теребивший за ухом довольного Буля. Тот прямо-таки млел от этого почесывания, изображая на своей собачьей морде всю гамму эмоций, которые получают собаки при чесании за ухом.

– А кем дядька-то твой работает?