Чтение онлайн

Был у меня один весомый успех – первое место на соревнованиях общества "Зенит" для юношей. Хоть и тут меня подстерег курьез. Свои схватки я все выиграл в первый день соревнований. Особенно тяжелой была для меня последняя. Соперник был сильный, и я едва одолел его по очкам. И вот на следующий день, когда я намеревался только получить грамоту чемпиона, вдруг меня снова вызывают на ковер с тем же соперником. Я начинаю суетиться и протестовать: я с ним уже боролся! Соперник мне: "Что, испугался?". Действительно, испугался. Победить в такой ситуации, когда никакого настроя на борьбу и в помине не было, шансов почти никаких. Но дали гонг и борьба началась. Буквально через несколько секунд схватку остановили – на сей раз разобрались, и меня поздравили с победой. С гордостью нес домой грамоту.

В другой раз соревнования носили уж очень масштабный и затяжной характер. Началось все, как обычно, с курьеза – у меня лишние 250 грамм. Пришлось одеть куртку и бегать по стадиону, выпаривая избыточный вес. Через полчаса беготни у меня снова лишние 150 грамм. Бегал еще минут сорок, и, кажется, надо мной просто смилостивились – я попал-таки в свою весовую категорию, пусть и порядком уставшим.

О размахе соревнований говорит тот факт, что в первый день пришлось выиграть четыре схватки. Из них запомнились две последние. В третьей схватке у меня был неопытный, но жилистый и высокий соперник. Он наступал на меня, пытаясь вытолкать с ковра, – до тех пор, пока я не сообразил бросать его "вертушкой" – приемом, казалось бы, тренировочного плана. Успешный и хорошо проведенный прием оказался решающим – я победил. Следующая схватка была с чернявым парнем, который бросался вперед, пытаясь захватить мою шею движением, напоминающим скорее удар, а не захват. Он несколько раз попадал мне пальцами в глаза. У меня появились некоторые проблемы со зрением, и я уступил пару очков. В перерыве (он полагался между двумя "раундами") мой ассистент и однофамилец из нашей секции подсказал мне: бросай "вертушкой". И я сразу восстановил равновесие, удачно и сходу применив этот прием. А потом, воспользовавшись очередным рывком соперника и внезапным сближением, я бросил его излюбленным приемом: через бедро на спину – туше.

Домой ехал, предвкушая завтрашние победы. Но не тут-то было. Назавтра я обе схватки проиграл. На этот раз против меня боролись уже совсем другие соперники, за плечами которых были, вероятно, годы тренировок и десятки соревнований. Кроме того, это были ребята постарше. В общем, первенство общества "Буревестник" я не выиграл. Сказалась и усталость, и неопытность – занимался вольной борьбой я тогда немногим более полугода.

Третьи соревнования были тоже курьезными. Это было уже первенство Москвы. И как на грех, первая же схватка свела меня с прошлогодним чемпионом. Все считали, что мой проигрыш неизбежен – парень был энергичный и с красивым рельефом мышц. Чего у нашего брата еще не просматривалось. И буквально на первых секундах чемпион показал, что он хозяин на ковре – резко зашел мне в ноги и стал втягивать под себя, чтобы уложить на лопатки. Я вынужден был перевернуться на живот и отдать очко. После того как мы снова встали в стойку, противник вновь пошел вперед, попытавшись сделать эффектный прием. Он захватил обе мои руки за предплечья (что само по себе было делом немыслимым, если я боролся на уровне своих приятелей по секции) и потянул на себя, готовясь бросить "прогибом" и тем решить исход схватки. Но чемпион допустил маленькую ошибку – между нами остался небольшой зазор. Я уперся и инстинктивно сделал шаг ногой в этот зазор через ноги противника. Его потянуло вправо, а моя левая нога зацепила его ноги, и чемпион рухнул на спину. При этом он пружинисто оттолкнулся и в мгновенье ока уже был на четвереньках. Но свисток арбитра оповестил о маленькой сенсации – я победил!

В раздевалке, куда мои приятели ушли, заведомо зная исход поединка, мне поначалу даже не поверили – этого не может быть! И все-таки это было так, и снова мерещилось чемпионство – завтра, казалось, не будет проблем.

Но назавтра все решилось очень прозаично. Мне попался соперник приземистый и юркий. Вероятно, он долго отрабатывал один и тот же прием – проход в ноги. И делал этот проход виртуозно. Я ничего не мог противопоставить, поскольку с подобной тактикой сталкивался впервые. Попытался захватить за корпус сверху, когда противник тянулся к ногам, и перевернуть, но на это не хватало сил. Так, уступая по очку, я и проиграл схватку. И некому было подсказать, что делать – все мои приятели свои схватки проиграли еще вчера, а тренер был занят по общей организации соревнований.

И все-таки успехи в секции, где я занимался всего несколько месяцев, меня окрыляли. Мерещились надежды на выход в большой спорт. Но судьба распорядилась иначе – наша семья перебралась на новое место жительства в Подмосковье. Расставаясь, тренер вручил мне разрядную книжку со 2-м юношеским разрядом, и сказал: "Ну, ты нас не забывай – звони. А то через несколько лет вдруг объявят, что Андрей Савельев – олимпийский чемпион…".

Никому я, конечно, не звонил. И чемпионом не стал. Жизнь устроена так, что вовсе не каждый, кто проявляет какие-то задатки в юности, имеет желание и возможность развить их в дальнейшем. Можно сказать, что после вольной борьбы я занимался уже в основном "для себя". Нет, дух "агона" все еще пульсировал в юном организме, но какие-то мечты о чемпионстве в моих глазах выглядели несерьезно. Вполне было достаточно уважения сверстников и самоуважения.

В Черноголовке, позднее известной своими напитками больше, чем размещенными здесь академическими институтами, оказалась только секция самбо/дзюдо. Зато через несколько месяцев был открыт шикарный Спортивный комплекс, где нас порадовал зал с новеньким татами. Только несколько недель я ходил в школьный спортзал, потом несколько месяцев – в спортзал одного из научных институтов, что располагались в близлежащем лесу. И здесь тоже все началось с курьезов. Сначала – с приятного, чуть позднее – скорее позорного.

Как имеющий опыт двух лет занятий борьбой, я считал себя почти корифеем, готовым достойно выступить против любого соперника. И даже получил тому подтверждение – на первой же тренировке меня поставили бороться против лучшего борца секции Сергея. Это был очень стремительный и резкий спортсмен, и побеждал здесь всех, даже будучи легковесом. Но между собой схватку мы свели вничью 4:4. И даже формально я выиграл, поскольку по правилам 2+2<4. То есть, я набрал свои очки "одним куском" (удержанием). Но это правило не заметили, чтобы не сильно травмировать местного чемпиона и не слишком обнадеживать наглого новичка.

Позднее мы с Сергеем старались на ковре не выяснять, кто сильнее. Он сторонился даже показательных выступлений. В школе мы в таковых участвовали, но толком не готовились. Да и Сергей шел на демонстрацию техники только под давлением тренера и с явным нежеланием. Сценарий не был продуман, защита от противника с ножом у нас прошла не очень эффектно, как могла бы. Тогда полностью затмили наше выступление каратэисты – у них показательный момент был проработан до тонкостей, и групповое исполнение ката впечатляло публику больше, чем наши броски с гулким падением тел на ковер.

Позитивный момент этих выступлений состоял в том, что нас с Сергеем стали узнавать учителя. Потом на одном общешкольном собрании вручили разрядные книжки. Вот на тот самый второй взрослый разряд, который я тогда получил, я и боролся. Быть может, если бы имел несколько больше внимания со стороны тренеров и родителей, возникли бы дополнительные стимулы, и я смог бы претендовать на 1-й разряд. Но в старших классах меня интересовала будущая профессия физика, а не спортивные подвиги.

Второй курьез таков. На одну из первых моих тренировок в Черноголовке пришел щупленький мужчина, как оказалось, милиционер. Он предложил мне побороться, и я не сомневался, что одолею его. И поплатился за самоуверенность. По опыту секции вольной борьбы я знал, что от моего броска через бедро уйти очень тяжело. И именно этим броском я пытался одолеть своего соперника. Но не учел, что это другая борьба – здесь можно удержаться за куртку, да еще дернуть за эту куртку, перенаправляя усилия соперника. Милиционер легко угадывал начало моего движения, и, продолжая его, проворачивался на 180о, сохраняя захват моей руки за куртку. Я летел через его плечо. Несколько раз я пытался провести свой бросок, и, казалось, вот-вот мой соперник взлетит вверх ногами под потолок. И каждый раз на ковре оказывался я, а не он.

Больше этого милиционера я не встречал. На секции он не появлялся. Но память о себе оставил.

Режимные институты в лесах Черноголовки, притягивали к себе бывших участников спецподразделений. Если повезет – в охрану. И наш тренер был из таких – демонстрировал иногда уникальные приемы, но никогда не обучал им и никогда не распространялся о месте своей прежней работы. Кажется, к тому же прилично попивал и, в конце концов, уступил занятия с молодежью своему другу. Оба тренера вели занятия на общественных началах, а потому не могли особенно плотно обхаживать каждого и доводить до совершенства технику. Фактически каждый работал на тренировке в силу своего желания и соображения.

Несмотря на столь плачевное начало, в своей секции я оказался практически самым сильным борцом. Сергей как-то охладел к тренировкам, и лишь раз выступил на соревнованиях, получив специальный приз как самый техничный борец. Меня же видели на секции постоянно, и постоянно я побеждал своих. Однажды на внутренних соревнованиях выиграл пять схваток кряду, четыре из них – болевым приемом. Но все это были плохо обученные борцы. На внешних соревнованиях я постоянно терпел поражения. Отчасти потому что не имел достаточно сильных противников в нашей секции, отчасти – из-за отсутствия спортивной злости. Борьба меня увлекала, а победа – не особенно. Все больше занимался школьными делами и подготовкой к поступлению в вуз. Школьный и научный "агон" смотрелся интереснее, чем спортивный.