Бумажный лебедь
Шрифт:
— Я понимаю, — ответил он. — Я позабочусь об этом.
— Чем раньше, тем лучше, — сказал Эль-Чарро.
Их встреча продолжилась, но то, о чем они говорили, не имело никакого смысла для Эстебана. Он обрадовался, когда мужчины поднялись и пожали друг другу руки.
После того, как они покинули комнату, Уоррен подошел к Виктору.
— Эта ситуация с МаМаЛу. Позаботься об этом. Ничего… серьезного. Ты понял?
Виктор коротко кивнул и последовал за ним. Эстебан смотрел, как они уходили, он не понимал, что произошло, но знал, что должен рассказать об этом МаМаЛу. Он еще никогда не видел Уоррена Седжвика таким подавленным и угрюмым.
Эстебан дождался, когда в доме наступит тишина, прежде чем выбраться из убежища. Было уже темно, когда он пробрался к крылу для персонала. Тут он увидел Виктора, выходящего из их комнаты. Эстебан спрятался за деревом, когда тот прошел мимо. Странно, Виктор не навещал МаМаЛу с того момента, когда она выгнала его. Что-то происходило, и Эстебану это не нравилось. Он решил дождаться МаМаЛу, но уснул прежде, чем она пришла.
Она подоткнула ему одеяло и поцеловала в щеку. Ее сердце ушло в пятки от мысли, что он, наверное, лег спать голодным.
— Mi chiquito. Mi Estebandido (Мой защитник, мой Эстебандидо).
МаМаЛу завела будильник на раннее утро. Она собиралась приготовить ему большой завтрак. Пан-де-йема, мягкий хлеб, приготовленный на яичных желтках, опущенный в пропахший корицей горячий шоколад.
Но Эстебан так и не получил свой завтрак. Он проснулся от того, что кто-то светил фонариком ему в лицо. Была ночь, и комната была наполнена мужчинами в темной одежде.
— Эстебан! — он услышал, как МаМаЛу кричала, но был ослеплен.
— МаМаЛу! — он подскочил на ее голос, но они уже тащили ее прочь.
Кто-то схватил его за шиворот. Эстебан изо всех сил пытался освободиться, но все, что он мог сделать, это смотреть, как ее посадили в машину и увезли.
— Ты пойдешь со мной, — сказал Виктор.
— Куда они забрали МаМаЛу? — Эстебан освободился от хватки и уставился на него.
— Если хочешь увидеть ее снова, делай, как я скажу. Понял?
Эстебан кивнул. Он знал, что все это из-за того, что произошло сегодня днем, поэтому прошел с Виктором в другую машину.
— Я везу тебя к твоему дяде, Фернандо. Ты побудешь там, пока ситуация с МаМаЛу не решится.
— Какая ситуация? — Эстебан укутался плотнее в свою пижаму, когда они проезжали мимо густых деревьев в Паза-дель-Мар. Он оставил свои ботинки в доме.
Виктор не ответил.
Когда они приехали к Фернандо, Виктор сказал ему ждать снаружи. Эстебан мог слышать, как двое мужчин разговаривают. Фернандо вышел. Он него пахло мочой и дешевым спиртным.
— Посмотри, что сеньор Седжвик дал мне, чтобы я ухаживал за тобой, — у него в руках была пачка денег. — Иди, мой маленький джек-пот. Иди и позволь себя обнять.
Эстебан прошел мимо него в дом. Он ненавидел все, что касалось этого дома — темноту, холодный цементный пол, воспоминания о нем и МаМаЛу, которые прятались в их комнате. Почему Уоррен отправил его сюда?
— Где МаМаЛу? — спросил он Виктора.
— Твоей матери нужно было принять мое предложение, но она не считала меня хорошей партией. И теперь она там, где заслуживает быть, и никто ее не защитит, — от его улыбки у Эстебана по коже пошел озноб.
— Скажи мне, где она!
– крикнул Эстебан ему вслед.
— Закрой свой рот!
– Фернандо приложил руки к ушам, успокаивая вечное похмелье. Он сложил пачку денег, которую ему дал Виктор, и направился прочь. — Иди спать. Твою мать доставили в Вальдеморо, и ты ничего не сможешь с этим поделать.
Вальдеморо.
Эстебан был в ужасе. Вальдеморо был женской тюрьмой, в паре километров от Паза-дель-Мар. Эстебан не знал, почему они забрали ее, и как долго она будет там. Он открыл дверь в свою бывшую комнату и упал на кровать. Матрац был тонким, простыни износившимися. Он сомневался, что Фернандо стирал их с того момента, когда он и МаМаЛу уехали в Каса Палома. Новая работа МаМаЛу казалась благословением в то время, но теперь Эстебан понял, что это было началом катастрофы, которую никто из них не предвидел.
Глава 14
Тюрьма Вальдеморо представляла собой бесконечную бетонную стену, увенчанную колючей проволокой и сторожевыми башнями. В центре находились тяжелые металлические ворота, через которые бронированные машины въезжали и выезжали из здания. В дальнем конце была пристройка - тоскливый маленький уголок для посетителей. Он выглядел неуместно, слово случайно попавший сюда вагон огромного серого поезда.
Эстебан ощущал себя маленьким и беспомощным, стоя в тени зловеще нависающей стены. Строгие офицеры со снайперскими винтовками оккупировали башни. На главных воротах вооруженные охранники патрулировали заграждение без единого окошка. МаМаЛу была где-то за этим несокрушимым фронтом, и Эстебан должен был найти путь, чтобы освободить ее.
Эстебан отстоял длинную очередь у гостевых ворот. Когда подошла его очередь, охранник обыскал его дважды.
— Извините, — сказал Эстебан, подойдя к следующему охраннику, — я здесь, чтобы увидеть свою маму.
Но охранник притворился, что не услышал его. Эстебан провел весь день, слоняясь вокруг, но не сдался. Когда охранники сменились, его надежда возросла, но и они тоже игнорировали его.
— Эй, — мужчина, ожидавший здесь своей очереди почти так же долго, как и Эстебан, подал ему бумажный кулек, наполненный жареным арахисом, — они не впустят тебя, пока ты не заплатишь.
Эстебан уставился на него.
— Иди домой, мальчик, — мужчина отряхнул штаны и поднялся, — ты теряешь время.
Вечером, когда очередь иссякла, он пытался опять пройти. Эстебан был уверен, что если будет ждать достаточно долго, один из охранников пропустит его, но в этот раз ему попался настолько злой, что даже погнался за ним с дубинкой.
Эстебан пробовал назавтра. И на следующий день. И на следующий день после этого дня. В конце концов, один из охранников решил снизойти до него.