Чтение онлайн

— Куда ты?

— Не важно, я быстро вернусь. Доверься мне, Олвен.

Она сглотнула, окинула меня взглядом. Мы были соперницами чаще, чем в союзе. Мы правили королевствами-соперниками, боролись с саксами и любили одного мужчину. Но жизни детей сегодня зависели от нашего доверия. Она должна была понимать. Олвен выпрямилась.

— Я присмотрю за детьми и буду охранять их жизнью. Даю слово. Но, Бранвен, сделай то, что задумала, быстро. И лучше бы это сработало.

Я подавила хмурый вид, губы скривились. Но мы достигли компромисса. Она лучше побежала бы к Гриффису за защитой, хотя он не мог уберечь нас в стенах своего замка. Но мои лучники были здесь, они были верными.

Но как убийца прошел мимо них? И почему только оставил нож? Чья там была кровь? Убийцы обычно не оставляли предупреждение. Если это не был Морган, восставший из могилы. Может, он просто хотел запугать нас, а потом перерезать глотки. Дрожь побежала по спине.

Все во мне хотело бежать в спальню, обнять Гэвина, но я боялась, что тогда не найду смелости отпустить. Я заглянула в комнату, он играл с детьми, не зная об опасности. Спи сладко, милый. Мама не даст ничему навредить тебе. Обещаю.

Я стиснула зубы и пошла по темной лестнице с Ровеной. Мои зеленые лучники были у входа в башню, их луки блестели, готовые к бою. Если кто-то вернется в башню этой ночью, он ощутит стрелы воинов Кантрефа на вкус.

Мы с Ровеной крались по темным коридорам замка, почти все уже спали. Звучали сверчки, луна показалась из-за облаков. Ровена дала мне сверток вещей. Я надела темную накидку, какую носила бы монахиня. Я скрыла капюшоном лицо, и Ровена шепнула:

— Миледи, еще не поздно вернуться.

— Ты поговорила с Уной?

— Да, — она нахмурилась. — Она ждет нас.

— Хорошо. Нужно сделать это, Ровена. Все зависит от этого.

Ровена открыла рот, чтобы заговорить снова, но перед нами возвышался монастырь. Дюжина стражей в красном стояла у входа. Арка вела к гробницам ниже церкви, к могиле Моргана.

Уна появилась рядом, тихая, как призрак. Она дала мне и Ровене веревки, чтобы обвязать пояс. Ее голос было едва слышно:

— Я буду говорить. Не поднимайте головы. Вы должны быть послушными и скромными.

Даже в тенях я увидела, как напряглись плечи Ровены. Она не хотела слушаться Уну, но времени на споры не было. Мы пошли за Уной к страже. Они шутили и передавали кружку, когда мы подошли. Они притихли, мы замерли перед церковью. Главный страж поднял руку перед Уной.

— Закрыто, сестра. Никто не входит. Приказ короля.

Уна попыталась обойти его.

— Я была там час назад на вечерне. У меня еще есть работа.

— Работа? — завопил страж. — В такое время?

— Божья работа, глупый человек! Отойди.

Страж помрачнел.

— Запрещено.

Уна сжала крестик, мрачно посмотрела на стража, недовольно направив на него палец. Он вздрогнул, словно ее ноготь был острием ножа.

— Мы молимся за души ушедших. Души, что, как и твоя, всю жизнь проливали кровь, а теперь хотят покинуть чистилище и подняться в рай. Подумай, солдат. Когда ты умрешь и будешь стоять перед вечным наказанием, молитвы таких, как мы, могут спасти тебя.

Страж сглотнул. Его товарищи тоже посерьезнели, отложили кружку вина. Они опустили взгляды. Все воины убивали людей ради короля и страны, но они боялись огня, о котором говорили священники.

Я скривилась от мысли о такой загробной жизни. Это было слишком жестоко, чтобы не быть выдумкой священников, но люди верили, как и эти стражи. Я предпочитала думать о прощении Бога и обещании рая. Может, Аннвин была права, и души перерождаются и растут, учатся с каждой жизнью.

Но я тряхнула головой. Не время для таких мыслей о жизни и смерти. Есть дело.

Главный страж поманил нас. Он разглядывал нас, мы прятали лица за капюшонами. Если они узнают меня, всему конец. Глупо, не стоило идти. Но я должна была увидеть, кто в гробнице. Это было моим решением.

Страж окинул меня взглядом и пропустил. Я выдохнула с облегчением. Главный страж крикнул нам, когда мы ушли во тьму.

— Не долго, сестры. Или король скорее отправит меня в следующую жизнь.

Его товарищи рассмеялись, но вымученно. Они нервничали, как мы. Может, мы все рисковали нашими жизнями этой ночью.

Внутри Уна повела нас за алтарь, мы спустились по узкой лестнице во тьму. Я моргала, но не могла ничего различить. От холодного воздуха покалывало кожу. Хотя я ничего не видела, я инстинктивно знала, что окружена мертвыми.

Уна зажгла факел от кремня в руке. Она прятала его в мантии. Она зажгла факелы для Ровены и меня. Мы спустились глубже, оранжевый свет озарял мавзолей каменных стен. На камнях были надписи — имя и память о костях за ними. С каждым шагом я ощущала вокруг призраков. Даже за камнями и тенями они смотрели на меня.

Я заговорила, чтобы не думать о скелетах за камнем.

— Ты гениально провела нас мимо стражи, Уна.

Ровена перекрестилась, пока мы шли, и перебила:

— Даже те дураки начнут что-то подозревать, если мы задержимся. У нас вряд ли есть хоть полчаса, пока они не пойдут за нами.

Уна рявкнула, не оглядываясь:

— Я соврала, чтобы вы побеспокоили мертвых! Два греха за ночь, и мне за них нужно будет исповедаться. Меньше переживайте за смертную жизнь. Вскоре и мы будем как эти люди в могилах.

Мы замолкли. Слышно было только шаги в узких каменных коридорах. Сколько поколений тут лежало? Может, даже были люди из римской эпохи, когда последователям Христа нужно было скрываться.

Уна замерла в конце у большого каменного ящика, его поверхность была полна латинских надписей. Мои колени задрожали, холод полов проникал в ноги. В блеске факелов было видно имя: «МОРГАН, СЫН МОРИГА, КОРОЛЯ ГВЕНТА». Голос Уны был чуть громче шепота:

— Это могила Короля-Молота.

Я сжала факел, держа его между собой и гробом. Словно бывший муж мог выскочить и впиться в мое горло. Ровена словно ощутила мои мысли.

— Думаете, он охотится на вашего сына?

— Узнаем.

— Как? Плиту поднимет только дюжина сильных мужчин. Это не открыть!

Я вытянула руку. Ровена вытащила флаконы, что взяла у лекаря по моей просьбе. Я вытащила фляжку и принялась их смешивать. Ровена вскинула руку.

— Миледи, это простые вещества. Зачем они вам?