Чтение онлайн

«Лети… давай…»

Вздох резко вышел из меня, и я в ужасе открыла глаза.

Распахнутые настежь окна никто так и не закрыл. Сердце подскочило, пропиталось страхом. Сидя на последней ступеньке и потирая щеку о стену, я осознала, что больше мне не спрятаться от одиночества. Руки, лежащие на коленях, с дрожью сжались.

Я больше не могла сдерживать себя. Слёзы застилали глаза, падали каплями на бумагу. Мне нужно сделать это, пока я окончательно не потеряла рассудок.

«Прочти это письмо… Я живу этой болью…»

Рука, дрожащая и скользкая от пота, сама пишет эти строки, а стержень царапает бумагу при желтоватом свете настольной лампы.

«…потому что люблю тебя…»

Переступив порог тепла и мороза, я очутилась в объятиях уходящей ночи. Надо мной раскинулось звёздное небо. Январский воздух был поразительно чист и прозрачен. Я с волнением сжимала бумагу, а когда белая птица спустилась с небес, то отдала письмо ему, моему маленькому почтальону.

Голубь вновь взлетел в морозную синеву, унося с собой письмо, адресованное Алой Актрисе.

«Алой Леди…»

Грелль

– Погода в Лондоне не удивляет. — Эрика, распахнув настежь окно, протянула руку навстречу слабому. — Самое время, чтобы отправиться за плёнками.

– Когда же ты исчезнешь из моей жизни?
– слишком прямо. Я стиснул зубы, сжав с дрожью кулаки.

Эрика, приблизившись, дотронулась до меня.

— Ты должен ценить, что я есть.

Она улыбнулась мне, но я не ответил на её улыбку, а только смерил презрительным взглядом и, дернув плечом, чтобы сбросить её руку, снова уткнулся куда-то в пол.

– Я помню, как мы с тобой на том рождественском балу танцевали менуэт, ты держал меня за талию и прожигал взглядом! — констатировала Эрика. — А потом как в котильон играли! Ты повторял за мной всё, что я делала.

– И что, я по-твоему должен так намекать на нечто особенное? — воспротивился я, поднимая голову. — Да и вспомнить особо нечего. Моё прошлое - это завеса тумана, в котором размыты все образы. Что Тесса Бронте, что нынешняя ты — никакой разницы. Одна и та же чертовка.

— Вот как? Считаешь меня ведьмой? — дико взвизгнула Шайни.

Её рука вскинулась и собиралась было ударить меня по лицу, но я вовремя перехватил тонкое запястье.

— А кем же ты себя считаешь?

Эрика не могла сопротивляться моей силе. Выпустив девушку из своей железной хватки, я направился к выходу. Эрика встала на пути: навязчивая.

– Пропусти, я пойду.

– А как же правила Игры? — Невеста криво усмехнулась.

– Плевать я хотел на это. Меня уже ничего не пугает. Помешанная на мне Эрика Шайни, не соизволите убраться с дороги?

Я обогнул ее, хлопнув дверь.

К тому времени я предался спокойствию и нажал кнопку лифта. Алан проник в кабинку вместе со мной. Он поклонился и протянул согнутую бумагу.

– Мистер Сатклифф, вам письмо. От Джулии…

Скрыв удивление, я принял из рук жнеца послание.

– Вижу, ты уже знаком с ней? — Мое лицо оставалось в тени волос.

Молодой сотрудник порывисто взглянул на меня, и в глазах зажегся яркий огонёк.

– Она стала мне другом. Очень добрая девушка и… такая простая…

В эту секунду лифт остановился и дверцы раздвинулись.

— Извините, мне нужно идти. До свидания, мистер Сатклифф! — Алан, поклонившись ещё раз, быстро выскользнул из кабины.

Мне оставалось только провожать юношу задумчивым взглядом.

– До встречи, Алан…

Взгляд мгновенно упал на письмо. Я с нетерпением развернул лист.

Здравствуй, Грелль..

Прочти это письмо до конца. Ты знаешь, кто я. Не знаю, смогу ли прислать тебе весть снова. Я до сих не могу унять слезы горечи.

Я живу этой болью, но она не может продолжаться слишком долго. Мои слёзы… Они не прекращаются даже сейчас. Потому что я люблю тебя.

Я знала, что когда-нибудь это закончится. И мы разные. Я человек, ты - шинигами. Я не могу без тебя, но и с тобой тоже. За что мне это?

Эрика - твоя законная невеста. Будет лучше, если ты отдашь сердце ей, ведь она любит тебя давно и знает тебя лучше, чем я.

Чем я, жалкая простая смертная… Не правда ли? Но я так же глупо полюбила тебя, и так же глупо забуду.

Не беспокойся, я не пропаду в этом мире. Забудь обо мне, прошу. Мне будет легче.

P.S. Наверное, я просто миг в твоей бесконечности.

Она такая глупая… глупая! Ведь я не умею забывать. Не добьётся…

Я спрятал письмо в верхнем кармане пиджака и довольно улыбнулся.

Смертная…

Что же ты делаешь со мной?

Юлия

Я тихонько сидела на кухне, не зажигая света, и смотрела, как за окном сумерки превращались в чернильный вечер: был канун Рождества.

Пригревшись у батареи, я обнимала себя за плечи, но мне не было чудовищно одиноко. Холод пропитал собой оконные стекла, но я все равно сидела на подоконнике и протапливала дыханием сердечки на стекле.

Вдруг за окном появилось какое-то серебряное свечение. Мне стало любопытно, и я вытянула шею, расплющив нос об окно. Там, где я во дворе сегодня утром нарисовала снежного ангела, был странный человек; лица не удалось разглядеть сразу.

Стоило мне выбежать в легкой куртке поверх домашней одежды и в тонких кроссовках, как кусачий мороз прогнал остатки сонливости. Снег, который замедлял моё движение, хрустел и проваливался под ногами, и теперь я во все глаза смотрела на знакомое лицо.

— Мистер Спирс! — вырвалось из сердца.

Высокий, великолепно сложенный жнец взаимно отвесил уважительный поклон:

— Доброго вечера, мисс Джулия.

— Вы хотели мне что-то сказать?

— Я бы сказал и раньше, но график работы, уж поверьте, не позволяет отдохнуть даже на минуту. — Уильям перешёл к ответу на вопрос: — Я пришел, чтобы выразить Вам свою благодарность за содействие. Вы прекрасно перевоспитали диспетчера Сатклиффа. Я весьма польщен.

— Всегда пожалуйста, — я испустила горестный вздох. Уильям услышал это.