Чтение онлайн

Боже, какой я был идиот! — подумал Митч. Особенно в постели. Нежил эту аферистку, ласкал, из кожи вон лез, только бы доставить ей удовольствие. О себе не думал, все для нее старался. Иного и не желал, счастлив был уже тем, что могу обнимать ее. Ну не кретин?! Ведь она насквозь фальшива. С самого начата вела игру, манипулировала мною, как марионеткой. Все, довольно! Отныне я сам стану диктовать условия. Ролями мы поменяемся: теперь Джини будет объектом моей игры. И пусть не сомневается, я использую все преимущества своего нового положения!

Митч медленно улыбнулся. Осознание власти над Джини кружило ему голову.

— Спусти одну бретельку, — хрипловато произнес он.

Джини пристально взглянула на него, едва заметно улыбнулась и выполнила просьбу. При этом ее действия были настолько эротичными, что Митч, сам того не осознавая, взволнованно глотнул воздух.

Боже, как она красива… Таким пропорциям позавидует любая женщина…

— Теперь вторую, — велел Митч, стараясь хотя бы внешне оставаться спокойным. На самом деле он уже распалился так, будто сидел на раскаленной сковороде.

Вновь немного помедлив, Джини повиновалась. Ночной сорочке теперь не на чем было держаться, и она просто соскользнула бы к ногам Джини, если бы та не придержала ее на груди.

Митч отметил про себя, что руки Джини слегка дрожат — она чуть не расплескала оставшийся в бокале напиток. Для Митча это являлось свидетельством того, что она не просто изобретательная авантюристка, а еще и замечательная актриса.

Ладно, продолжим спектакль.

— Подойди ко мне, — отрывисто произнес Митч.

Джини приблизилась.

— Садись сюда. — Поставив бокал на столик, Митч похлопал по своим коленям, показывая, куда именно Джини должна сесть.

Странно, но она замялась. Взглянула на Митча растерянно. Или это тоже часть ее игры?

Изображает неискушенность, чтобы сильнее меня разжечь, мельком подумал Митч, едва сдержав ироничную усмешку: за время короткой совместной жизни он успел узнать, какие фокусы Джини способна выделывать в постели.

Но сейчас она превзошла себя. Митч мог бы поклясться, что ее смущение настоящее. Она даже дышала учащенно.

— Дай-ка сюда, — сказал Митч, забрав у нее бокал. — Чтобы нам ничего не мешало… — Не договорив, он вновь похлопал по собственным коленям.

С застывшим в глазах удивлением Джини осторожно села.

Митч сразу же обнял ее одной рукой за плечи. Другой взял ткань ночной сорочки, потихоньку потянул вниз. Через минуту тонкий шелк выскользнул из пальцев Джини, и ее красивая высокая грудь обнажилась. Не успела она ахнуть, как Митч подхватил одну упругую округлость, сжал, сначала легонько, потом сильнее, после чего стиснул сосок.

С приоткрытых губ Джини слетел негромкий стон.

Пристально взглянув на нее, Митч спросил:

— Тебе неприятно?

Она качнула головой.

— Значит, нравится?

Облизнув губы, Джини кивнула.

Однако Митча она не убедила. Он больше не верил ни слову, ни жесту, если те исходили от нее. Как ей могут нравиться его ласки, если она ищет исключительно денег? Все остальное — неудобства, которые, так или иначе, приходится терпеть ради достижения главной цели.

И будет терпеть!

Злорадствуя в душе, Митч произнес:

— Хочешь еще?

— Да, — хрипловато шепнула Джини.

Ну и ну! Похоже, ее больше не смущает вероятность того, что нас могут увидеть соседи, подумал Митч. Впрочем, вряд ли им удастся что-то рассмотреть сквозь деревья и заросли жасмина. Как бы то ни было, для Джини сейчас важнее наши игры, чем то, что о нас подумают соседи. В конце концов, не они являются для нее источником денег.

Он стиснул сосок вновь. Потом еще и еще…

Остановился, лишь когда стоны Джини стали слишком громкими. К этому времени ее соски раскраснелись и выглядели при голубоватом свете бассейна как вишенки. Сама она тоже порядком распалилась. Митч явственно ощущал жар ее тела и спрашивал себя, как ей это удается.

И в то же время знал, что чувствует она, сидя у него на руках: твердый выступ между его бедер. Ведь как Митч ни старался, остаться к происходящему безучастным ему не удалось. Впрочем, даже если бы он ничего не делал, результат оказался бы точно таким же — из-за окружавшего Джини аромата. Она не только надела эротическую ночную сорочку, но вдобавок надушилась своими любимыми духами, название которых Митч хорошо знал. «Копакабана». Это слово и этот запах теперь всегда будут ассоциироваться у него с Джини.

Можно сколько угодно ее презирать, однако все же следует отдать должное тому, как она выстраивает свою тактику. А также актерским способностям.

Действительно, если бы Митчу не было известно, что Джини лишь изображает страсть, он ни на секунду не усомнился бы в том, что она очень разгорячилась. Ее прекрасные синие глаза поблескивали и казались почти черными из-за расширившихся зрачков, из приоткрытого рта рвалось учащенное дыхание.

Митч медленно провел по губам Джини кончиками пальцев… и вдруг — невозможно поверить, вот чертовка! — она лизнула его. Лизнула пальцы, а затем сомкнула вокруг них губы!

В этом неожиданном действии было столько эротики, что Митч конвульсивно дернулся всем телом, а пульсация между его бедер приобрела болезненный характер. Дьявол, что она вытворяет!

Митчу меньше всего нужно было чрезмерное возбуждение, ведь изначально он собирался сохранять спокойствие и наблюдать за Джини как бы со стороны. Более того, контролировать ситуацию.

— Тебе нравится?

Погруженный в изысканные ощущения, Митч не сразу понял, о чем она спрашивает.

— Нравится? — хрипло повторил он.

— То, что я делаю, — пояснила Джини.

— Да.

— Хочешь еще?

Они определенно поменялись ролями, ведь несколько минут назад Митч сам спрашивал примерно о том же.

— Только скажи, и я перестану, — шепнула Джини с лихорадочным блеском в глазах. — Для тебя все, что захочешь.

Все, что он захочет?

Сердце Митча будто сжала чья-то ледяная рука. Вот он, момент истины! Охотница за деньгами сама призналась, что готова сделать что угодно, только бы подобраться к его состоянию!