Чтение онлайн

А Чугур оказался жертвой собственной жадности. Он решил, что Кот забрал все бабки себе, а его решил оставить с голой задницей. И на свою беду стал угрожать Огородникову, мол, ты у меня снова окажешься на зоне, если не рассчитаешься со мной до копейки. И Кот вернулся в поселок, чтобы доделать работу. Кум был наготове, он ждал Кота, даже ночью держал пистолет под рукой. Не хватило немного везения. Кот прибрал Кума, а его бабу не кончил только потому, что она не разглядела его лица в ходе нападения.

Все яснее ясного и вытекает одно из другого, как в хорошем криминальном романе. Эти факты и собственные соображения Юрий Девяткин изложил в рапорте, который только что ушел в Москву. А в конце приписал пару строчек: "В виду особой опасности преступника для окружающих граждан и сотрудников вверенного мне оперативного подразделения, предлагаю не брать Константина Огородникова живым. Уголовное дело раскрыто, и ценности для следствия Огородников больше не представляет".

И правда, кому надо лезть под пули из-за этой гниды. Только того не хватало, чтобы этот хмырь пару оперов напоследок завалил. Остается выследить Кота, дождаться, когда он сядет в свой бумер, а потом сделать из тачки дуршлаг с помощью табельных дыроколов. Наделать в ней столько отверстий, что и на двенадцатиразрядном калькуляторе не сосчитать. Об этом, естественно, в рапорте не было сказано ни слова. Начальство интересует не технология, а результаты.

На поиски Огородникова уйдет некоторое время. Почесав в затылке, Девяткин прикинул про себя ходы, которые, вероятно, сделает Кот. Ходов немного, и деваться ему некуда. Ситуация патовая. Дня три-четыре, и все будет кончено.

Довольный собой Девяткин до красноты растерся полотенцем, повязав его вокруг бедер, выглянул из номера в коридор, где у ближайшего окна маячила одинокая фигура мужчины в темном костюме:

– Ты что ли Круглов? Тогда заходи.

Девяткин, ничуть не стесняясь своего вида, развалился на диване, положив на кофейный столик голые ноги, однако гостю сесть не предложил, хотя рядом стояло мягкое кресло.

– Между прочим, я вызывал не тебя, – недовольно сказал Девяткин, – а подругу Шубиной Оксану.

– Я начальник службы безопасности ее... – начал было Круглов, но московский гость не дал ему договорить:

– Кто ты есть, я и так знаю, – Девяткин внимательно рассматривал пальцы своих ног, как будто они представляли для следствия гораздо больший интерес, чем стоявший перед ним мужик солидного вида, – работал в милиции, уволен за взятки. От тюрьмы отмазался. Теперь на побегушках у местного авторитета Захарова. Правильно?

Круглов лишь пожал плечами и отвел взгляд в сторону. Мол, пусть будет так, если вы настаиваете.

– Захаров с дочерью накануне вылетели за границу, – сообщил он, переминаясь с ноги на ногу. – Так сложились обстоятельства: у него возник серьезный конфликт с компаньоном.

– Плевать мне на его обстоятельства. За границу они уехали... Отъезд, больше напоминающий бегство. Значит, конфликт с компаньоном зашел слишком далеко? – Девяткин весело подмигнул собеседнику. – Так далеко, что пора вставать на лыжи? Ну, что дальше?

– Вашу повестку вручили мне, когда хозяин с дочерью уже сели в самолет. Но я готов помочь следствию в меру скромных сил и возможностей.

– Черт с тобой, помогай, – великодушно разрешил Девяткин, наклонился вперед и поскреб ногтями стопу.

– Чтобы не тратить понапрасну вашего времени, я вот тут все записал. Ну, как было. Туда-сюда... Вот, пожалуйста.

Круглов раскрыл тонкую папку и протянул следователю исписанные аккуратным почерком листки бумаги. Девяткин внимательно прочитал текст, задумался и сказал:

– Ты же бывший мент, а излагаешь, как барышня из пансиона благородных девиц. То, что Шубина шантажировала твоего хозяина, – это для меня тьфу, плюнуть и растереть. Девчонка тут вообще с боку припека. Меня интересует только тип на бумере, который ей помог скрыться. О нем ты накатал всего три строчки. Цвет джипа, номерной знак... Тачку он, наверняка, перекрасил или продал, а знаки поменял. Ни одной зацепки.

– Я много лет работаю в этих краях, – возразил Круглов. – Каждую бандитскую рожу знаю: сбытчиков, перекупщиков... У меня есть свои осведомители, и поверьте, этот круг знакомств гораздо шире, чему у милиции. Короче, если Огородников как-то засветится, попытается толкнуть тут свою тачку или сделает что-то в этом роде, я тут же дам знать. Моментом.

– Ладно, дерзай, – смилостивился Девяткин. – Только долго не тяни. А то и у тебя могут начаться неприятности. Как у твоего хозяина. Понял? Теперь вали отсюда.

Круглов кивнул, попятился к выходу и спиной вывалился из номера в коридор.

Ночь была беспокойная, наполненная видениями, похожими на явь. Коту снилось, будто он прогуливается краем леса, места пустынные и незнакомые. По дороге изредка проносятся автомобили, и снова надолго наступает тишина, слышно, как где-то вдалеке поет лесная птичка, ветер шумит в кронах деревьев, а небо хмурится. Кот все бредет и бредет, сам не зная цели своего путешествия. Иногда он присаживается на землю, чтобы немного отдохнуть, но вскоре поднимается и плетется дальше. Неудобные ботинки с круглыми носами трут ноги, а брезентовый плащ стесняет движения. Иногда, заслышав шум мотора, он выходит на обочину и, останавливаясь, поднимает руку. Водители будто не видят его, очередная тачка пролетает мимо, оставляя запах бензиновых выхлопов.

– Чтоб тебе провалиться, – грозит ей вслед кулаком Костян. – Мать вашу. Козлы...

Он вслушивается в тишину и, уже не сходя с обочины, пилит дальше, надеясь, что следующая тачка обязательно остановится. Трасса еще долго остается пустой. Но вот далеко-далеко за спиной возникает низкий звук работающего движка, он усиливается по мере приближения машины. Кот смотрит через плечо: черный джип БМВ икс-пятый, стекла затемненные, кузов надраен до блеска. Пару секунд Кот гадает, каким макаром в эту дыру занесло такую дорогую иномарку. И еще он думает, что даже руки поднимать не стоит. Водитель такой тачки ни за что не посадит в роскошный салон оборванца в брезентовом плаще и стоптанных ботинках.

Кот топает дальше, джип пролетает мимо, но неожиданно слышится скрип тормозов. Машина дает задний ход. Водила, поравнявшись с пешеходом, на три сантиметра опускает боковое стекло.

– Куда тебе? – глухой голос, доносящийся из салона, кажется знакомым. – Ну, просыпайся, деревня. Ехать тебе куда?

– Да тут... Вон за тем лесом...

Кот вдруг понимает, что не может назвать конечного пункта своего путешествия.

– Честно, братан, чего-то я попутал, – говорит Кот, – не помню точно. У меня с головой нелады. Мозги мне отшибли.

– А с деньгами у тебя как?

– Нет ни шиша.

– Тогда какого же хрена ты голосуешь, обормот?

– Ну, я думал за так... – Коту не хочется унижаться перед этим фраерком в бумере, но нет сил идти дальше: – Может, плащ мой возьмете? Он почти новый, без дырок.

– Ладно уж, садись, бомжара. Голь перекатная...

Кот готов обидеться и отойти в сторону, но вместо этого распахивает дверцу, залезает на переднее сиденье. И открывает рот от удивления. Хочет что-то сказать, но не может, будто ком в горле застрял.