Чтение онлайн

Влад шёл по родному городу. Привычно — пустой, он, тем не менее, выглядел необычно. Таким, каким был до того, как провалиться в бездну. Зеленели тополя, будто не побитые страшным морозом, светились вывески реклам над магазинами. Видеть город таким было приятно и радостно. Лопатин знал, что и люди никуда не делись, они где-то тут. Просто он их не видит. Рядом шагала Каси, почему-то в земной одежде. Лёгкое белое платьице в цветочек девушке безумно шло. Влад и подумать не мог, что демонессе с её смуглой, даже чуть с красноватым отливом кожей, будет так к лицу такое светлое ситцевое платье. На ногах у Каси были лёгкие босоножки — тоже белые, с ремешками чуть выше щиколоток. Влад на них особенно обратил внимание, потому что вместо ступней у Каси сейчас были копытца.

«Надо же, — подумал Лопатин. — Всегда были обычные ступни, я же видел. Изящные такие. А сейчас копытца».

Это было немножко странно, но Влад совсем не удивился. Они о чём-то болтали с демонессой, и та периодически задевала его хвостом по щеке, но это не было неприятно. Только немного щекотно.

Навстречу вдруг вышел чужой. Совсем не такой, как тенебриса, да и на того, что в фильмах он тоже был не похож, просто Лопатин откуда-то точно знал — чужой. Страшный, с жабрами, с скользким, мерзким телом и с кислотой вместо крови. Но Каси совсем не боялась. Демонесса поприветствовала этого чужого, и начала с ним о чём-то говорить — Лопатин никак не мог разобрать, о чём. А потом этот чужой вдруг вырвал сердце у демонессы, у неё изо рта пошла кровь, Влад закричал от ярости и горя. И проснулся.

Дружок нагло расположился на лежанке, и ему тоже что-то снилось, только, в отличие от Влада, приятное — во сне пёс помахивал хвостом.

«Причём, зараза такая, обязательно было задницей к лицу ложиться! — возмутился Влад. — Вот чей хвост меня по лицу гладил!»

Такую привычку Дружок завёл с тех пор, как Влад устроился жить на заводе. Возвращаться домой каждый день через весь город было лень и слишком долго и лень, так что Лопатин решил время сэкономить, благо пустующих помещений на заводе хватает. Вернувшись домой в тот день, когда случился бунт, Влад застал пса в крайне нервном состоянии. Видно, почувствовал, что произошла какая-то беда, и весь извёлся. А выйти не смог — дверь была заперта. Лопатин же, наоборот, порадовался, что пса с ним во время бунта не было. Слишком опасно — мог ведь и получить из метателя, и что тогда делать? Однако пёс с тех пор пёс наотрез отказался оставаться дома, чуть ли не истерику устраивал, когда хозяин пытался уйти куда-то без него. И спать теперь устраивался на лежанке вместе с человеком — чтобы, значит, во сне не пропустить момент, когда беспокойный человек куда-то уйдёт.

А потом Влад вспомнил остальные детали сна, и веселье как рукой сняло.

— Знаешь, Дружок, — сказал Лопатин, спихивая пса с лежанки, чтобы вставать не мешал. — Мы ведь на самом деле ерундой занимаемся. Ракеты эти, самолёты у дяди Саши с Каси… Всё это будет бесполезно, если у нас на острове заведётся чужак. Не такой, как бывшие пленные — с ними мы, откровенно говоря, просто облажались, а настоящий, который будет притворяться, что свой. В первую очередь нам нужна контрразведка, вот только я понятия не имею, как её организовать. И спросить не у кого. С Каси посоветоваться?

Мысль была очень соблазнительная — парень уже привык доверять демонессе, к тому же сохранить остров и в её интересах. Если б не сон…

«Глупо ориентироваться на сновидения, но есть тут и разумное зерно, — размышлял Лопатин, поглаживая встревоженного Дружка. Пёс чувствовал, что хозяин беспокоится, и теперь ластился, пытаясь поднять настроение приятелю. — Каси в этом деле явно не сильно больше меня разбирается. А ещё она привыкла доверять куче разного народа… хотя бы отцу, который явно себе на уме. Нет уж, с Каси мы, конечно, посоветуемся, но начать лучше самостоятельно. Пока голова чистая, ничьими представлениями не забита. И с чего начать — очевидно. Нужно составить представление о каждом из жителей острова. Вообще-то, даже раньше надо было это сделать, но, да ладно. Лучше поздно, чем никогда».

Представив, сколько предстоит разговоров, Лопатин поморщился. Устраивать допросы всему населению острова — что может быть более неприятным занятием? Даже если формально это и не будет допрос. Куда интереснее конструировать ракеты, тем более, дело, наконец, сдвинулось с мёртвой точки.

«Вот только сделать это необходимо. Так что нечего отлынивать. Раньше начнёшь — раньше закончишь. А в процессе, может, ещё какая-нибудь дельная мысль в голову придёт».

Окончательно проснувшись, правда, решил не пороть горячку.

«Устраивать „допросный марафон“ не будем. Лучше просто потихоньку с людьми общаться, периодически. А то мы с Эсфиррой днюем и ночуем на заводе, Каси с дядей Сашей уже вовсю строят самолёты, а чем занимаются остальные — мы даже не в курсе!»

С демонессой и соседом они действительно связывались регулярно, докладывая друг другу о своих успехах, а вот что происходит на острове Влад из виду как-то упустил.

Кто первый кандидат на разговор? Ответ очевиден. Эсфирра ещё при найме матросов на корветы оказала просто неоценимую помощь, работая то ли детектором лжи, то ли считывателем эмоций. Бесценный специалист! А вот что нужно ей самой, тенебриса так и не рассказала. Между тем, Владу хотелось бы и дальше пользоваться её помощью. Да, все местные, жители Ойкумены, с кем он обсуждал тенебрису, однозначно утверждали — представители этого народа не лгут и не предают. Но всё равно — тревожно не знать, отчего столь редкий, ценный и дорогой специалист согласился с тобой работать. Эсфирра ведь так и не рассказала, почему она к ним присоединилась.

После бунта найти её удалось не сразу. Собственно, тенебриса сама вернулась после того, как закончила охоту. Очень, к слову, удачно получилось — не пришлось устраивать поиски разбежавшихся. У тенебрисы проснулся охотничий инстинкт, и она не вернулась, пока не выловила всех, кто попытался сбежать. Живых не осталось, но Влад из-за этого совершенно не переживал. Он бы и остальных — тех, кого взяли на корвете, — отправил в бездну. Но Грин решил по-другому, и спорить с ним парень не захотел. Решил — нечего изображать из себя кровожадное чудовище. Тем более, по возвращению в империю, этих бунтовщиков всё равно ничего хорошего не ждёт. Каторга!

А вот Эсфирра своего охотничьего марафона слегка стеснялась. Объяснила Владу, что тенебрисы — хищники. Обычно они сдерживают свои инстинкты, но если уж пришлось их отпустить, обратно загнать очень трудно. Влад и сам помнил, как она на него смотрела. С трудом ведь сдержалась! Однако ничего ужасного всё равно в упор не видел. Во-первых, всё-таки сдержалась, а во-вторых — у каждого свои особенности. В общем, успокоил, как мог.

«Вот сегодня с ней и поговорим. Всё равно сегодня без экспериментов — нужно найти материалы для нормальной ракеты!» — решил Влад.

Разговор не пошёл — Эсфирра опять отмалчивалась. Точнее, она вполне охотно разговаривала, вот только отвечала, как всегда, непонятно, а Влада это злило. Он не хотел обижать тенебрису, но и ему тоже хотелось ясности.

— Я не знаю, почему решила так, как решила, — кажется, Эсфирра заметила недовольство собеседника и попыталась хотя бы что-то объяснить. — Так мне подсказала интуиция. Я привыкла верить своим предчувствиям, и пока ни разу не пожалела об этой привычке. С вами интересно. А ещё — мне нравится этот остров. Здесь красивые высокие деревья, река с песчаным берегом, и много интересных задач. Я думаю, я останусь здесь жить. Это и будет платой за мою помощь. Ты поможешь мне выбрать жилище и обустроить его по моему вкусу. Не сейчас, а когда мы доберёмся до Ойкумены. Есть у меня предчувствие, что сейчас не стоит тратить на это время. К тому же это потребует определённых усилий — мои предпочтения в месте для обитания довольно специфичны.

Большего от этой откровенно странной барышни Влад добиться так и не смог, но вот оговорка про то, что не стоит сейчас тратить время ему не понравилась.

«Опять! Только расслабились, и опять!»

Впрочем, тенебриса постаралась его успокоить:

— Это не предчувствие, Влад. Просто погода меняется. Спроси у Каси, не замечает ли она чего-то странного. Полагаю, капитан воздушного корабля лучше разбирается в изменениях воздушных течений.

Погода действительно слегка изменилась — стало чуть прохладнее. Правда, после того, как остров подняли из глубин, на которых минус шестьдесят — вполне нормально, Лопатин как-то не сильно обращал внимания на прохладу. Даже наоборот, приятно было — это отдыхать хорошо, когда на улице летняя жара, а когда ты занят каким-то делом, плюс двадцать — самое то.