Чтение онлайн

Когда ты говорил о времени, которое не движется, я слышала и видела, что мое сердце наполнено.

Дживан Мария, существуют высоты сверх высот. Не нужно благодушествовать, поскольку духовный поиск это вечная неудовлетворенность, но исполненная наслаждения. Чем больше в вас неудовлетворенности и желания взмыть в новые, головокружительные выси, тем больше значения и осмысленности приобретает каждый ваш вздох.

Я могу лишь показать вам путь, но вы сами должны пройти по нему, в одиночестве, с песнями и танцами, всегда помня о том, что нет такого места, где вам нужно остановиться навсегда. Хорошо где-то остановиться на ночевку и подождать прекрасный рассвет, расправить крылья, поскольку вас ждут новые высоты.

Это странствие бесконечно.

Этот момент очень важно осознать, потому что все религии учат тому, что где-то вам предстоит остановиться навсегда, якобы наступит такой миг, когда вы чего-то достигнете, и вам уже некуда будет идти. Жизнь не знает полной остановки, она все время движется вперед. Полная остановка только для тех, кому недостает мужества. Их удовлетворяет маленькая радость, слабый свет, тихая песня.

Я хочу, чтобы мои люди никогда не были исполнены довольства. Бессмысленно мучиться неудовлетворенностью в мирских вещах (как раз в отношении мирских вещей вполне можно достичь удовлетворенности), но удовлетвориться духовным ростом значит покончить с собой. Мирское довольство и божественная неудовлетворенность - вот наш путь.

Ты права. Если твое сердце бьется в унисон с моим сердцем, тогда ты слышишь мои слова прежде, чем я успеваю произнести их, потому что каждым своим утверждением я лишь пробуждаю нечто спящее, дремлющее в тебе, в моих словах нет новизны. Когда твое сердце танцует со мной, пробуждается нечто, спящее в тебе. И качество пробуждения остается прежним, поэтому ты слышишь мои слова заранее. Это ясный признак того, что ты все больше погружаешься в состояние преданной служительницы.

Ты говоришь: «Я вижу, что ты здесь, а затем чувствую, что присутствует только твое тело.

Когда ты говоришь об Иисусе, ты Иисус. Когда ты говоришь о Будде, ты Будда. Когда ты говоришь о Махавире, ты Махавира. Я вижу, что ты олицетворяешь всех мастеров».

Каждый мастер олицетворяет всех мастеров, поскольку у всех них одинаковое послание. Каждый мастер это всего лишь средство, канал, но все, что протекает через этот канал, принадлежит самому существованию. Иначе и быть не может. Язык будет другим, способы выражения будут другими, но сокровенная суть послания вечно пребывает одной и той же.

Я считаю себя в полном праве даже критиковать Будду, Махавиру, Иисуса, Заратустру, Бодхидхарму, Моисея именно потому, что чувствую свое родство с этими людьми. Я поступаю так из любви к ним.

Люди ошибочно полагают, будто я критиковал Иисуса, но на самом деле я лишь поправил его. Иисус жил две тысячи лет назад. За этот период изменился сам образ жизни. У нас изменились понятия, слова, подход к реальности. Несмотря на то, что пальцы указывают на одну луну, эти пальцы разнятся. Я так сильно люблю Иисуса и Будду, что мне совсем не трудно критиковать их, ведь я критикую их как друг, а не как некто посторонний.

Христианин боится критиковать Иисуса, потому что он посторонний ему, не друг. Христианин не знает, что любящий человек способна критиковать того, кого он любит. На самом деле, чем сильнее он любит, тем легче ему критиковать.

Ты действительно слышала в моем голосе всех мастеров прошлого и будущего, поскольку все поверхностные перемены ничего не меняют в основополагающей религиозности, она остается неизменной. Но у того, кто делает это открытие, распахивается сердце, и в его дом, в котором до сих пор царил мрак, врывается яркий свет.

И ты говоришь: «Когда ты говорил о времени, которое не движется, я слышала и видела, что мое сердце наполнено». Когда сердце полно, все останавливается: время, ум, все смолкает, как озеро, которое столь безмолвно, что на нем больше нет всполохов. Озеро уподобляется зеркалу; в полноте своего сердца ты также становишься зеркалом. Ты сможешь увидеть все небо, отраженное в этом зеркале.

Рабиндранат Тагор часто вспоминал человека, который был ровесником его деду, настолько он был стар. Этот человек часто приходил в дом Рабиндраната, которому всякий раз при этом было не по себе, потому что старик задавал ему странные вопросы. Если вам задают странные вопросы, вы либо отвечаете на них, хотя понимаете, что не правы, или же вынуждены хранить молчание, ставя себя в неловкое положение.

Этот старик постоянно смеялся независимо от того, отвечал ему Рабиндранат или нет. Он говорил Рабиндранату: «Ты отвечаешь неправильно, и в твоем отказе отвечать тоже нет правоты. Тебя считают великим поэтом, ты получил Нобелевскую премию, но ты ничего не знаешь. Ты написал много красивых стихотворений о Боге. Разве ты встречал Бога? Ты видел его?» У этого старика был столь пристальный взгляд, что его было трудно обмануть.

Однажды Рабиндранат пошел к морю, на берегу которого жил. Выдалась ночь полнолуния, и он увидел в океане отражение луны. Это отражение было еще прекраснее, чем сама луна. Так часто бывает... На фотографии вы получаетесь более привлекательными, чем в реальности. Человек может быть фотогеничным. Многие люди фотогеничны, то есть их изображения на фото получаются замечательными, но в жизни они вам не покажутся приятными.

Когда Рабиндранат пошел домой, налюбовавшись лунным светом и океаном, он увидел у дороги небольшие лужицы. Утром прошел дождь, и на земле остались маленькие лужи. Вода в них была грязной, и все же в этой мутной воде отражалась луна, так же красиво, как и в океане.

Рабиндранат осознал новую истину: луна предстает в неизменном виде и в роскошном, и в обычном зеркале. Реальность луны остается незатронутой. Рабиндранат впервые перестал бояться старика, который докучал ему. И вместо того чтобы отправиться к своему дому, Рабиндранат пошел прямо к дому того старика. В его памяти еще был жив яркие образы луны, океана, маленьких лужиц. Он сказал старику: «Я видел Бога».

Старик обнял его и ответил: «Я знаю. Я вижу это по твоему лицу, по твоим глазам. Я сразу все понял, когда ты вдруг в первый раз пришел ко мне. Я больше не стану докучать тебе, не будут приходить в твой дом. Я постоянно изводил тебя, потому что я знал твои способности. Я буду очень рад послушать твой рассказ о встрече с Богом».

Рабиндранат сказал: «Я смотрел на отражение луны в океане, а затем неожиданно увидел точно такое же отражение в грязных лужицах. Но сама луна не была грязной, ее отражение не было блеклым. Она отражалась в лужах так же красиво, как и в океане. Затем я вспомнил о вас, потому что вы так долго не давали мне покоя. Я был слеп. Я не сумел разглядеть в вас Бога. Я видел Бога только в красивых людях, цветах, луне. Но теперь я знаю о том, что не важно, кто ко мне приходит. Отныне для меня вы также отражение Бога, и я благодарен вам за то, что вы неустанно подталкивали меня, чтобы у меня случилось это озарение».

Когда ваше сердце наполнено, оно становится зеркалом, отражающим то, что есть истина. И если вы видите и понимаете это, тогда время непременно останавливается. Вы делаете грандиозное открытие.

Я действительно всего лишь тело, доступное всему, что уже открыто, а также тому, что еще только предстоит открыть во внутреннем существе человека. Я сдался существованию. Я сам не знаю, что я стану говорить.

Да, подобно Альмустафе, я ничего не «говорю», я также слушатель. А тот, кто говорит сейчас, уже говорил когда-то через Махавиру, Будду, Конфуция, Лао-Цзы - через миллионы мистиков. Дело в том, что таинство одно и то же: мистик становится полым бамбуком и позволяет существованию петь свои песни.