Чтение онлайн

Но Борис опять скривил губы:

— Мне и здесь хорошо.

Люся посмотрела вокруг:

— Да что же тут хорошего?

И я вдруг увидел: ничего хорошего на базаре нет — душно, пыльно, шумно.

— Брось ты все это! — кивнул я Борису на столики с апельсинами.

— А деньги не пахнут! — неожиданно невпопад ответил он. — И купля-продажа — не кража. Зато сам себе хозяин: гроши имеешь — нигде не пропадешь! — Он молол какую-то чепуху.

— Лучше пойдем с нами на реку, — позвал я. — Скоро адмиральский корвет испытывать будем. Завтра или послезавтра. Гошка уже и паруса поставил.

Я думал, что хоть это заинтересует Бориса — как-никак, а модель они с Адмиралом начинали мастерить вместе. Борис в самом деле оживился, даже переспросил:

— Готов корвет? — Но помрачнел и махнул рукой. — Ладно, топайте. Работать надо.

Я усмехнулся — тоже мне работка: гирьки подкидывать. Люся стояла словно пришибленная, ничего не говорила: смотрела, как Борис становится рядом с Родионом. Было ясно — его не упросишь уйти с нами. Что поделаешь, если человек сам не хочет? Ему, видите ли, здесь лучше.

Я потянул Люсю за рукав. Мы выбрались из горячей базарной толкучки на улицу. Пекло солнце. Я захотел пить и встал в очередь за газировкой. Люся тихонько пошла вперед. Я догнал ее уже на третьем углу. Взглянув на меня, она вздохнула:

— Это очень плохо, что он там остался. — Я кивнул. Но Люся опять горячо заговорила: — Нет, ты даже не представляешь, как это плохо! Ведь он сам спекулянтом заделывается.

Я засмеялся:

— Ну уж сказанула! Поторгует, и все. Купля-продажа — не кража.

— Вот-вот, — прицепилась Люся. — И ты заговорил Родионовыми словами.

— Какими это Родионовыми?

— А думаешь, Борис сам сообразил: «Деньги не пахнут!», «Сам хозяин»? Это на него Родион влияет.

— Да ну, — возразил я, хотя и не очень уверенно. А может, и вправду влияет?…

Сегодня днем мы пошли на реку — испытывать адмиральский корвет. Римма работала, поэтому попросила Люсину бабушку сопровождать нас. Бабушка еще ни разу не видела здешней реки и согласилась с удовольствием. А еще с нами пошел Славка Криворотый.

Вообще-то Славка никакой не криворотый, даже наоборот — на лицо ничего, ежик на голове. У него есть новая радиола, и все старшие ребята ходят к нему крутить пластинки. А еще у него есть дед-таежник. И Славка сам здорово стреляет. Вот он и взял свою малокалиберку и пульки. Его попросил Тима. Тима сказал, что мы можем поучиться на пустынном берегу стрелять, а когда достанем много пуль, то устроим настоящие соревнования в лесу.

Но главное, конечно, было испытание адмиральского корвета. Адмирал шел впереди всех, прижимая модель обеими руками к груди, словно это был шоколадный торт.

Корабль всем очень нравился. Под солнцем ослепительно блестели белые паруса, поднятые на трех мачтах. И палуба, покрашенная масляной краской, тоже блестела. Грозно торчали в квадратиках амбразур жерла пушек. Корвет — это старинный военный парусник. Назар Цыпкин сначала даже раскритиковал:

— Кто же делает корвет с мотором? — Но с ним заспорили, и он согласился: — Мне-то что! Пускай хоть с атомным реактором.

Мы поехали до водной станции на трамвае, но сошли на остановку ближе, чтобы спуститься к воде там, где поменьше людей.

Солнце жгло, в глазах рябило. Со стороны городского пляжа доносились смех и плесканье. А здесь было тихо, пахло дегтем. На спокойной воде шевелились лодки, привязанные цепями к рельсам, вбитым в землю. Берег здесь каменистый, поэтому купальщиков нет, зато много лодок. Мост через реку — в другом конце города. А здесь, кому надо на ту сторону, берутся за весла.

Мы с криками бросились к берегу, к лодкам, чтобы занять места поудобнее. Лодки закачались под нашими ногами, заплясали, выгоняя из-под себя большие волны.

Гошка-Адмирал уже возился с корветом, стоя по колено в воде. Около него толпились ребята. Впереди всех — Вика Жигалова с тетрадкой и карандашом в руках, она решила записывать, какая будет скорость по течению и против течения. Люсина бабушка села на нос самой большой лодки и тоже смотрела на Гошку.

Ветра не было, корвет под парусами идти не мог, а мотор почему-то не заводился. Адмирал нервничал, а мы шумели, смеялись и брызгались водой. Вдруг Рудимчик крикнул: «Глядите!» К нам подплывала голубая лодка с надписью «Чайка». На веслах сидел парень в черной рубашке. Он повернул голову, и мы увидели — Борис!

А он так и впился глазами в Гошкин корвет.

— Куда едешь? — закричала Вика.

Борис с силой рассек веслом воду. Лодка вильнула. А он все смотрел на модель, не отрываясь. И я понял: он все-таки не мог пропустить испытания парусника с мотором. Должно быть, и тезка мой понял это. Он крикнул:

— Смотри, Борис! — и поднял корвет повыше.

Но Борис не отозвался. Молча вогнал он свою «Чайку» между лодками, с шипением врезался в гальку и спрыгнул в воду. Он был босиком, в брюках, засученных до колен. Он начал затаскивать лодку на берег. В это время откуда-то сверху послышался певучий женский голос:

— Погодь, голубчик, погодь! — С крутого обрыва на берег плюхнулась, смешно растопырив локти, толстая тетка в желтой кофте с белым узелком в руках. Она подбежала прямо к Борису. — Ох, поспела, никак! — начала она радостно. — Перевези, голубчик, в Заречье. В больницу к дочке опаздываю. Вкруговую на автобусе не поспею. Будь ласков. — Она была уверена, что ей не откажут в просьбе, потому что сразу поставила в лодку узелок и сама полезла через борт.

Но Борис крикнул:

— Куда? А ну! — И стал вытаскивать из уключин весла.

Тетка опять певуче запросила:

— Да перевези, голубчик. Я заплачу. Только скажи, сколько надо.

— Мильон надо! — отрезал Борис.

— Что ты! — всерьез всплеснула тетка руками. — Ты уж как другие.

— А другие на пол-литра берут! — опять огрызнулся Борис.

Я не верил своим ушам: да он ли это? Наш Главнокомандующий! «На пол-литра». Мне захотелось крикнуть: «Не дури, Борька! Ты совсем не такой. Ну, помоги тетке, перевези ее!» И все, наверное, подумали так же, даже девочки, — сразу несколько человек метнулось за Борисом, когда он уже зашагал прочь от воды.