Бусинка
Шрифт:
Прохожу в помещение, первым делом вынимаю карточку. Простая плотная бумага, сложенная пополам. Внутри обнаруживается одно-единственное слово, от которого колени начинают дрожать, и я оседаю в кресло, едва не выронив цветы:
«Бусинке»
КНИГА ПЕРВАЯ. Глава 5
Лёша флешбэк
— И ты так просто уедешь, оставив её одну? — Женя хмурит тёмные брови, недовольно поглядывая на меня исподлобья. — Лёх, это как-то не по-мужски. Не боишься, что пока тебя не будет, другой, более наглый альфа, присвоит её себе?
Бросаю на Королёва раздраженный взгляд. Неужели не понимает, что отец меня со свету сживет, если откажусь от предложения переехать в столицу, и ни за что не позволит забрать Киру с собой? Не просто так он занимает такое высокое положение в обществе. Можно сказать, отец — негласный глава города. Да что там! Наш славный мэр находится у него под каблуком. Стоит только намекнуть — сложит лапки и смиренно подставит шею под клыки Егорова-старшего. А ведь мэр не омега и уж тем более не бета. Альфа. Это о чем-то да говорит. А тут этот великовозрастный идиот предлагает мне ослушаться отца! Даже ради Киры, вернее наоборот, только ради неё и нашего будущего я должен сделать то, что должен. Не хочу. Но обязан.
— Жень, заткнись, — фыркаю, прикуривая очередную сигарету. Смотрю вдаль, но не вижу ничего перед собой. Только большие наивные глаза Киры. — Ничего с ней не случится. Окончит школу, а потом я её заберу.
— Но все-таки, — парень гнёт свою линию, заставляя меня уже всерьёз разозлился. — Она же молодая совсем. Глазом моргнуть не успеешь, как на шее твоей любимой омежки появится чужая Метка, а потом все: у неё семья. А у тебя? Образование и вечное чувство вины перед самим собой. Оно тебе надо? Забери её сразу, ну чего тебе стоит?
— А ты чего так за неё переживаешь вообще? — щурюсь, посматривая на друга уже подозрительно. Действительно, чего это он так вдруг обеспокоился моими отношениями с Шульман? — Может, ты сам на неё глаз положил, а? Дай-ка угадаю. «Более наглый альфа» — это ты про себя, да?
Чувствую, как глаза наливаются злобой, и меня начинает понемногу трясти. Дышу часто и громко, до боли прикусив фильтр сигареты зубами. Королёв взгляд не отводит, но как-то весь сжимается, поддаваясь влиянию более сильного альфы — моему. Жмется лопатками к спинке кресла и молчит.
— Думаешь, не замечаю, как ты на неё смотришь, друг?
— Лёх, остынь, — выпаливает Женька, осторожно сползая по спинке ниже. — Я не то имел в виду!
— Как же, — презрительно дёргаю губой, словно под нос сунули что-то ужасно вонючее. Так пахнет страх. — Если я узнаю, что ты хотя бы подумал — просто подумал! — подойти к Кире с какими-то мутными намерениями, которые я посчитаю посягательством с твоей стороны, я найду тебя, слышишь? Королёв, я не шучу.
— Да понял я, понял. Псих ненормальный, — бормочет парень. Немного расслабляется по мере того, как меня самого отпускает гнев. — Я просто помочь хотел. А ты, Егоров, учись контролировать зверя!
— Без твоих советов разберусь! Всё, закрыли тему!
— Лёх, ты прости, конечно, но, если с ней что-то случится, пеняй на себя. Моё дело предупредить.
Женька примирительно поднимает руки. Пару секунд сверлим друг друга взглядами.
— Может, в клуб рванем? — переводит тему, за что я ему благодарен. Правда.
— Не, Жэк, мне к Кире пора, — отвечаю, пальцами прочесывая пряди. — Увидимся.
— Да уж, увидимся.
Королёв машет на прощание, а я срываюсь с места, чтобы поскорее добраться до любимой, даже не подозревая, как сильно эта встреча изменит наши жизни. Уже навсегда.
***
«Бусинке… Бусинке… Бусинке…»
— Господи, какого черта? — выдыхаю дрожащими губами и снова смотрю на треклятую записку. Если это чья-то шутка, то вообще не смешно. — Что за… Издевательство какое-то!
Хватаю телефонную трубку, набирая номер администратора с ресепшена. Длинные гудки начинают порядком бесить. Ну же!
— Слушаю, — скучающим голосом отвечают на том конце провода.
— Валера! Курьер уже ушёл?
— Кира Игоревна, это Вы?
— Да-да, я! Курьер? Молодой парень в форме уже ушёл? — нервно стучу ногтями по столешнице, рассматривая букет.
И чего я хочу этим добиться? Вряд ли тот, кто отправил цветы, оставил свои контакты. Иначе бы на записке было имя отправителя. Самый очевидный вариант старательно игнорирую. Потому что он не мог. Зачем ему? Нет! Лёша бы так со мной не поступил, значит, это просто дурацкий розыгрыш.
— Валера, черт тебя дери, ушёл или нет?!
— Да чего вы кричите-то, — обиженно отвечает мужчина, а потом шумно вздыхает: — да, минут пять назад. Сел в машину и укатил. А что случилось-то? Что-то с доставкой?
— Нет, все в порядке, — качаю головой, откидываюсь на спинку кресла. Бред какой-то. — Ты не мог бы узнать, что это за служба доставки? Пожалуйста, — добавляю, чуть подумав, — и прости. Я не хотела грубить.
— Будет сделано, — быстро соглашается администратор. Сбрасывает вызов.
Ещё немного, и у меня поедет крыша. Причём далеко и надолго. Ничего не понимаю, и, если честно, разбираться во всем этом очень не хочу. Но чувство неопределённости гораздо хуже, поэтому решаю во что бы то ни стало достучаться до истины. Для начала узнать имя загадочного дарителя, а потом поговорить с Женей. Кажется, этот разговор должен был состояться ещё пару лет назад. Если бы я только знала…
День проходит скучно, но продуктивно. Отчёт практически готов, когда неожиданно звонит Лиза и предлагает встретиться. Соглашаюсь, хотя не горю желанием видеться с ней после всего, что случилось. Умом понимаю, Соболь ни в чем не виновата — кто же знал, что я до сих пор сохну по Лёше, — но, с другой стороны, стойкое ощущение, будто меня предали, никуда не желает уходить.
Пересилив себя, все же спускаюсь в холл, где меня уже ожидает подруга, и вместе мы направляемся к её машине. Останавливаюсь, вопросительно приподнимая брови.