Чтение онлайн

Очнулась я в палате. Наверное. Странно, почему я не чувствую никаких изменений в организме? Наверное, где-то должно болеть? Голова тяжелая, но тело легкое. Глаза свинцом налиты, я попробовала их открыть, но получалось с трудом. И первым кого я увидела, оказался Руслан. Как он сюда попал? Как узнал, что я здесь? Как меня нашел? Именно это я у него и спросила. Язык еле ворочался, но муж меня понял. И он был зол. Видела, как сведены его брови, образуя гневную складку, как раздуваются его ноздри, тяжело гоняя воздух, как сжаты кулаки. А про взгляд и говорить нечего.

– Нет! Это как ТЫ здесь?
– прошипел Руслан. Глаза сами закрывались, но не спросить тоже не могла.

– А ребенок?
– я отвела взгляд. Чем я думала, когда пришла в клинику? Когда решилась на такой поступок... Тревога и раскаяние сжало сердце. А когда услышала ответ, испытала облегчение. Не знаю, что дальше будет с нами. Пытаясь хоть как-то собрать мысли, я уснула. Сон разогнал туман в голове. Наверное, в глубине души, я надеялась, что муж ушел. Хотела оттянуть неизбежное. Но почти не удивилась, увидев Руслана, сидящего у постели. Что ж, не стоит оттягивать.

– Руслан, я тебя очень люблю, и видеть осуждение в твоих глазах мне очень больно, - смочив горло начала я. Будь я на его месте, что бы чувствовала? Как поступила? Он и так многим поступился. Сам поверил и меня заставил поверить в то, что в произошедшем с Глебом моей вины не было. А теперь ребенок. И мой поступок никак меня не красит, да и, оглядываясь назад, сейчас не могу сказать, что на меня нашло. Ведь в любом случае это - мой ребенок. Мой! И если Руслан от него откажется... Его можно понять.

– А если отец не ты?
– задавая этот, самый главный вопрос, я даже дыхание затаила в ожидании ответа. И он меня очень удивил.

– Не важно, чей головастик оказался самым ловким. В первую очередь, это твой ребенок, в этом же ты не сомневаешься?
– я кивнула.
– А значит и мой. Наш.

– Даже если он будет голубоглазым блондином?
– переспросила я недоверчиво.

– Даже если он будет зеленоглазым негром, - твердо ответил Руслан.
– Только, пожалуйста, пообещай мне, что больше не будешь принимать опрометчивых решений. Пообещай, что сначала поговоришь со мной.

Он сжал мою руку и внимательно смотрел мне в глаза.

– Я и сама не знаю, что на меня нашло, - почему-то вдруг показалось, что я должна ему объяснить. Хотя бы попытаться.
– Пришла на работу и как затмение какое-то. Ты и так простил мне историю с Глебом...

Но Руслан перебил меня, качая головой.

– Мне нечего было тебе прощать.

– А тут ребенок, вероятно, чужой. И я..., - продолжила я, а слезы сами покатились из глаз.
– А теперь мне страшно, если бы ты не успел...

Руслан лег рядом со мной, устраивая мою голову на свое плечо.

– Не надо, не плачь. Все хорошо, у нас все будет хорошо. Я тебя люблю. Вас, - поправился он.

– И что дальше? Опять ДНК? Не знаю, на каком сроке...

– Никаких тестов не будет. Ребенок наш, вот и все.

Муж перебирал мои волосы, касаясь легкими поцелуями, говорил что-то нежное, ласковое... Я снова заснула. Через несколько часов мы вернулись домой. Еще мне пришлось пережить выговор от Ольги и от Алисы. Хотя Руслан меня защищал даже от подруг. По его настоянию, два дня посидела дома, а после вышла на работу. Муж вернулся в спортивную жизнь, а меня накрыли все радости беременности. Появилась утренняя тошнота, оказалось, что у туалетной воды Руслана противный запах, а уж у его пены для бритья... Я перестала любить то, что любила раньше, и вкусовые пристрастия стали совсем другими... Меня постоянно клонило в сон и хотелось есть. А однажды мы с Ольгой уселись перед вебкой и, переговариваясь по скайпу, ели маринованные огурцы, макая их в кетчуп. Наши мужья немало повеселились за всем этим наблюдая.

В конце февраля подруга позвонила мне с загадочным видом. Но долго удерживать информацию у нее не получилось.

– Слушай, мне кажется, я нашла твоих родителей! Точнее, не родителей, а бабушку. В тот день, когда вы с Русланом родились, в роддоме была еще всего одна роженица, родившая девочку. И у нее такая же группа крови, что и у тебя. Ее звали Жанна Викторовна Гаврилова.

– Звали?
– из всего потока удалось вычленить только это слово.

– Да, - голос Ольги погрустнел.
– Ей вообще рожать нельзя было. Она сильно болела, и так и не оправилась после родов. Ее не стало через полгода. Об отце ничего не известно, в карте записей нет.

Слезы из глаз потекли сами.

– Ленусь, не плачь, зато жива мамина мама, то есть твоя бабушка. Она уже в возрасте, но вполне бодра и здорова. И та новорожденная девочка... Она живет с бабушкой. Мы можем к ним съездить.

Руслан, стоявший во время разговора за моей спиной, решение принял сразу.

– У меня игра в субботу, в воскресенье будем у вас.

За оставшиеся до выходных дни чего я только не передумала. Возможно, у меня есть бабушка? Возможно, сестра Руслана живет у моей бабушки? Муж успокаивал меня, однако я видела, что и он сам волнуется.

Руслан

Мы словно вычеркнули из наших жизней все плохое, постепенно начиная строить семью. Елена успокоилась и стала обычной беременной. Хотя, для меня это все впервые - и жена, и будущее отцовство. Так что, какие они - обычные беременные я точно не знаю. Но учусь узнавать! Наслышан о разных капризах, у нас ничего такого - типа разбудила среди ночи и сказала: 'Хочу маракуйи', - не было. А вот наблюдать, как Лена макает соленый огурец в кетчуп или делает бутерброд из конфеты и оливок... довольно занимательно. Впрочем, радует, что и Иван переживает нечто такое.

Известие о том, что Ольга, возможно, нашла Ленину бабушку и мою сестру - повергло нас в шок. Конечно, хотелось сломя голову нестись в Нижний и узнавать все самим. Но у меня игра. Пришлось ждать выходных и уже после ехать. Я как мог пытался успокоить жену, ей нельзя волноваться!

И вот мы стоим перед обычной дверью, обитой дерматином и не осмеливаемся позвонить в звонок. Собственно, чего тянуть? Я решительно нажал на кнопку.

Спустя несколько томительных мгновений дверь открылась, и мы трое буквально замерли на пороге. Напротив меня стояла моя женская копия. Чуть ниже ростом, с чуть более мягкими чертами лица, но все же было понятно - это точно моя сестра. Она тоже с удивлением смотрела на меня.

– Лера, кто там?
– в коридор вышла женщина лет семидесяти.
– Жанна?
– прошептала она бледнея, едва увидев Елену.

Когда первый шок прошел, нас проводили на кухню. Мы смотрели друг на друга, альбомы с фотографиями, взахлеб делились событиями из жизни, узнавая, знакомясь с новыми родственниками. В том, что мы родственники ни у кого сомнений не возникло. Через несколько часов подъехал мой дед, и, увидев Леру, попросил накапать корвалола. Обрести давно потерянную внучку - не слабый удар, даже для самых крепких нервов.