Чтение онлайн

И все же…

Холодный нос ткнулся в ее ладонь, и она посмотрела на волка рядом с ней. Он был огромен, его голова возвышалась над ее поясом, почти как у его гончих. Ее пальцы скользнули по шелковистой шерсти настолько светло-серого оттенка, что в этом освещении она казалась серебристой. Волк снова толкнул носом в ее руку, тихо поскуливая.

Сделав еще один глубокий вдох, она двинулась вперед по широкому коридору. Толстые стеклянные панели тянулись вдоль прохода, позволяя видеть комнаты по обе стороны. Некоторые были заняты, а большинство пустовали. Они были похожи на камеры для содержания любых существ.

Она тихо напевала себе под нос, шагая вперед. Строки не то из Декрета, не то из Пророчества:

Во всем должен быть баланс:

Начало и Конец.

Свет и Тьма.

Огонь и Тени.

Небо, море, королевства.

Но когда чаша весов склонятся,

И Хаос прольется дождем,

Кто же будет сражаться?

И кто же падет?

Ее длинное платье шелестело при движении, а шелковистая ткань приятно охлаждала кожу. Белое одеяние низко спускалось между грудей, едва не до пупка, и так же открыто облегало спину. Материал держался на плечах, а глубокий разрез сбоку позволял свободно двигаться. В ткань были вплетены нити черного, золотого и бледно-голубого цветов.

Эти цвета одновременно придавали ей силы и сводили с ума.

Жизнь должна отдавать,

А Смерть должна забирать.

Но Судьба требует большего…

Она остановилась перед одной из стеклянных камер.

Судьба зовет,

И требует жертв…

Стекло вспыхнуло, пронизанное той же магией, что текла в ее венах. Оно было для того, чтобы удерживать существо внутри.

На полу сидел мужчина. Его длинные каштановые волосы спускались ниже плеч, спутанные, нуждающиеся в мытье и стрижке. Она ожидала, что щетина на лице будет гуще, но та была аккуратно подстрижена, словно за ней недавно ухаживали. На пальце блестело большое ониксовое кольцо, подходящее ему . Но ее больше заинтересовал ошейник на его горле: толстая полоса из чисто-белого камня с вкраплениями золота.

Вкраплениями света и энергии.

Цепь, прикрепленная к ошейнику, была закреплена в стене, оставляя столь мало свободы, что она не была уверена, как мужчина мог есть или удовлетворять свои потребности. На нем были свободные льняные штаны, но торс был обнажен, открывая идеальный вид на метки, тянущиеся по всей длине левой руки.

Волк рядом тихо заскулил, опускаясь на живот, когда Тесса шагнула вперед и положила ладонь на стекло. Метка на тыльной стороне ее руки привлекла ее взгляд — Метка, которую она сама нанесла. Энергия потрескивала там, где ее ладонь коснулась стекла, но стекло поглотило ее. Эта сила не была предназначена для того, чтобы удерживать ее.

Она была предназначена для того, чтобы удержать его внутри.

Мужчина поднял голову, и его ярко-сапфировые глаза встретились с ее взглядом.

И она улыбнулась, продолжая напевать:

Кто останется,

Когда воцарится Хаос?

ГЛАВА 17

ТЕССА

Связь в ее груди пребывала в смятении. Теона не было рядом. Она это чувствовала, и ей это не нравилось. Но в то же время она ощущала покой. В этом не было смысла.

Впрочем, в том, что она жива, тоже не было смысла. Не после того, как ее ударили клинком из ширастоуна.

Может, она мертва?

Смерть казалась умиротворенной. Уютной. Освобождающей. Именно этого она жаждала так долго.

Теон — это смерть.

Слова возникли ниоткуда, отдаваясь звоном в сознании. Руки и ноги налились тяжестью, во рту пересохло. Она вдохнула. Свежий воздух наполнил чувства, и заставила себя открыть глаза.

Дом Ариуса.

Она снова в покоях Теона в Доме Ариуса. Больше нет Подземелья. Нет тесных туннелей, в которых она была заперта. Нет тьмы и затхлого воздуха.

Хорошо.

Она не хотела умирать там, где не видно неба. Она решила, что на самом деле она не мертва. Вряд ли Загробный мир похож на Дом Ариуса.

Хотя… если она попала в Преисподнюю мучений?

Тогда все обретало смысл.

Сделав еще один глубокий вдох, она приготовилась приподняться, но едва шевельнула рукой, как раздался голос:

— Не пытайся двигаться пока.

Сердце подскочило к горлу. В поле зрения появился Лука, склонившись над ней.

— Боги, — пробормотала она. — Предупреждай в следующий раз. Или хотя бы колокольчик надень.

Его губы дрогнули, но улыбка так и не расцвела. Ей вдруг пришло в голову, а видела ли она когда-нибудь его настоящую улыбку?

— Просто полежи минутку, — сказал он, когда она снова попыталась пошевелиться.

— Я не могу просто лежать здесь, — возразила она.

— Ты только этим и занималась несколько дней. Уверен, ты выдержишь еще минуту-другую.

Она бросила на него сердитый взгляд:

— Прости, что чуть не умерла.

Но вместо привычной язвительной реплики Лука отвел глаза.

— Могу я теперь сесть? — спросила она спустя минуту.

— Медленно, — предупредил он, протягивая руку, чтобы помочь. — Как ты себя чувствуешь?

— Как будто меня ударили ножом в грудь, — проворчала она.

Тело все еще ломило, и да, он оказался прав. Попытка сесть лишь затруднила дыхание.

— Целитель сказала, что ты поправишься, если дашь телу отдохнуть и исцелиться.