Чтение онлайн

Я долго ходил около вокзала, как будто юнец в ожидании друзей.

Солнце не согревало, а просто раскаляло лучами.

Москва не спит, Москва всегда спешит. Здесь места для покоя не найдётся никому. Столица расписана в разных красках, и тебя может занести куда угодно. И не всегда, куда ты хотел.

***

Мы перебирали новые партии цветов. Олег Александрович повернулся ко мне, засмеявшись.

— Хах, Гриш, вот скажи, как ты вообще умудрился уронить нарциссы в реку?

— Не знаю, как это объяснить. Все так спонтанно получилось…

— Впервые такого курьера вижу, — покачал головой водитель.

— Никто не идеален, уж поверьте мне, — отговорился я, продолжая искать.

— Знаешь, а Юлия, в отличии от тебя…

— Да почему Юлия всегда?! — взорвался я. — Что, нет больше никого, кто мог бы превзойти ее?! Вы бы ещё спели в честь неё дифирамбу!

— Да не кричи ты так - голосовые связки повредишь. Ладно, хорошо, не буду.

— Наконец…

Я просто раздражаюсь. Несмотря на себя настоящего, во мне ещё остался маленький, но такой значимый элемент Алой Дамы. Он где-то глубоко во мне. Не мой, навязанный, но скрепленный словно степлером к сердцу.

Видимо, забыв о своем обещании, Олег Александрович продолжил подшучивать надо мной и тем самым трепать нервы:

— Гриша, а ты чего так избегаешь разговора о ней. Понравилась что ли?

Чёрт!..

— Нет, — смущенно ответил я, опустив глаза.

— А-а-а… так, значит, нравится!

— Говорю же, нет!

— Чем больше ты отрицаешь это, тем больше верится в обратное.

— У людей такие странные понятия… - закатил я глаза.

Такой же непунктуальный и неуклюжий курьер, я еще никак не привыкну к городской суете. К этой странной Москве.

***

Не было так уж и поздно, когда я вернулся домой. Запер дверь на ключ и посмотрев на календарь, который висел над тумбой. Двадцатое сентября. С грустью взглянув на закат в окне, я зачеркнул число девятнадцать.

Одинокие вечера превратились в адскую пытку. Прогулки по ночному мегаполису стали скучны: этого мне было достаточно.

После принятия душа я переоделся и вытер мокрые, липнувшие к лицу волосы.

Огляделся, как бы вновь изучая этот дом. Оказывается, для Юлии цветы в жизни играют немалую роль. Это не просто увлечение.

Входя в заданную режиссером Судьбой роль, мы иногда не замечаем, что теряем настоящих себя и остаемся в „маске“. Лишь бы потом нам хватило сил ее снять…

Я медленно закрыл глаза, вдыхая аромат растений. Девушка любит всей душой природу и хочет, чтобы каждый день был ими прекрасен. Цветы живые. Они чувствительны. И теперь я понимаю, почему так доводил Юли — потому что она, как и нежные растения, не терпит подобного.

Внутри меня растекалось тепло. От изобилия цветов голова шла кругом, и я не успевал осознать толком, какой здесь уютно. Я был в предвкушении ещё раз глотнуть аромата цветов; медленно закрыть глаза, в полной тишине, тихо и долго дышать сладкими запахом растений.

Если бы ты мог, актер, то остался бы там, где так давно хотел. Но - нет! Сцена тебя зовет! Иди, иди, не медли, парень!

Время близилось к полуночи. Положив книгу обратно на полку, я бездумно прибрался в гостиной и заварил мятный чай. Но это не принесло успокоения.

Где же ты, Юли?

Я ждал её просто-напросто впустую, допоздна пробыв в гостиной с кружкой в руках, при этом не включая телевизора и не читая газет.

Спустя время я поднялся на второй этаж. Около кровати висело небольшое зеркало.

Я взглянул на свое отражение: алые пряди уже доставали до плеч. Запустил пальцы в волосы, я закинул челку назад.

Даже несколько слов подобрать не в силах. Одно лишь: я выступаю перед публикой таким, каким хочет меня видеть Хозяин.

Мне нелегко. Ещё больнее.

***

Звон резанул по ушам. Вскочив с кровати, я понял, что кто-то нанес мне визит. Я увидел, как на горизонте рождается заря, и спустился на первый этаж.

Открыв дверь, я встретился не с той, кого ожидал все эти дни…

Изучая внешность юношу, я понимал, что созерцал его раньше.

— Пацан, тебе чего? — нахмурившись, строго спросил я.

— Друг, не разбудишь Юлию? Хотел на свидание пригласить. Да как вижу, у неё в гостях братишка до сих пор.

– А как это? — спросил тогда он.

— Просто мой кузен…

— Слушай, пацан, иди отсюда, будь добр. Рановато для свиданий… шесть утра… все ещё спят… Что тебя так беспокоит? Чего ты добиваешься?

— Лишь одного, — прошептал он.— Когда я это сделаю, считай, что больше к твоей сестре и на шаг не подойду. На моём счету уже несколько красавиц, а с этой „ботаничкой“ и подавно получится покувыркаться в кровати. Мне хочется посмотреть, насколько она прекрасно справится с ролью „девушки на ночь“. Ты как парень должен меня понять. Ну что, по рукам? — протянул блондин мне ладонь. — Что тебе стоит свою сестру оставить со мной?

Кукловод никогда не спит. Он ищет своих марионеток, водит за ниточки, манипулирует их сознанием и движениями. Но потом - бросает в грязь, приступая к новым поискам.

Я подавил в себе всплеск гнева.

— Ты понимаешь, что ведешь себя как безмозглое животное? Тобой движет только пошлость. Знай же — Юлия характером не такая, чтобы играть с ней. Она слишком серьезна, и никогда не подпустит себе таких, как ты.
– Закончив, я вздохнул от облегчения, будто в моих легких освободилось много места для воздуха, а жар в сердце сразу стих. — Ты усвоил это? Может, мне еще раз, более внятно объяснить?

Как и по закону жанра, резкий толчок рукой.

— Ну всё, красный, ты допрыгался.

Ах, вот как… Муравей нарывается на поединок вместе с тигром. Порой даже становится жалко таких храбрецов.

— Хм… — вытер я испарину со лба. — Давно что-то восточными единоборствами не занимаюсь, пора бы уже возобновлять тренировки.

— Ты меня чёрным поясом только не пугай.^2

— А я и не пытаюсь. Оно мне надо — малышню пугать?

— Это кто здесь малышня, я не понял? — скосил лицо он.

— Ты кого-то здесь ещё видишь? — в шутку начал оглядываться я по сторонам.

— Только тебя.

— И что тогда? Я в контингент несовершеннолетних не вхожу. Потому что я намного старше тебя и твоих сверстников.

Парень картинно раскинул руки.

— Ну и отлично, дедуля, с тобой драться легче.

Последняя фраза заставила меня замереть, а затем невольно усмехнуться.

— Зря ты это сейчас произнёс, очень зря. Обидел старика… — Я медленно снял очки, тяжело вздохнув и откинув назад волосы. — Это нехорошо, малыш… Совсем нехорошо.