Чтение онлайн

А когда тьма и магия рассеялись, ее уже не было. Как и Источника Лорда Ахаза. Прежде чем Теон успел что-либо сказать или сделать, он оказался на коленях. Его заставили опуститься световые спирали, от которых его тьма шипела и сопротивлялась. Это было совсем не похоже на свет Тессы.

— Не двигайся, Лука. Теон более чем заслужил это за свое сегодняшнюю выходку, — прорычал Вальтер, и Теон понял, что его Хранитель в этот момент сдерживает трансформацию.

Лорд Ахаза стоял над ним, и его лицо почему-то выглядело пугающе доброжелательным, когда он заговорил с Теоном:

— Она понимает, чем здесь рискует. Речь идет не только о тебе и какой-то связи, но и обо всем Девраме. И, думаю, в глубине души ты это тоже знаешь.

— Что вы ей наговорили? — потребовал Теон. — Что вы ей сказали?

Лорд Ахаза лишь улыбнулся и произнес:

— Все то, что ты от нее скрывал.

ГЛАВА 42

ЛУКА

Ему потребовалось больше времени, чем он думал, чтобы выяснить, где именно в Пантеоне держат Тессу. У Теона это всегда выходило так просто. Казалось, он просто знал, где она находится, в любую секунду. Он никогда не колебался, просто сразу направлялся к ней. А вот эта метка слежения требовала времени, чтобы понять тонкие сигналы, подсказывающие, что он на верном пути. Не говоря уже о том, что все нужно было делать тайно, перемещаясь между коридорами и уровнями. Если бы Аурион соизволила появиться, она бы наверняка помогла, но ее не видели с самой битвы.

Лука был почти уверен, что вычислил нужное место. Шестеро, если быть точным, так что ему придется переместиться сразу внутрь комнаты.

Оставалось надеяться, что она там одна.

Сделав глубокий вдох, чтобы собраться с силами, он сделал шаг, словно проходя сквозь разрыв в воздухе. Знакомый толчок в районе пупка был почти незаметен после стольких лет практики. Он моргнул, привыкая к тусклому освещению комнаты. Она была почти идентична той, что использовали для нанесения меток. Основное пространство освещали несколько светильников. Здесь были диван, стол с двумя стульями. На столе лежали фрукты, сыр и крекеры. По крайней мере, она что-то поела.

Справа виднелась дверь в другую комнату, приоткрытая наполовину, и он бесшумно направился к ней. Затем с облегчением выдохнул, увидев ее. Она лежала на спине, сложив руки на животе, а световые браслеты мягко светились вокруг запястий. Ее золотистые волосы раскинулись по белому одеялу. Она переоделась после слушания. Вместо облегающего платья на ней были брюки с манжетами на щиколотках и топ, заканчивавшийся на середине торса, оставляя пару дюймов живота открытыми. Ноги свисали с края кровати, босые ступни покачивались.

— Тебе не положено здесь быть, — произнесла она.

— Я в курсе, — ответил Лука, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки.

Она приподнялась на локтях:

— Как ты сюда попал?

— Переместился.

— А защитные чары?

Он пожал плечом:

— Думаю, они не ожидали, что кто-то переместится внутрь, поэтому чары этого не фиксируют.

Она на мгновение задумалась:

— В этом есть смысл.

Затем снова откинулась на кровать.

— Ты выглядишь… лучше.

— Я смогла поспать.

— А, ну да. Дневной сон всегда помогает непослушным детям, — отозвался он.

Она повернула голову, одарив его скептическим взглядом:

— Если ты здесь только для того, чтобы напомнить мне, какой ты засранец — отлично, миссия выполнена. Считай это успехом и любезно свали в туман.

Он подавил усмешку, пытавшуюся тронуть губы:

— Мы волновались.

— Не понимаю почему. Я вернулась из Фавена сытой, вымытой и невредимой, — сказала она, снова уставившись в потолок.

— Здесь все совсем иначе, чем в Фавене, Тесса.

Она вздохнула:

— Знаю.

Оттолкнувшись от косяка, Лука подошел к кровати и сел рядом с ней. Ее ментальные щиты были подняты, не пропуская его. Что ж, если ей это сейчас нужно, пусть будет так.

— Эта комната маленькая, — неожиданно сказала она.

— Тебе необязательно оставаться здесь. Гостиная побольше, — ответил он, опускаясь на спину рядом с ней.

— Но там тоже нет окон.

— По крайней мере, ты сама можешь создавать свет.

Тесса подняла руку, и в ее ладони возник светящийся шар:

— Да, это верно.

Несколько минут они сидели в тишине, и он наблюдал за ней краем глаза. За тем, как шевелятся ее губы, когда она шепчет слова, которые он не мог расслышать. За тем, как пальцы выбивают случайный ритм на животе. За тем, как ровно поднимается и опускается ее грудь.

— Я тут думала, — произнесла она.

— О чем? — спросил Лука.

Ему хотелось повернуться и опереться на локоть, чтобы посмотреть на нее как следует, но он понимал, что любое резкое движение заставит ее снова замкнуться.

— О том, как ты можешь перемещаться, — ответила она.

Лука провел рукой по лицу.

И вот об этом она лежит и думает?

— Ладно. Выкладывай свою версию.

Она повернула голову:

— Правда?

— Хочешь поговорить о чем-то другом?

— Нет, — быстро ответила она.

— Значит, будем говорить о перемещениях.

Спустя минуту она откашлялась:

— Я думаю, ты можешь перемещаться, потому что ты не из Деврама. Ты здесь не родился. Скарлетт и Сорин тоже могли перемещаться, и они тоже были не отсюда. Теон говорил, что эта способность была отнята у Наследия, когда их изолировали здесь. Возможно, раз ты не родился в Девраме, это на тебя не действует.

— Звучит вполне разумно, — сказал Лука.

Она перевернулась на живот, чтобы видеть его, болтая ногами в воздухе:

— А ты сам… хотел бы знать, где ты родился? Откуда ты родом?

Лука пожал плечами:

— В конечном счете это не так уж и важно, правда?

Ее взгляд скользнул в сторону:

— Нет. Наверное, нет.

— Но это не значит, что я об этом не думаю, — добавил он.

Фиолетово-серые снова встретились с его глазами.

— Да?

Он кивнул, борясь с желанием протянуть руку и заправить прядь волос ей за ухо:

— Желать знать правду — это нормально, Тесса.

Она сглотнула, снова отводя взгляд:

— А что если… что, если за это знание нужно заплатить цену? Как думаешь, оно того стоит?

— Полагаю, это зависит от цены.

— Наверное, — пробормотала она.

После еще нескольких мгновений тишины она спросила:

— Почему ты на самом деле пришел сегодня, Лука?

Он уже сказал ей правду. Он пришел, потому что они волновались. Теон был буквально в отчаянии. Но он пришел и ради нее самой. Зная, что она, скорее всего, испытывает целую бурю чувств, которые не может или не хочет разобрать. Она понимала, что он здесь не для того, чтобы пытаться увести ее.