Бульдог. Хватка
Шрифт:
– Порядок, старшой, – когда они сошлись, доложил Родион.
– Здоровый попался?
– Не беда, что здоровый. Куда хуже, что чуткий. Успел обернуться, грудь в грудь сошлись. Хорошо хоть он по первости растерялся.
Угу. Ничего удивительного. Одеяние на них в виде балахонов с нашитыми лоскутами. Лицо вымазано сажей, одни глаза блестят. Бог весть, за кого тот бедолага принял Родиона перед кончиной. Сомнительно, чтобы понял, что это обычный человек.
– Ладно. Хорошо все то, что хорошо кончается, – подвел итог Антип. – Пригляди пока здесь, а я обегу ребяток, посмотрю, как у них дела, да вторые номера подтяну к караулке.
– Понял, старшой.
– А ты давай облачайся и на помост.
– Ясно.
Даже боязно было от того, насколько гладко все шло. Мужики не подкачали и без лишнего шума разобрались со своими часовыми. Всего их здесь было понатыкано целая дюжина. Но все прошло как надо. Чтобы не возбуждать подозрений, мало ли как оно все обернется, английских часовых сменили русские. Всего-то накинуть на себя кафтаны да треуголки, чтобы понять подлог, нужно приблизиться вплотную.
Убедившись, что все под контролем, Антип подал сигнал на эскадру. Все же хорошо, что морячки укрылись за островом. Вон, едва только корабли высунулись из-за него, как тут же стали хорошо различимы. Не больно-то помогают и вымазанные сажей паруса. И это только под скудным светом звезд. А вот и десант. Ребятки споро налегают на весла, так что кораблям за ними не угнаться, оно и скорость такая масса враз не наберет, и особо разгоняться здесь не следует, все же мелей и небольших островков хватает.
– Ну что там, старшой? – поинтересовался подошедший Родион, поправляя на плече мушкет с примкнутым штыком.
– Порядок там. Похоже, что все баркасы и шлюпки под десант отдали, чтобы разом всех доставить.
– Ну и правильно. Им еще на корабли абордажные команды развозить, а их в гавань понабилось десятков пять. Да и город нужно будет брать. Ох и шуму будет.
– Ничего. Главное, форт уже наш, а там пусть трепыхаются.
– Что будем делать дальше?
– Пока все идет как по маслу. Остается дождаться десант, после чего переходим в распоряжение некоего капитана Лаврова.
– Это еще кто?
– Из Канцелярии. Вроде как командует особой ротой.
– Ого. Сюда что же, особую роту прислали?
– А чему ты удивляешься? Мы, чай, из того же гнезда.
– Так ведь нас взвод. А тут целая рота.
– Ничего удивительного. Государь хочет крепко встать в Вест-Индии. Вон как затеялся. Шесть лет этот клин обрабатывает, а засеять решил только сейчас. Потому и подход серьезный. А рота… так что же с того. При Канцелярии, чай, целый батальон. Эту же скорее всего оставят при новом генерал-губернаторстве. Тут тайная сила ой как не помешает.
– Как думаешь, мужики там с опытом? Или отправили кого ни попадя?
– Угу. С Тумановым такие шуточки не пройдут. Да он никчемных при Канцелярии и держать не станет, поганой метлой выметет. Так что будь покоен, там только ветераны, да еще и с тайными операциями на Кавказе за плечами, как и мы.
– Интересно, а как Застоев примет этого самого Лаврова?
– Как надо, так и примет. Анисим Егорович, чай, старшина и службу свою знает.
– Да я это к тому, что он же тут шесть лет командовал…
– Родион, попомни мои слова, доведет тебя твой язык до беды.
– Зря ты так, Антип Петрович. Я службу свою знаю.
– Вот и служи, а нос свой куда не след не суй. Понял ли?
– Понял.
– Вот и ладно.
В этот момент о стену стукнулась деревянная лестница, и по ней начали взбираться солдаты. Похоже, свои действия штурмовой отряд отрабатывал заранее, точно зная планировку форта. Никакой излишней суеты, никаких вопросов. Не дожидаясь команды, артиллеристы деловито начали ворочать пушки, причем делали это насколько ловко, настолько же и тихо.
– Не, ты видал, Антип Петрович, как они лихо-то?
– А ты думал, за столько лет никто не раздобыл план форта? Или, думаешь, мы тут одни такие тайные и хитромудрые?
– Да мы, пожалуй, скорее за простых бойцов. А ты чего тут стоишь? Разве тебе не нужно найти капитана Лаврова?
– Сказано стоять здесь. Вот и стою. Знать, скоро подойдет.
И впрямь. Не прошло и минуты, как егеря заметили подразделение, несколько отличающееся от прочих хлынувших через стены форта. Их экипировка больше походила на егерскую. В них сразу же была видна родственная душа. Одно слово, особая рота. Если все остальные начали тут же ворочать тяжелые пушки, выводя их на другие позиции, то эти два взвода как ни в чем не бывало выстроились во дворике.
– Кто из вас Репейников? – поинтересовался подошедший мужчина.
Признать в нем офицера можно было с очень большим трудом. Тех обычно отличала выправка, осанка, благородные манеры. Этот же был сама простота и даже сутуловат. Впрочем, ни Антипа, ни Родиона это ничуть не обмануло. Офицеры особых рот, может, и не производили впечатления, зато были куда опаснее своих коллег из строевых частей.
– Младший сержант Репейников, – представился Антип.
– Капитан Лавров. Я так понимаю, ваши люди сейчас блокировали караулку?
– Так точно. Но пока, слава богу, все тихо. Даже эти не шумят, – кивнув в сторону артиллеристов и пехоты, подтвердил егерь.
– Посмотрел бы я на тебя после полусотни штурмов, сержант, – сверкнул белозубой улыбкой капитан. – Значит, так: сейчас возьмешь одно отделение и к караулке. Сами не суйтесь, парни все сделают в лучшем виде. Ну а мы пока займемся офицерскими квартирами. Вопросы?
– Часовых снимать?
– Глупо было бы отличных бойцов держать на никому не нужных постах. Снимай и собирай у той же караулки.
– Ясно. Родион.
– Понял, старшой! – Энергично кивнув, Родион сорвался с места, сбрасывая с себя английский мундир.
Лавров на поведение егерей не обратил ровным счетом никакого внимания. В особых ротах и взаимоотношения особые, и спрос непростой. Бог с ним, если солдат недостаточно четко отдал воинское приветствие, имеет не совсем опрятный вид или еще каким образом не соответствует высокому званию солдата Российской империи. Все это ему с лихвой простится, если он знает свое дело и готов использовать свои способности не раздумывая.
Первое, что удивило Антипа в осназовцах, направившихся следом за ним, это их вооружение. Короткоствольные духовые карабины, ствол которых вряд ли был длиннее, чем у солдатского пистоля. Зато приклад в виде баллона конической формы. Пока направлялись к караулке, отделенный успел пояснить, что это за духовушки.
Они не шли ни в какое сравнение с теми, с которыми в свое время знакомился Репейников. Были куда как более скорострельны и попросту не требовали перезарядки. Жми себе на спусковой крючок и выпускай одну пулю за другой. Правда, убойная и прицельная дальность у них была куда хуже. Но для работы в помещениях, а именно для этого они и предназначались, духовушки подходили лучше всего. Магазин на два десятка пуль, баллона хватает на сорок гарантированных убойных выстрелов.