Чтение онлайн

Темнота и страх обостряют все чувства, поцелуй на фоне этого был непередаваемо прекрасным. Принц делал это так нежено, будто прикасался к драгоценности. А непроглядная ночь, скрыла наш маленький секрет, ото всех.

Когда волшебство этой невинной близости закончилось, до меня наконец-то дошел смысл сказанного принцем, а такие знакомые губы лишь подтверждали зародившееся предположения.

Сообщать о своих выводах пока не стала, для начал нужно точно убедиться в правдивости догадок, дабы Майкалсон не посмел высмеять меня вновь.

— А Мервине позаботятся мои люди, нам пора, — сказал Доватский и увлек за собой.

После прибытия назад в Венарию, пару часов я находилась в ступоре. Видимо от пережитого. В голове никак не укладывалось, что умудрилась вляпаться в такую передрягу.

— Надеюсь этот гад Бекергер, получит сполна! Неужели это он так мстил за инцидент с Петей? — задавалась вопросом я.

— Или же он просто-напросто такой ужасный человек? И человек ли? С его-то внешностью, наверняка в родословной затесались гоблины. Эти создания мелочные, корыстные, любящие деньги и власть. Вот ради последнего видимо, меня и Мервина отправили на верную смерть.

Пару раз за время моих раздумий заглядывал Дэмиян, беспокоясь самочувствием его любимой студентки. Лидия сразу же после нашей встрече, отправилась раздобывать чудодейственное средство. По ее словам, после его принятия, мигом стану сама собой, можно подумать сейчас я была морским ежом, или королевой Антуанетой!

Надеюсь, в этот раз расплачиваться поцелуями ей не придется.

Минь тоже озабоченно кружила надо мной.

Не одного Доватсткого в моих покоях замечено не было.

И это слегка выводило из себя, неужели не тревожится?

В комнату влетела Лидия, и тут же протянула мне серебристый пузырек с радужной жидкостью внутри.

— Не иначе сами пони приложили свои копыта к созданию данного лекарства? — попыталась пошутить я.

— Что? — не оценила юмора подруга.

Толи мультфильмов таких у них не имелось, толи пони не водились.

— Когда ты наконец-таки приедешь ко мне в гости на Землю, обязательно включу тебе сие чудо кинематографа, и ты поймешь, о чем речь, — успокоила недоумевающую девушку.

— Там откуда ты родом вообще, наверное, даже и о радуге не слышали, жуткое место надо признать.

Лидия подошла и села на краешек моей кровати, на которой сейчас я отдыхала и набиралась сил, после недавних событий.

— Это, правда необычно жестокое государство. Ариус такой мрачный, деспотичный, некоторые его жители даже и солнца никогда не видели. Наша страна погрязла в старинных традициях и обычаях. До сих пор, когда вспоминаю о доме, по спине бегают мурашки. И вовсе не от приятных событий.

— Лидия, ты ведь знаешь, Ратхар собирался жениться на мне. Страшно подумать, кем бы я стала. Конечно, породнится с тобой заманчиво, но не на таких условиях.

— Наложницей, вот бы кем ты была. Рабыня для утех мужчины, это учесть большинства женщин Ариуса. Я так рада, что принц спас тебя.

— Мне пришлось, кое о чем соврать твоим родственникам, — боялась сказать подруге про выдуманный брак, но делать нечего.

— Лидия я солгала, что ты выходишь замуж, — отбарабанила, и тут же юркнула под одеяла с головой опасаясь расплаты.

Подруга же отнеслась с пониманием, ни упреков, ни раздражения, которого я ожидала.

— Ничего, если это спасло твою жизнь, то неважно, что наговорила. И кто же счастливый обладатель моей руки и сердца? — пошутила подруга.

Я выбралась из-под своего импровизированного укрытия, раз уж войны не намечается то и прятаться не к чему.

— Тот кудрявый сын старого друга твоего отца.

Подруга прыснула от смеха.

— Хотелось бы увидеть лицо папочки, когда он понял, что столь желанный им брак, лишь выдумка.

— Ситх тоже знает об этом. Он очень рассвирепел, узнав о сопернике. Ты ведь собиралась за него замуж?

— Я хотела сделать это наперекор отцу, а вовсе не любила демона. А когда узнала, что этот похотливый мужлан собирается завести гарем, тут же сделала ноги. Моим лучшим решением в жизни было сбежать в академию. Папочка до сих пор финансирует все траты, и обучения, в надежде, что за образованную дочь, сможет получить выгоду получше. Но я не так глупа, и никогда не вернусь обратно.

— Хорошо, что он об этом еще не знает. Вот будет сюрприз, — поддержала подругу.

Болтали мы до самой ночи, пересказывала в подробностях свои приключения на Ариусе.

Во время истории Лидия то нервно теребила краешек одеяла, от переживания за меня с Мервиным, то хохотала от всей души.

В заключение нас обоих мучил вопрос, вылетела ли я с отбора, ведь задание однозначно провалено. Более того принцу еще пришлось и спасать горе конкурсантов, пора поковать чемоданы.

Тревога моя не угасал ни через день, ни даже через два. Так и оставалась в подвешенном состоянии.

Теперь предпочитала кушать в своей комнате, дабы не видеть этого скользкого червяка Бекергера.

Лидия постоянно где-то пропадала. На вопрос об ее отсутствие, отвечала крайне туманно.

Один раз брошь новую три часа выбирала, другой шаль заказывала. Каждая последующая причина, была еще более нелепой. Как по мне, просто куром на смех такие отговорки. Явно рыжая бестия что-то скрывает.

На третий день моего одинокого заточения, в гости зашел Мервин.

— Привет малыш, — обрадовалась я. Подбежав тут же крепко обняла, и потрепала по волосам.

— Не надо, ведь уже не маленький, упирался ребенок. Тебя не было в столовой пару дней, я переживал. И еще…, замялся.

— Спасибо, — наконец-то выпалил на одном дыхании он, казалось будто неоднократно репетировал это единственное слово.

— За что, Меривн?

— Благодаря тебя, мы остались живы.

— Если бы не я, ты бы не попал в этот переплет вовсе. Тебе не за что благодарить, — горько отозвалась на слова мальчика.

— Анна, перестань! Теперь я понимаю, как глупо было приехать на этот отбор. И без тебя на задании меня могли поджидать различные опасности, возможно даже смертельные. Не уверен, что смог бы справится с ними.

Опять мальчик вел себя не по годам. Рассуждения взрослого человека из его уст порой поражали меня.

— Тебе правда стоит, сначала подрасти хотя бы лет на пять. Ты уже сейчас один из сильнейших, а что будет спустя годы и представить невозможно. Никто не посмеет отказать в должности, когда ты снова сюда вернешься.