Чтение онлайн

Бриенна действительно умолкла, но это угрюмое молчание вскоре стало раздражать Джейме не меньше, чем бесконечные попытки Квиберна подольститься к нему. Да помогут ему боги – вот уж не думал он, что будет скучать по Клеосу Фрею. Надо было оставить женщину медведю, и дело с концом.

– Королевская Гавань, – объявил он, подъехав к ней. – Наше путешествие окончено, миледи. Вы сдержали свою клятву и доставили меня на место – не совсем, правда, в целости.

– Это лишь половина моей клятвы, – безучастно ответила Бриенна. – Я обещала леди Кейтилин привезти ей ее дочерей – или по крайней мере одну Сансу. А теперь...

Она никогда не встречалась с Роббом Старком, но горюет по нему больше, чем Джейме по Джоффу. Или, может быть, не по нем, а по леди Кейтилин. Эту новость они узнали в Бриндлвуде от краснолицего и толстого, как бочка, рыцаря по имени сир Бертрам Бисбери – его герб представлял собой три пчелиных улья на поле в черную и желтую полоску. Этот Бисбери сказал им, что вчера через Бриндлвуд проехал отряд лорда Пайпера, направляясь в Королевскую Гавань под собственным мирным знаменем. «Теперь, когда Молодого Волка не стало, Пайпер не видит больше смысла продолжать войну. Его сына удерживают пленником в Близнецах». Бриенна только рот разинула, как подавившаяся жвачкой корова – пришлось Джейме самому расспрашивать рыцаря о подробностях Красной Свадьбы.

«У каждого лорда есть непокорные знаменосцы, завидующие его положению, – сказал он ей потом. – У моего отца были Рейны и Тарбеки, у Тиреллов – Флоренты, у Хостера Талли – Уолдер Фрей. Таких только силой можно удержать на своем месте. Стоит им почуять слабость... Болтоны в Век Героев сдирали со Старков кожу себе на плащи». Вид у женщины был такой несчастный, что Джейме поймал себя на желании утешить ее.

С того дня Бриенна стала какой-то полумертвой, и даже обращение «женщина» не вызывало у нее никакого отклика. Сила ушла из нее – из той, которая сбросила валун на Робина Ригера, сражалась с медведем турнирным мечом, откусила ухо Варго Хоуту и загоняла Джейме до изнеможения.

– Если хочешь, я поговорю с отцом о твоем возвращении на Тарт, – сказал Джейме. – Если же ты предпочтешь остаться, я, быть может, найду тебе какое-нибудь место при дворе.

– Место фрейлины при королеве? – тусклым голосом спросила она.

Джейме вспомнил ее в розовом атласном платье и попытался представить себе, что сказала бы его сестра о такой фрейлине.

– Скорее должность в городской страже...

– Я не желаю служить с клятвопреступниками и убийцами.

«Зачем же ты тогда опоясалась мечом?» – хотел сказать Джейме, но промолчал.

– Как скажешь, Бриенна, – сказал он и ускакал от нее.

Ворота Богов были открыты, но перед ними выстроилось дюжины две повозок, груженных бочками с сидром, яблоками, сеном и тыквами, громаднее которых Джейме еще не видывал. Их охраняли латники с эмблемами мелких лордов, наемники в кольчугах и вареной коже, а порой и просто румяные крестьяне с сыновьями, вооруженные самодельными, обожженными на огне копьями. Джейме улыбался им, проезжая мимо. Золотые плащи у ворот брали дань с каждого возницы.

– Это что же такое? – осведомился Железные Икры.

– По приказу королевского десницы и мастера над монетой они должны уплатить за право торговать в городских стенах.

Джейме оглянулся на длинную череду повозок и навьюченных лошадей.

– Стало быть, они стоят в очереди, чтобы уплатить?

– Тут можно хорошо заработать теперь, когда воевать перестали, – весело пояснил мельник с ближней повозки. – Город нынче держат Ланнистеры, и заправляет ими старый лорд Тайвин с Утеса. Говорят, он даже срет серебром.

– Золотом, – сухо поправил Джейме. – А Мизинец, полагаю, чеканит монету из его дерьма.

– Мастер над монетой теперь Бес, – сказал капитан ворот. – Вернее, был им, пока его не взяли за убийство короля. – Капитан подозрительно оглядел северных воинов. – А вы кто такие будете?

– Люди лорда Болтона. У нас дело к королевскому деснице.

Капитан взглянул на мирное знамя в руках Нейджа.

– Колено преклонить приехали? Вы не единственные. Ступайте прямо в замок, да чтоб без глупостей. – Он махнул им рукой, пропуская, и вернулся к повозкам.

Если Королевская Гавань и скорбела по своему юному королю, Джейме этого не заметил. На Хлебной улице нищенствующий брат в потертой рясе громко молился о душе Джоффри, но прохожие уделяли ему не больше внимания, чем хлопающей на ветру ставне. Повсюду, как обычно, толпился народ, золотые плащи в своих черных кольчугах, мальчишки, торгующие хлебцами и горячими пирожками. Шлюхи свешивались из окон в наполовину расшнурованных корсажах, по сточным канавам неслись бурные потоки. Пятеро мужчин вытаскивали из переулка дохлую лошадь, жонглер подкидывал в воздух ножи к восторгу пьяных тирелловских латников и ребятни.

Джейме, проезжая по знакомым улицам с двумя сотнями северян, лишенным цепи мейстером и страхолюдной женщиной, чувствовал, что ничьих взглядов не привлекает. Он сам не знал, забавляет это его или бесит.

– Они не узнают меня, – сказал он Уолтону на Сапожной площади.

– Вы изменились с виду, и герб у вас чужой – притом теперь у них появился новый Цареубийца.

В открытых воротах Красного Замка им загородили дорогу около дюжины золотых плащей с пиками, но Джейме узнал белого рыцаря, который ими командовал.

– Сир Меррин!

Обвисшие веки сира Меррина Транта широко раскрылись.

– Сир Джейме?

– Приятно, когда тебя помнят. Велите своим людям отойти.

Давно уже никто не повиновался ему с такой быстротой – Джейме успел позабыть, какое славное это чувство.

Во внешнем дворе они нашли еще двух королевских гвардейцев, которые при Джейме белых плащей не носили. Это похоже на Серсею – назначить его лордом-командующим, а после выбирать его подчиненных, не посоветовавшись с ним.

– Я вижу, у меня появилось двое новых братьев, – спешившись, сказал он.

– Мы имели эту честь, сир. – Рыцарь Цветов блистал такой чистотой и роскошью в своей белой чешуе и шелку, что Джейме рядом с ним почувствовал себя оборванцем.

– Сир, – сказал он Меррину Транту, – вы плохо объяснили нашим новым братьям их обязанности.

– А каких обязанностях вы говорите? – опешил тот.

– Об охране жизни короля. Сколько монархов сменилось у вас с тех пор, как я покинул город? Двое, не так ли?