Чтение онлайн

Но я хотела все исправить между нами, вернуть нашу близость. Я залезла руками под одеяла, за его пояс. К счастью, сонным он был послушным.

Он застонал с закрытыми глазами, пока я ласкала его. Он целовал мою шею, сжимал от наслаждения губы и быстро дышал. Я двигала руками быстрее, пока его влажный жар не пролился на траву между нами. Он охнул и прижался губами к моим губам.

— Какой приятный сон, — прошептал он. — Я восхищен тобой, Бранвен.

Я поцеловала его, вытерла липкие пальцы о траву. Мои руки стали такими умелыми. Я закатила глаза. Порой я была не королевой, а простолюдинкой за углом. Но муж не был против. Он обвил меня рукой, прижал к себе, пока в палатке начинало светлеть от солнца.

Гэвин тихо спал в одеялах в дальнем конце палатки. Звон молотов кузнецов и стук топоров заполнял лагерь. Маленькое поселение оживало. Я протерла глаза, учуяла запах костров. Вокруг камня Огам стало людно.

За палаткой росли стены из бревен. Ахерн кричал на солдат Кантрефа и рабочих Дифеда, работающих по воздвижению защиты. Я криво улыбнулась им. Хотя он последние пару лет служил моему мужу, он родился в Дифеде, как я. Ахерн был в своей стихии, ругая и хваля работников. Они слушались, боясь пыла моего брата. За пару дней стало видно скелет деревянной крепости. Еще пара недель, и Ахерн построит собор.

Гэвин мирно посапывал. Я смотрела, как поднимается солнце над холмом и камнями. Хоть беглецов было все больше вокруг нашего лагеря, на холм никто зайти не решался. Он казался островом зелени среди сотен палаток и шалашей. Хижины росли как грибы.

Артаган встал и протянул мне флягу воды. Не привычная медовуха или вино, которыми обычно начинался день. Он знал, что во мне ребенок? Нет. Артаган знал, что беременную женщину нужно отвлекать, но его мать учила меня, что Старая мудрость запрещала такие напитки беременным. Это была одна из многих тайн, которые отмечали мудрые женщины Старых племен, эти знания почти пропали. Может, сегодня я узнаю больше загадок от королевы Саб. Может.

Артаган посмотрел на сына, пригладил его рыжие волосы, пока мальчик спал. Он очень любил нашего мальчика. А если Артаган узнает, что я сомневаюсь, рожать ли еще одного? Как он поймет страх умереть при родах? Поймет ли мужчина такое? Артаган заговорил тихо, чтобы не будить ребенка.

— Я послал Эмрюса и Кинана в Аранрод за подкреплением. Нам нужно больше людей. Боуэн и Каррик ищут по округе беженцев и копейщиков Дифеда.

— Сколько выживших пришло сюда? — спросила я.

— Не меньше двух тысяч при прошлом подсчете, но теперь уже больше. Почему они приходят?

— Они, как экипаж разбитого корабля, цепляются за любую сушу. Мы ближе всех для них, можем защитить их. Никого не осталось в королевстве Дифед.

— Ахерн неплохо за них взялся. Он построит новую крепость за месяц, если ему не помешают. Кто знал, что старый солдат в сердце — строитель?

— Было бы неплохо с крышей над головой, а не в палатках, как скитальцы из «Библии».

Я посмотрела на ноги, зная, что придется провести сегодня много времени в седле, чтобы добраться до Дун Дифеда к полудню. Завтракать придется в седле. Сердце сжалось, я поняла, что Гэвин может еще не проснуться, а я уже уеду. Он будет плакать или просто проведет день без меня? Это меня не успокаивало. Но одна проблема тяготила разум. Я шепнула Артагану:

— Что слышно об убийце?

Артаган покачал головой.

— Ничего. Он словно пропал. Он не показывался с тех пор, как мы устроили лагерь у камня Огам.

Я нахмурилась. Его слова должны были успокоить, но лишь давили в животе. Я опустила голову.

— Что-то не сходится. Этот убийца прошел далеко, чтобы убить сына в Аранроде, а потом преследовал нас в глуши. А теперь мы на месте, и он вдруг перестал преследовать? Не верю.

— Люди боятся и восхищаются камнем Огам. Некоторые говорят, у старых камней есть сила.

— И если призрак Моргана придет убить моего ребенка, сила камней его отгонит?

Артаган скривился.

— Король-Молот мертв. И тебя и Ахерна преследовал не призрак. Убийца убежал от меня и моих солдат. Похоже на действия живого человека.

Я отвела взгляд, не веря. Может, мой первый муж не был мертв, как хотел верить Артаган. Но если не Морган, то кто надел его старую маску и нападал на невинных детей? Вот бы проверить. Тело Моргана лежало в гробнице в Кэрлеоне. Я могла поехать туда и вернуться за два дня. Но нет. Меня ждала встреча с королевой пиктов, и я не могла пропустить ни одного дня с ней, иначе перемирию конец. И мне вряд ли позволят раскопать могилу короля жители царства короля Гриффиса, чтобы я могла спать по ночам.

Я направила палец на мужа.

— Я хочу, чтобы хоть несколько верных стражей следило за Гэвином, пока меня нет.

— Я буду сам охранять его. Ему не навредят. Забавно, что я — рыцарь и король, но моя жена едет в опасность, а я остаюсь с ребенком.

Я улыбнулась ему.

— Я не из тех женщин, что сидят дома у камина. Береги себя.

— И ты, любимая.

Он целовал меня долго, прижав ладонь к щеке. Часть меня хотела отдаться ему, забыть о проблемах мира, вернуться в спальню в нашем замке. Но ни одна крепость мира не спасла бы от убийц и варваров. Нет, мирное будущее семьи можно обеспечить, только разобравшись со сложностями. Я вздохнула. Тело было уставшим только от мысли, как я буду ехать одиноко сегодня.

Артаган сжал мою руку, словно просил не уходить. Я опустилась рядом с нашим сыном и прижала губы к теплому лбу Гэвина. Он пошевелился, но не проснулся.

Я села на пони, провела ее к склону камня Огам. Тысячи жителей и лесорубов смотрели, как я поднималась на запретную вершину. Что-то в свисте ветра среди камней звало меня. Проклятие или нет, я должна увидеть камни, даже если никто не хочет.

Несмотря на шум лагеря внизу, на вершине было тихо. Дюжина камней окружала меня, обломки скрывались в высокой траве. Ветер замер.

Руны кельтов обрамляли края камей. Я потянулась к одному, замешкалась и коснулась пальцами потертых узоров. Пальцы гудели, пока я водила ими по холодному камню, по предплечьям бежали мурашки. Какой-то мужчина или женщина Старых племен вырезал эти знаки сотни лет назад. Но зачем? Для чего? Проклятие или нет, но у этих серо-голубых камней была сила. Вид гор на востоке и открытых полей на западе вызывал покалывание в крови. Пони нервничал от тихих камней.

Я закрыла глаза и прижала ладони к камню. Я тихо помолилась. Сберегите моего мальчика. Древние предки, если вы слышите, уберегите моего сына и мужа. Не дайте навредить им или нашему народу, пока меня нет. Я поцеловала холодный камень и начертила крест. Как многие в Уэльсе, я не видела проблемы молиться богу и просить помощи у духов Старых племен. Любовь была едина.

Я забралась на пони и помчалась по склону на запад. Уна и Ровена помахали мне, когда я вылетела на грубую тропу. Запах соли и водорослей пропитывал ветер, толпы людей остались за мной.

Я грызла сухарь и кусочек мяса, подгоняя пони к Дун Дифеду. Путь казался короче, чем вчера. Может, потому что был знакомым. Или потому, что родное место звало меня.

Я часто видела во снах наставницу. Аннвин сидела со мной у камина в ее старой комнате в Аранроде. Мы держали ладони над огнем, чтобы пламя поднималось и опадало. Стихии природы: огонь, вода, земля, воздух. Тени плясали с огнем, мое воображение или тени грядущего. Может, если бы мои уроки с Аннвин продолжились, я бы узнала, что за сила во мне. Но она умерла, обучение резко закончилось, еще не начавшись. И я осталась с кусочками знаний и парой трюков. Я не была волшебницей, как леди Аннвин.