Бульдог Ди
Шрифт:
— Можешь выходить, он уже ушёл.
Она без слов встала и, обойдя меня, пошла переодеваться. Услышав грохот из гардеробной, я подумал, что скорее всего она споткнулась об баул Грира, который я не успел спрятать, поэтому сразу же побежал проверить, не ушиблась ли она. Сумка стояла по середине комнаты, а она целая и невредимая рылась в своих вещах.
— Килан, извини за него, он порой бывает… — не успел я договорить, как она перебила меня.
— Придурком! Таким же, как и ты! — завопила она, стягивая с себя полотенце, она, нисколько не стесняясь моего взгляда, начала натягивать на себя кружевные трусики, а я не мог выбрать, что было лучше: слушать её или пялиться на неё, потому что делать два дела одновременно в эту самую минуту я не мог. — Вместо того, чтобы ломать комедию, мог бы изначально признаться ему, что ты не один дома, мне бы не пришлось вжиматься в стену и дышать через раз.
Она щёлкнула пальцами перед моим лицом.
— Ты язык проглотил?
Похоже, я сделал выбор в пользу зрения.
— Ты делаешь из мухи слона, — я попытался сконцентрироваться на её глазах. — Я не просил тебя скрываться, а лишь не хотел, чтобы он увидел тебя в этом чёртовом полотенце. Ты разве не обратила внимание на его реакцию? — выражал я своё недовольство, подойдя к ней вплотную, пока она хлопала глазами, поправляя свою бесформенную длинную футболку. — Да он мысленно трахнул тебя во всех известных ему позах за каких-то долбанных пару минут! Я его очень хорошо знаю, поэтому и не сказал ничего, надеясь, что он свалит прежде, чем увидит тебя.
Она вмиг покраснела и съёжилась. Может, ей стало стыдно за то, что она решила устроить скандал на пустом месте?
— Ох, я об этом не подумала, — виновато она отвела глаза в сторону. — Извини!
— Прекрасно! Раз с этим всё, я, пожалуй, пойду спать! — в грубой форме выразился я.
Я резко вышел из гардеробной, хлопнув дверью. Я оставил её один на один с собственным чувством вины. Мне плевать, что она была обижена на меня, мне всё равно, что она извинилась за свой абсолютно неуместный тон в мою сторону. Даю нашим отношениям две недели. Если так и дальше будет продолжаться, то вряд ли мы задержимся в статусе пары надолго.
Пары? Что я несу? Это же смешно!
Пока разбирал весь беспорядок в комнате, я размышлял над тем, что заставило меня выйти из себя. И я не мог найти точных ответов. То ли это было из-за Грира и моей ревности, то ли из-за Килан и её претензий, навалившихся на меня разом, или же, быть может, из-за самого себя и моих неопределённых чувств к ней.
Я уже лёг в постель и даже занавесил окно, как предпочитает Килан, но она всё не появлялась. Чувство вины добралось и до моего подсознания, оно поедало меня изнутри, поэтому я вышел из комнаты и обнаружил её сидящей на полу у окна в кромешной темноте. Она что-то рисовала на стекле, запотевшем от её дыхания. Килан была увлечена этим занятием, но тем не менее её что-то печалило, и мне стало самому не по себе, примерно понимая причину её меланхолии. Ей было тоскливо из-за меня, а я повёл себя в очередной раз как конченный эгоист. Я подошёл к ней со спины и, опустившись на корточки, прижал к груди и поцеловал в макушку.
— Килан, я и правда придурок, — прошептал я, зарывшись в её волосах. — Пойдём в постель, уже поздно.
— Если повезёт, то когда я уйду, ты сможешь прочитать, что я написала на стекле.
На стекле уже ничего не было, её запотевшее дыхание успело высохнуть, а мне стало до чёртиков любопытно, что за послание она могла оставить на нём.
— Никто никуда не уйдёт.
Я взял её на руки и отнёс в комнату, потому как понял, что она была слишком гордой, чтобы послушаться меня.
Вымотанные и эмоционально, и физически, мы провалились в глубокий сон. Я уж точно.
Проснулся я от будильника, когда в комнату уже пробирались ослепляющие солнечные лучи из-за незанавешенного окна.
Хм. Странно, я же закрывал его? Должно быть, Килан уже проснулась.
Я повернул голову и увидел умиротворённую спящую Килан на соседней подушке. Её даже будильник не смог разбудить. Я воспользовался случаем и с несколько минут наблюдал за ней, отмечая для себя, что у неё самая гладкая и светящаяся кожа из всех, что мне доводилось видеть, а на ощупь она ещё приятней. Я кое-как заставил себя перестать разглядывать её и решил немного взбодрить себя крепким кофе. До матча оставалось ещё четыре часа, поэтому торопиться мне было некуда. Можно и побездельничать. Я принял душ и, перекусив парой сэндвичей, вспомнил, что давно уже не писал ничего в своём блоге. Килан ещё два месяца назад подписалась на меня, я же сделал это только что. Я отметил для себя, что она очень скромно ведёт свою страницу, снимки природы по количеству превосходят её собственные, и на пальцах одной руки можно сосчитать фотографии, где она искренне улыбалась, в основном она была везде опечаленной и под каждой такой фотографией как минимум четверостишье её собственных стихов. Все они были о её внутренних переживаниях и боли.
Может, поэтому она хочет сбежать вместе со мной? Сбежать от прошлого и от самой себя в прошлом. Может, ей и правда будет лучше со мной? Я понаблюдаю за ней ещё некоторое время и сделаю выводы из этого.
Я отвлёкся на создание новой публикации в своём блоге и даже не сразу заметил, как в комнату вошла Килан. Её длинные волосы были немного спутаны на концах, а на щеке красовался ярко выраженный отпечаток от подушки, но тем не менее выглядела она как всегда очень мило.
— В следующий раз разбуди меня, если проснёшься раньше меня. Не позволяй мне так долго спать, — сонно пробормотала она, плюхаясь на диван рядом со мной. — Ещё никогда мои кости так не болели. Кажется, я отлежала себе всё, что только можно было. Меня случайно поезд не переезжал ночью?
— Только если ты лунатила, — медленно проговорил я, завороженно смотря на неё. — И я больше склоняюсь к тому, что ты ходишь во сне, нежели к полтергейсту, потому что с утра я обнаружил открытое окно, хотя отчётливо помню, как его занавешивал.
— Я открыла окно осознанно! Ты же сам говорил, что можешь сделать так, что я забуду о своих страхах, — она кокетливо улыбнулась мне и перекинула волосы через плечо. — Ты справился с этой непростой задачей на отлично.
— Рад стараться!
Через полтора часа мы уже были готовы к поездке на стадион. Я судорожно искал ключи от тачки, пока Килан, облачившаяся в атрибутику «Бульдогов», наблюдала за моей суетой у двери.
— Может быть, ты скажешь, в чём в дело? Ты ищешь отсюда выход? Так вот же он! — смеясь, указала она на дверь.
— Очень смешно, Килан. Ключи от машины, я не могу их найти.
И тут до меня дошло.
— Грир! — произнесли мы в унисон.
Не теряя ни секунды я направился к микроволновой печи, открыв её, я не обнаружил их там, а Килан тем временем открыла холодильник и перебрала там все имеющиеся полки.
— Бинго! — победно взвизгнула она, выставив ключи вверх, словно трофей. — Я убью его! Он засунул их в отсек для фруктов.
Смеясь ещё долго над сложившейся ситуацией, мы доехали до стадиона. Я проводил Килан в центральную ВИП-ложу, отдал ей ключи от машины на всякий случай, а сам направился в раздевалку. Парни будто поджидали меня у двери, я поздоровался с каждым из них и передал сумку Гриру, а тот вместо того, чтобы заняться подготовкой к игре, сразу же принялся расспрашивать меня:
— Как это понимать, чувак? Что между вами?
— Мы вместе, — ответил я с каменным выражением лица.
Я отыскал свободное место и, разложив всё из сумки, начал переодеваться, а друг тем временем не унимался:
— Ты имеешь в виду, что вы спите вместе? Или говоря это, ты подразумеваешь что-то более серьёзное?
Я присел на скамью и, ничуть не отвлекаясь от своих дел, так же без каких-либо эмоций ответил:
— Что-то более серьёзное.
— Не потому ли ты ввязался во всё это, что она напоминает тебе Эйвери? — услышал я голос Кита с другого конца раздевалки.