Чтение онлайн

– «Хей-нонни, хей-нонни, хей-нонни-хей».

– Хочешь, чтобы я разрешила тебе уйти? Этого ты хочешь?

– Нет. – Санса всеми силами подалась назад, но тетка не сдвинулась с места. – Не сюда. Прошу вас. – Она шарила по дверному косяку, но зацепиться было не за что. Ноги скользили по мокрому мрамору. Лиза неумолимо толкала ее вперед, и весила тетка на три стоуна больше, чем племянница.

– «Тут леди на сено легла нагишом», – пел Мариллон. Санса рванулась вбок, обезумев от страха, и одна ее нога ушла в пустоту.

– «Хей-нонни, хей-нонни, хей-нонни-хей».

Ветер задрал ей юбки и впился холодными зубами в голые ноги. На щеках таяли снежинки. Санса, отчаянно размахивая руками, ухватилась за толстую теткину косу.

– Пусти меня! Пусти! – завопила Лиза. Она балансировала на самом краю. Где-то далеко стражники дубасили копьями в дверь, требуя, чтобы их впустили. Мариллон оборвал свою песню.

– Лиза! Что это значит?! – донеслось до Сансы сквозь плач, визг и тяжелое дыхание. Гулкое эхо чьих-то шагов раздалось в чертоге. – Да отойди же оттуда! Лиза, что ты делаешь? – Стражники по-прежнему долбили в дверь. Мизинец прошел через другую – через дверь лордов за помостом.

Лиза повернулась, немного ослабив хватку, и Санса сумела вырваться. Она упала на колени, и тут Петир увидел ее. Он замер на месте.

– Алейна! В чем дело?

– В ней. – Лиза схватила Сансу за волосы. – В ней все дело. Она с тобой целовалась.

– Скажите ей, – взмолилась Санса. – Скажите, что мы просто строили замок...

– Молчать! – взвизгнула тетка. – Я тебе слова не давала. Плевать я хотела на твой замок.

– Она еще дитя, Лиза. Дочь Кет. Что ты творишь, скажи на милость?

– Я хотела выдать ее за Роберта! Она неблагодарная. Развратная. Ты не ее, чтобы тебя целовать. Не ее! Я собиралась проучить ее, вот и все.

– Понятно. – Петир погладил подбородок. – По-моему, она уже все поняла, – правда, Алейна?

– Да, – прорыдала Санса. – Я поняла.

– Не хочу, чтобы она здесь оставалась. – Глаза тетки блестели от слез. – Зачем ты привез ее в Долину, Петир? Ей здесь не место. Не место.

– Ну так отошлем ее назад. В Королевскую Гавань, если хочешь. – Петир сделал шаг в их сторону. – А теперь отпусти ее, и отойдите обе от двери.

– НЕТ! – Лиза еще крепче вцепилась Сансе в волосы. Их юбки шумно хлопали на ветру. – Не может быть, чтобы ты хотел ее. Она глупая, пустоголовая девчонка. Она не любит тебя так, как я. Я тебя всегда любила. Я доказала это, разве не так? – Слезы струились по ее отекшему красному лицу. – Я подарила тебе свою невинность. И сына бы подарила, но они убили его лунным чаем, ромашкой, пижмой и мятой, с ложкой меда и капелькой блоховника. Я не знала – я просто выпила то, что дал мне отец...

– Все это в прошлом, Лиза. Лорд Хостер умер, и его старый мейстер тоже. – Мизинец подошел чуть поближе. – Ты снова пила? Напрасно ты говоришь так много. Мы ведь не хотим, чтобы Алейна знала больше, чем ей полагается? Или Мариллон?

– Кет тебе никогда ничего не давала, – не слушая его, продолжала Лиза. – Я устроила тебя на твою первую должность, я заставила Джона взять тебя ко двору, чтобы ты был рядом. Ты говорил, что никогда этого не забудешь.

– Я не забыл. Теперь мы вместе, как ты всегда хотела, как мы замышляли. Отпусти Сансу.

– Нет! Я видела, как вы целовались на снегу. Она такая же, как ее мать. Кейтилин целовалась с тобой в богороще, да только не всерьез – ты не был ей нужен. А ты любил ее больше, чем меня-а-а-а!

– Нет, любимая. – Петир сделал еще шаг. – Ты же видишь – я здесь. – Он протянул ей руку. – Ты плачешь напрасно.

– Напра-а-асно, – рыдала она. – Ты и в Королевской Гавани то же самое говорил. Добавь слезы Джону в вино, сказал ты, и я это сделала. Ради Роберта и ради нас! И написала Кейтилин, что моего лорда-мужа убили Ланнистеры, как ты мне велел. Как умно... ты всегда был умен, я и отцу говорила, что Петир взлетит высоко, что он хороший и что я ношу его ребенка... Зачем ты целовал ее? Зачем? Мы соединились наконец после стольких лет, а ты целуешь ее-е!

– Лиза, – вздохнул Петир, – тебе следовало бы больше доверять мне после всех бурь, что мы пережили. Клянусь, что больше не отойду от тебя, пока мы оба живы.

– Правда? – рыдая, спросила она. – Нет, правда?

– Правда. Отпусти девочку и поцелуй меня.

Лиза бросилась в объятия Мизинца, а Санса на четвереньках отползла от Лунной Двери и ухватилась за ближнюю колонну. Сердце болезненно билось. В волосы набился снег, правый башмак отсутствовал – должно быть, упал вниз. Санса, содрогнувшись, еще крепче обхватила колонну.

Мизинец дал Лизе выплакаться у него на груди и легонько поцеловал ее.

– Милая моя, глупая ревнивая женушка. Ты же знаешь: я всю жизнь любил только одну женщину.

– Одну? – с дрожащей улыбкой повторила Лиза. – Ты клянешься, Петир? Только одну?

– Да. Только Кет, – сказал он и толкнул ее.

Лиза отлетела назад, поскользнулась на мокром мраморе и вдруг пропала. Она даже крикнуть не успела – за дверью слышался только шум ветра.

– Вы... вы... – ужаснулся Мариллон.

Стражники молотили в дверь своими копьями. Петир поднял Сансу на ноги.

– Ты цела? Тогда беги открой стражникам. Быстрее: время терять нельзя. Певец убил мою леди-жену.

ЭПИЛОГ

Дорога к Старым Камням делала два оборота вокруг холма, прежде чем достигнуть вершины. Ее состояние даже в хорошую погоду оставляло желать лучшего, а теперь она к тому же раскисла от ночного снегопада. Снег осенью в речных землях – это противоречит природе. Снег, правда, продержался только одну ночь и почти весь растаял, когда взошло солнце, однако Меррет счет его дурной приметой. Дожди, половодье, пожары и война лишили их двух урожаев и доброй части третьего, ранняя же зима грозила голодом всем речным землям. Да, голодать будут многие, а некоторые даже умрут. Меррет надеялся, что не войдет в их число, хотя с его удачей все может быть.

Нижние склоны холма под руинами замка заросли таким густым лесом, что в нем свободно могла укрыться целая сотня разбойников. Может быть, они все это время следят за ним. Меррет смотрел по сторонам, но не видел ничего, кроме дрока, крапивы, чертополоха и ежевики, растущих между соснами и серо-зелеными страж-деревьями. Толстые стволы перемежались хилым молодым дубняком, ясенями и вязами. Впрочем, если он не видит разбойников, это еще ничего не значит. Они умеют прятаться лучше, чем честные люди.