Чтение онлайн

Наконец, Лиза нашла лифт на тринадцатый этаж. Двери открылись, и они вошли в кабину вместе — Лиза собиралась в столовую, то ли на пятом, то ли на шестом этаже. Таше сильно хотелось спать, но она очень старалась не показывать это и кивала головой, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

— Я тоже когда-нибудь сделаю себе синие волосы, — сказала Лиза на прощание, когда лифт остановился. — Люблю генетические модификации.

— Это мой естественный цвет, — сказала Таша довольно холодно. Лиза успела изрядно ей надоесть своей болтовней, а от упоминания о голубых волосах она разозлилась и проснулась. — Это мутация, доставшаяся мне в наследство от предков. Они родом из Японии и в начале прошлого века кто-то из них подвергся большой дозе радиации.

— Ой, как интересно! — сказала Лиза с энтузиазмом. — Мне хочется еще с тобой поболтать, но ты, наверно, устала с дороги. Ну, пока! Мы, конечно, еще увидимся. Если что-то нужно, зови меня!

Комната, где ее разместили, показалась Таше очень просторной после студенческих общежитий, к которым она привыкла, хотя в ней было только все самое необходимое человеку XXII века — кровать, настенный экран, компьютерный стол, встроенный в стену шкаф для белья, душевая. Зато она была здесь одна. Таша легла на кровать, не раздеваясь, включила экран и выбрала канал документальных фильмов про природу. Попался фильм про японских макак. Камера показывала, как они купаются зимой в горячих источниках посреди снегов, а бородатый курчавый биолог в очках с увлечением объяснял, что это самые северные приматы, приспособившиеся к суровому климату. «Суровый климат, это в Японии-то. Ты явно не ездил студентом в стройотряд в Антарктиде», — подумала Таша. Глаза у нее стали слипаться, в голове проносились картины сегодняшнего путешествия и жизни на Земле…

Утром за ней зашла высокая, статная женщина с пепельного цвета волосами и красивым именем Альдона. Она отвела Ташу в большой просторный зал, уставленный столами с компьютерами. Зал находился на склоне горы, одна из его стен была из прозрачного материала и оттуда открывался вид на звездное небо и сильно кратерированную долину внизу, по которой время от времени проезжали луноходы. Большинство столов, как заметила Таша, пустовало.

— Штат еще не заполнен и наполовину, — сказала Альдона. — Садись за любой компьютер. Я написала, что тебе нужно делать, если что-то непонятно, спрашивай. Да, тебя уже подключили к Керберу? Это наш искусственный интеллект, который управляет базой.

— Нет, — ответила Таша. Она открыла рюкзак и вытащила оттуда наушники с микрофоном. Нарисованная на рюкзаке кошка хитро улыбалась и шевелила усами, когда она вытаскивала вещи.

— Да ты увлекаешься старой техникой, — улыбнулась Альдона. — Я думаю, что Кербер автоматически определит твое устройство, не беспокойся. Ну, а вживленный чип у тебя есть?

— Нет, я отказалась его делать. Я вообще против трансгуманизма, — ответила Таша.

Она села за свободный компьютер у стеклянной стены. Большой прямоугольный экран перед ней автоматически включился, на столе засветились кнопки клавиатуры.

— Архивный инженер Таша Игути, — произнес компьютер бесстрастным, металлическим голосом. — Добро пожаловать на лунную базу № 1 имени Нейла Армстронга. С тобой говорит искусственный интеллект Кербер. Согласно правилам работы на станциях и научных базах за пределами Земли, ты должна будешь прослушать инструкцию по безопасности и ответить на вопросы. Ты можешь пропустить инструкцию и сразу перейти к ответам на вопросы. Я ожидаю твоего решения в течение тридцати секунд…

Таша с трудом оторвалась от вида за окном и выбрала «перейти к ответам». Перед отлетом она прочитала все о работе на космических станциях, что смогла найти в Сети, и короткий тест не вызвал у нее затруднений. Попав во внутреннюю сеть базы, она открыла свою почту, где уже набралось несколько писем от ее подруг и друзей с Земли и Марса. Таша сначала прочла письмо от старшей сестры. Та писала, что отправилась в очередную археологическую экспедицию на Черное море, и прислала фотографии, на которых она, счастливая и загорелая, раскладывала найденные черепки и пела под гитару русские песни. Таша вздохнула и подумала, что космос всем хорош, кроме того, что там не посидишь с друзьями у костра.

Звуковой сигнал сообщил, что пришло письмо от Альдоны Беленькой. Таша улыбнулась — видимо, пепельные волосы тоже достались Альдоне в наследство от предков.

«Дорогая Таша!

Рада приветствовать тебя на Луне. С сегодняшнего дня ты будешь заниматься очень интересной и увлекательной работой — обработкой воспоминаний людей, живших на нашей Земле в далеком прошлом. Всего на лунной базе хранится 558 записей, все они были сделаны в последние десятилетия перед объединением Земли. До перехода в общественное достояние эти записи находились в архиве корпорации „Чиба“, которая предлагала людям услуги по записи воспоминаний. Согласно постановлению Всемирного Совета (тогда он еще существовал), документы „Чибы“ было решено перевезти на лунную базу, так как их хранение на Земле было признано нецелесообразным.

Видимо, здесь сыграла свою роль репутация „Чибы“, в свое время тесно связанной со спецслужбами и армиями США и Японии, а также доставшаяся нам от прошлого привычка посылать все нежелательное на Луну, подальше от любопытных глаз. Знаешь, сколько здесь законсервированных хранилищ ядерных отходов и другой подобной гадости? Страшно подумать! Но на Земле их держать вообще нельзя, так что у Совета не было выбора.

После перемещения на Луну об архивах „Чибы“ все благополучно забыли и вспомнили только недавно, после очередного расширения базы имени Армстронга. Теперь нам предстоит заняться обработкой этих воспоминаний, составить их опись и, возможно, вернуть на Землю после консультации с Институтом памяти в Риме. Прости за эту затянувшуюся историческую справку — такая у нас, архивистов, привычка. Но ты и так это знаешь, извини за наставительный тон!

Теперь о том, что именно требуется от тебя. Чтобы составить опись на воспоминания людей, хранящиеся в архиве „Чибы“, их сначала нужно будет просмотреть в виртуальной реальности. Тебя ждет уникальная возможность погрузиться в прошлое на сто с лишним лет назад! Конечно, это связано с известным риском. Тестовые просмотры показали, что, по-видимому, ничего опасного в архиве нет, но это не значит, что мы не наткнемся на какие-нибудь подводные камни. Пока мы смотрели только рекламные записи, которые „Чиба“ использовала для завлечения клиентов.

И еще одна вещь. Когда ты давала согласие работать на лунной базе, то сообщила, что умеешь и готова погрузиться в виртуальную реальность. Конечно, ты можешь отказаться от непосредственного просмотра воспоминаний, мы найдем для тебя другую работу и никто тебя за это не осудит. Если ты согласна, тогда скажи об этом Керберу, и он сообщит тебе необходимые детали».

Таша приподняла одну бровь, и снова переключилась на переписку с друзьями. Ответив на все письма, она отправила короткое сообщение Керберу, и через мгновение тот ответил: «Приглашаю пройти в лифт, пункт назначения — 22 этаж». Экран компьютера автоматически погас, когда Таша поднялась с кресла. Отыскав лифт, она набрала на клавиатуре «22» и стала спускаться. Лифт двигался настолько плавно, что могло показаться, что он стоит на месте, если бы не меняющееся цифры на табло. Наконец, двери открылись, и Таша оказалась в большом помещении, заставленном контейнерами и коробками, между которыми сновали роботы-погрузчики. Ей навстречу вышел немолодой небритый мужчина в круглых очках, который жестом пригласил следовать за собой. Она прочла табличку на его синем комбинезоне: «Жюльен Рембо, механик машин памяти».

— Сначала включим тестовую запись, — сказал он, когда они подошли к кабине виртуальной реальности. Громоздкая, опутанная проводами, она напоминала клубок морских водорослей, выброшенных на пляж, или глубоководного кальмара.

— Я смотрела эти записи, — поморщилась Таша. Ей хотелось поскорее приступить к настоящему делу. — «Чиба» выпустила семь рекламных роликов с воспоминаниями якобы случайных людей, на самом деле для записи использовали сотрудников компании, выбрав из их памяти приятные моменты типа поездки на море или пикника с друзьями в лесу. Давайте наконец перейдем к настоящим архивным материалам, к реальным воспоминаниям.

— А ты знаешь сам механизм записи воспоминаний? — спросил Жюльен. Ей послышалась ирония, но лицо механика было непроницаемым.

— Только в общих чертах, я же историк, а не биолог или компьютерный инженер, — не смутившись, ответила она. — Меня давно интересуют записи воспоминаний, потому что мы, историки, обычно работаем с источниками информации на устаревших бумажных носителях, это очень неудобно и часто просто скучно, особенно если имеешь дело с законами, парламентскими дебатами, уголовными делами и тому подобной давно забытой глупостью. Меня всегда привлекало живое погружение в прошлое, например, фильмы, музыка, и особенно самое последнее достижение старой цивилизации, мнемотроны — машины для записи воспоминаний.