Чтение онлайн

Внезапно дверь отлетает в сторону и в мою обитель влетает огромный бородатый мужик с безумными глазами:

– Миледи!?

Еще не до конца придя в себя от представших взору объемных открытий, я вежливо отвечаю что-то вроде: «ааа, да пошел ты!» и вскакиваю с постели, целиком оглядывая себя.

Из одежды на мне только бинты и что-то похожее на аксессуар сиреневого цвета с витрины какой-нибудь «черной орхидеи» или любого другого женского бутика. «А почему только низ?» озадачилось мое туповатое подсознание, в то время как сознание лихорадочно заметалось по признакам «миледи» внезапно завладевшим моим мужским естеством.

Начинаю себя щипать за руки и усиленно тереть глаза, пытаясь открыть веки на не предусмотренную анатомией ширину, и подпрыгиваю от внезапно прозвучавшего баса:

– Миледи, вам нельзя вставать.

Обернувшись, замечаю все ту же рожу, бесстыже распахнувшую дверь. Хотя с детства привык прикрываться ниже пояса, тут как-то рефлекторно прикрыл грудь.

– Какая я тебе миледи?

Мужик как будто задумался, затем промямлил:

– Госпожа? – Неловко притворив почти слетевшую с петель дверь, он переступил через порог и по-хозяйски полез кочергой в камин (это не эвфемизм!), – Я буду называть вас как прикажете, госпожа Санрайз.

Мне такие затяжные сны еще не снились. Уже начинаю грешить на пакетики с бергамотом и даже на коварную хозяйку, щедро предложившую вкусить шарлотку.

Потрепав угли в камине, мужик снова вперил в меня взгляд:

– Не волнуйтесь, госпожа, я евнух.

Моя бровь как-то сама по себе поползла вверх:

– Ааа, – Как-то глупо ответил я, продолжая прикрывать грудь и стараясь не заострять внимание на непривычности интимного места пониже живота.

Уповая на то, что скоро зазвонят друзья и разбудят меня, я пристроился на краешек кровати и погрузился в думы.

Я, конечно, люблю интересные сны, особенно когда знаю что сплю, но почему-то сейчас интуиция не советовала выбегать нагишом на улицу или засовывать голову в камин, в общем, делать все то, что приходит на ум, когда осознаешь, что вокруг все сон.

Взгляд как-то непроизвольно скользнул по бородатому евнуху и переполз на топор над камином. Стало совсем не уютно.

– Эээ, не подскажете, где моя одежда?

Только сейчас я стал замечать более мягкие нотки в собственном голосе, что послужило очередным поводом для паники. Так, все нормально, просто игры это зло, вот проснусь и удалю все на фиг!

– Боюсь, маг запретил вам вставать, он запер вашу одежду в сундуке. Не переживайте, он скоро вернется проверить ваше самочувствие, а пока отдыхайте.

Мужик достал из заплечной сумки освежеванную тушку кролика и принялся ее шинковать в большой котел, стоящий у камина:

– Вы славно сражались и заслужили отдых. Ужин скоро будет готов.

– Какой еще маг? И вообще, где я и кто? – незнакомое ощущение собственного тела изрядно сбивало с толку, и я решил завернуться в плед. Прекрасно осознавая, что заданные вопросы могут изрядно продлить мое пребывание в этой импровизированной лечебнице, я решил, что лучше прояснить ситуацию. Тем более я никуда не торопился и все еще надеялся проснуться в ближайшее время от звонка друзей или лепета вернувшейся Светланы Васильевны. Ведьма старая!

От ответа на мои шизофренические вопросы евнуха с телосложением терминатора и в костюме средневекового бомжа спас стук в дверь, после которого она тут же распахнулась, явив моему взору щуплого паренька с зализанными рыжими волосами и в длинном расшитом золотом балахоне цвета хаки (да, мне тоже это показалось странным)

– О, миледи, вы пробудились ото сна. Как приятно вас видеть…, – Паренек окинул меня взглядом и сглотнул, – …в добром здравии.

– Ты кто такой, шизик? – Даже в школьные годы за такой недвусмысленный взгляд я мог прибить столь очевидного ботаника, но сейчас стало как-то особенно стыдно. Тем более в школе на меня так не пялились.

Деревенский евнух отвлекся от своего дела и предстал перед вновь прибывшим:

– Простите сударь, миледи Санрайз, похоже, не до конца отошла от полученных ранений, я уверен, что пара ваших зелий исправит ее недуг.

Ох, блин, я же раненый!

Женское тело придуманного мною персонажа было как-то менее привычно, нежели ушибы и царапины, и проверить целостность этой оболочки, обвязанной бинтами словно мумия, я как-то не сообразил.

Кровищи надо сказать на бинтах изрядно, словно я неделю отдежурил на рынке продавцом мяса. Судорожно себя ощупываю на предмет болевых ощущений и скромно заглядываю под бинты.

– Позвольте, я этим займусь, миледи.

Неведомо как, похожий на ботаника в худшем проявлении, пацан, материализовался возле меня, протягивая ко мне похабные ручонки.

– Ты евнух? – Вкрадчиво спросил я, угрожающе выставив кулак.

– Ээ, нет, миледи

– А хочешь им стать?

Кажется, он был все-таки сообразительным малым и, прикрывшись руками, отступил, давая мне простор для исследований.

– А, по-моему, в этом нет ничего плохого, – Пожал плечами бородатый терминатор.

Я смерил его взглядом, запоздало соображая, что я вроде как теперь тоже…, того самого.

Он так же примирительно поднял руки и пробубнил:

– У нас демократия, свобода мнения.

Это явно сон, иначе, откуда в каком-то средневековом захолустье объявится демократия? Размышляя на эту вольную тему, я под пристальным взглядом двух «ролевиков» принялся разматывать бинты.

Одной рукой это делать было сложновато, но вторая уже почти привычно брала на себя оборонительную функцию, защищая грудь от лишних взглядов.

– Я же говорил, что люблю быть наставником персонажа, а не влезать в его шкуру, – Бубнил я себе под нос, – Бредовый сон.

Два представителя местной фауны переглянулись и малец высказался:

– Миледи, вы не спите. Возможно, ваша память пострадала, но она восстановится. Позвольте мне восполнить некоторые пробелы.

Решив, что заставку я все равно пропустил, а в ней могло быть что-то интересное, я кивнул:

– Валяй.

Парень прокашлялся и начал:

– Прежде всего, представлюсь. Меня зовут Мейбилост Рыжий, я маг и целитель Орлинга. А этот господин, приютивший вас, добрый служитель храма Ирсиона, Игзигаль, пока в чине послушника, но очень перспективный служитель Благодати.

Под бинтами не обнаружилось ни царапины, но к своему удивлению, я заметил три неплохих таких шрама на животе, ближе к груди и на боку. Похоже, меня кто-то сильно и больно обидел.

– От кого мне так досталось?

– Ох, миледи…

– Хватит меня называть миледи! – Уже от одного слова, не глядя на себя в зеркало, я потихоньку сходил сума.

– Она предпочитает «госпожа», – Одними губами шепнул Игзигаль, заставив меня в лучших традициях мультиков хлопнуть себя ладонью по лбу.