Чтение онлайн

Затем я вызвал специалиста по медицинской электронике и заставил принести и установить в моей комнате прибор, контролирующий мое состояние. Сами они до этого не додумались. Затем мне пришлось заставить электронщиков перевести отключение электроэнергии на ручное управление и поставить дежурного на все время, начиная от момента установки рубильника и до окончания заседания, а к нему – охрану. Мало ли что. И курьерскую связь тоже пришлось организовать. К концу дня я уже валился с ног от усталости, но был доволен. Когда секретарь привез меня на виллу, мне показалось, что он облегченно вздохнул.

Мы с Анной не спали почти всю ночь, складывалось такое впечатление, что мы не разговаривали до этого вообще, а ночью вдруг решили поговорить обо всем. И слова не кончались до самого утра. Заседание было назначено на полдень, поэтому мне все-таки удалось немного выспаться.

Перед отъездом я обнял Анну и поцеловал. Слов уже не было, наверное, они кончились. Но глаза ее говорили яснее ясного. С этой болью я и уехал.

Меня провели в комнату, где мне предстояло вновь встретиться с неизвестными мне силами. Экран компьютера, связанного с камерой в зале заседаний, засветился и я увидел, что Саммерс делает свой доклад. Но звука не было. Проклятые интриганы! Я вскочил и подбежал к двери. Закрыта! Я долго стучал, но она так и не открылась. Я был готов взвыть от ярости. Я мог отказаться от эксперимента, но тогда я бы сорвал все то, чего мы добились. Я снова сел в кресло и, наблюдая за Саммерсом, попытался взять себя в руки.

Саммерс, очевидно, закончил доклад. Реакция слушающих была неоднозначной. Кто-то смеялся, другие многозначительно переглядывались. По лицу президента было видно, что он разочарован этой реакцией. Самым обидным было то, что Саммерсу не было задано ни одного вопроса. Он стоял и в растерянности ждал. В конце концов, он ушел. Встал президент и долго что-то объяснял собравшимся. Из группы восточных представителей отделился один и, подойдя к президенту, улыбаясь и недвусмысленно жестикулируя, объяснил ему несостоятельность предложений Саммерса. Звук не нужен был, все было ясно и так. Лицо президента налилось кровью, но он сдержался. Повернувшись к камере, он дал мне знать, что пора начинать.

Ну что же, пора, так пора. Руки, независимо от моей воли стали влажными и липкими. Я вытер их носовым платком, но они снова вспотели. И самое, что было неприятное, они дрожали. Я боялся! Превозмогая страх, я быстро нашел нужное название и запустил фильм. На экране возникла панорама военного городка. Квартира, в которой суетятся люди. Похоже, что суета утренняя. Завтрак, переодевание. Затем зазвонил телефон. Глава семьи поднял трубку.

– Есть, господин президент! – Коротко ответил он и положил трубку. – Дорогая, – сказал он своей жене, – мне нужно остаться. Возьми мою машину, водитель отвезет тебя. Скажешь ему, чтобы возвратился сюда.

– Что-то случилось, дорогой? – Безмятежно проворковала жена.

– Да нет, ничего. Просто мне должны вскоре позвонить, – ответил он и проводил ее и детей до двери, – до вечера.

Дверь закрылась. Человек прошелся по комнате. От размышлений его отвлек звонок в дверь. Он подошел к двери и открыл ее, на пороге стоял человек в форме.

– А, это ты, Джон! Проходи, рассказывай, что случилось. Еще несколько минут и ты бы меня не застал. – Он прошел в комнату и сел в кресло.

Человек в форме подошел к креслу и молча уставился на него. Сидящий беспомощно сжался и затем вытянулся перед вошедшим. От гостя отделилось сверкающее облако и растворилось в хозяине, заставляя его тело содрогаться в конвульсиях. Затем оно вернулось. Хозяин повернулся и подошел к телефону, набрал номер.

– Диспетчер? Свяжите меня с приемной командующего. Приемная? Генерал Маркони. Мне нужно срочно связаться с командующим, – он немного подождал. – Сэр, мне нужно срочно с вами встретиться. Да, буду через час. Благодарю. – Он снова набрал номер. – Диспетчер? Срочно подготовьте самолет на вылет в столичный аэропорт.

Он повернулся к выходу и оба вышли.

Тот же генерал в приемной командующего. Он терпеливо ждет. Наконец, его пригласили. Командующий сидел за столом и жестом пригласил генерала присесть, разговаривая по телефону, но вошедший подошел к столу, взял трубку у недоумевающего командующего и процедура с облаком повторилась. Тогда командующий поднял трубку и заказал разговор с главнокомандующим. Когда его связали, он успел только проговорить «сэр» и положил трубку. Затем нажал кнопку и в кабинете появился полковник, сидевший в приемной.

– Войска привести в полную боевую готовность. Подготовьте соответствующий приказ.

– Есть, сэр, – полковник, побледнев, бросился выполнять приказ.

Панорама квартиры полицейского чина. Все повторилось таким же образом.

На экране появился глобус. Медленно вращаясь, он начинал светиться красными точками на местах, где были обозначены города. Постепенно весь земной шар представлял собой переливающуюся огнями картину.

Панорама здания, где проходит совещание. К входу подъезжают автомобили, из них выскакивают люди в форме войск спецназначения. Охватив здание кольцом, они остановились в полной боевой готовности. Из маленького автомобиля вышел седой подтянутый человек в гражданской одежде и подошел к охранникам. Один из последних посмотрел документы, предъявленные ему, и зашел в здание.

Панорама зала заседаний. Входит секретарь президента и что-то тихо говорит на ухо президенту. Тот отрицательно мотнул головой. Секретарь вышел. Снова из здания выходит охранник и объясняет седому, что президент его не примет. По знаку седого войска быстро заняли здание и ворвались в зал заседаний. Там началась паника. Но люди в форме быстро рассадили паникующих по местам и стали по одному человеку возле каждого стола. Седой вошел в зал и остановился в середине.

– Господа! – Раздался его скрипучий, но сильный голос. – С этой минуты на нашей планете вводится особый режим. Все правительства переходят под контроль военных. Время введения особого положения не ограничено. Инструкции по вашей деятельности получите на местах у наших представителей. Чтобы не было разночтений в моих словах, повторяю. Особый режим вводится на всей планете. А сейчас заседание объявляется закрытым. – Он повернулся и вышел.

На экране последовательно появлялись картины, показывающие, что в разных странах происходит то же самое. После каждой картины показывались делегации той страны, которая перед этим была на экране. Люди реагировали по-разному, но в основном на лицах была написана безысходность. Многие сидели, схватившись за голову. Это длилось долго, так как стран было достаточно много. Люди убеждались в серьезности положения.

У меня тоже не было сомнений в том, что это конец. Я представил, что происходит на вилле и экран тут же отреагировал. Появилась дорога с несущимися автомобилями. Все они были военными и двигались в одном направлении. Показались красивые ворота виллы президента. Я закричал «нет!» и очнулся. С невероятным трудом я протянул руку к компьютеру, соединенному с камерой и набрал команду на отключение электросети здания. Те мгновения, пока курьеры услышали сигнал и донесли приказ до дежурного электрика, показались мне вечностью. Свет погас, экраны компьютеров потухли. Я сидел, не в силах подняться. Но действовать нужно было немедленно. Почти ползком я добрался до двери и, какое везение, она открылась. Благо, что замок был электронный! В помещениях тускло горело аварийное освещение и я, насколько мог быстро, двинулся в сторону зала заседаний. Паника там уже началась. Я, насколько мне позволяли легкие, протиснувшись в двери, через которые ломились перепуганные делегаты, заорал:

– Назад! Всем оставаться на местах!

Мой крик подействовал на них отрезвляюще. Видимо, они еще не пришли в себя после сильного потрясения, и в тусклом свете моя седина могла обмануть их. Действительно, ведь они могли обознаться и принять меня за того седого в штатском из фильма. Постепенно они возвращались на свои места. Паника улеглась, но было еще слишком шумно для того, чтобы можно было говорить без микрофона. Я вышел на середину зала и поднял руки. Шум затих.

– Господа! Выслушайте меня внимательно. Вы видели своими глазами, что может произойти, если мы все вместе не помешаем этому, – по залу прошла волна шума, люди приходили в себя. – Чтобы этого не произошло, предстоит проделать громадную работу. Как вы видели, главная угроза состоит в том, что наши народы попадают под опеку внешних сил, которые заставляют человечество жить и развиваться по их сценарию. Что это за сценарий, неизвестно. Но человечество потеряет возможность развиваться самостоятельно. Они считают, что наше общество психически неуравновешенно, поэтому выпускать его в открытый космос – это означает развязывание войн и разрушений. Массовое воздействие на нас, которое проводится сейчас, показывает, что простым отказом от межзвездных полетов мы проблему не решим. Нам надо самим реформировать наше общество, отказавшись от военной агрессии и взяв курс на совершенствование в остальных сферах, – я выдохнул, набирая воздух в легкие. – Предлагается к утверждению следующая программа:

– Во-первых, мы отправляем звездолет с программой полета, рассчитанной на возвращение назад через три года по внутреннему времени на корабле. Это покажет всем, что мы не собираемся летать дальше. Во-вторых, сразу же после его отправления объявляется мораторий на межзвездные полеты. Это лишний раз подтвердит наши намерения и предотвратит провокации со стороны какой-либо страны. В-третьих, вы по возвращении домой начинаете проводить курс на отказ от военной агрессии. Добиться этого будет непросто, но результатом должен быть всеобщий мораторий. Дальнейшее развитие ваших стран зависит только от вас и ваших народов. Никто не собирается навязывать вашим странам своих программ. Решения по этим вопросам вы должны принять сегодня же. Этим вы сохраните жизни и рассудок многим миллионам своих сограждан. Прошу вас, господа, начинайте, – закончил я и вышел.