Чтение онлайн

– Привет, привет, - обнимая гостя, он похлопывал его по спине.

– Здравствуй, Миша, - в ответ улыбнулся Никитин, - как здоровье, как делишки?

– Спасибо, спасибо, все ништяк, - отозвался Гросич.
– Лысый, а ты куда? Пожалуйте к нашему шалашу, - Тягун указал на беседку, - тем более что Коля хотел тебя видеть.

Толик Сопко послушно проследовал за крымским авторитетом и Сергеем.

В так называемой беседке, больше напоминающей просторный зал, стоял накрытый стол, за которым собрались своего рода князья преступного мира. Ближе ко входу восседал Доктор, из-за которого выглядывал бритый череп Крытого. Место в горце стола оставалось свободным. Туда и указал Писарю Гросич.

Проходя на предназначенное ему место, Сергей по очереди обнялся с Кориным и Кроменским, все присутствующие широко улыбались вновь прибывшим.

Сидящий напротив Доктора Соловей протянул через стол руку Никитину и обернулся к Лысому:

– Здорово, Толян, - Соловьев передвинулся на соседний стул, указывая ему на освободившееся место, - присаживайся, друг.

Толик уже опускался на мягкий стул, когда раздался голос Крытого:

– Не спеши, - тяжелым взглядом в упор киевский пахан уставился на своего ближайшего помощника.

Тот замер, не решаясь ослушаться своего босса.

Кроменский продолжил:

– Объясни людям, как ты обфаршмачился. Может, еще не все знают.

Соловей, оценив ситуацию, поспешно произнес:

– Да брось ты, Коля. Пацан не виноват. Отвечаю, "косяк" мой. Это мои архаровцы рамсы попутали, - одессит имел в виду операцию, в которой были застрелены кавказцы, что помешало выяснить у них местонахождение рассредоточенных по Украине членов Мирзоевской группировки, на чем упорно настаивал Крытый, - хотите, дайте за это мне по ушам. Присаживайся Толян, Соловьев явно благоволил к Лысому. К тому же он не считал происшедшее столь серьезным проступком, поэтому прикрыл Сопко своим авторитетом.

– Ладно, чего уж там, садись, - нехотя согласился Кроменский.

– Ну все, раскачали, - по праву старшего по возрасту взял слово Доктор, - может, послушаем Писаря?

– Не гони гусей, Вася, - возразил Тягун, - пусть человек покушает, - он посмотрел на Сергея, - с дороги все же. Ешь, Писарь, не стесняйся.

– Спасибо, - поблагодарил Сергей, - но я думаю, сперва дело, а потом и поберлять можно.

Присутствующие удовлетворенно переглянулись, обратив свои взоры к вновь прибывшему. Тот произнес:

– Мирзы больше нет. Жил он не правильно и сдох, как обожравшийся шакал. Вот все, что от него осталось.

С этими словами Писарь, решительно раздвинув тарелки, поставил на стол раскрытую сумку. Соловей, не успев рассмотреть содержимое, с сарказмом предположил:

– Голову его, что ли, привез...
– но заглянув в сумку и увидев пачки денег, он так и не закончил фразу, улыбка сменилась удивлением.

Тягун по праву хозяина взял спортивную сумку за уголки и вытряхнул содержимое на стол. При этом на его лице, как и подобает настоящему авторитету, не дрогнул ни один мускул.

– Сколько здесь?
– спросил он ровным голосом.

– Два миллиона пятьсот тридцать пять тысяч марок, двенадцать тысяч долларов, ценные бумаги, - стал перечислять Никитин, - на какую именно сумму, не знаю. Семьдесят штук я отдал Герману, - говоривший многозначительно посмотрел на Крытого, который утвердительно кивнул ему, тем самым признавая, что названное имя имеет к нему непосредственное отношение, - десять косарей я заплатил телке, - и, предупреждая вопросы, пояснил:

– Она была секретаршей Мирзы, без нее мне было не обойтись. И еще около трех штук потратил на гостиницу, жрачку и билеты, оставшиеся бабки здесь, Сергей достал из кармана пухлый кошелек, успевший за последние дни побывать в чужих руках, и вынул из него несколько купюр разного достоинства, присовокупив их к вышеперечисленным ценностям.

– Оставь, - рука Тягуна протянулась в предупредительном жесте, - это мелочи. Мы тебе верим, - ом обвел взглядом присутствующих.

– Правильно сделал, - поддержал Писаря Корин, - жест, достойный жулика: все на бочку, а после раздербан.

Угрюмо молчавший Кроменский наконец произнес недовольно:

– Это грязные бабки, я не хочу принимать участия в дележе.

– Почему?
– удивился Соловей.

– Это лавэ пидара, негодяя, - серьезно вымолвил Крытый, - мы же не знаем, с чего он их имел?
– он возвысил голос, обведя присутствующих тяжелым взглядом.
– Может; с сутенеров, а может, с пидаров, а может, он за них свое очко подставлял?

– Коля, ты не прав, - возразил ему Доктор.
– Этот "воздух" раздобыл Писарь. Он честно сделал свою работу, поэтому я считаю, что мы не можем спрашивать с мрази, с которой уже и спросить нельзя, - старик имел в виду покойного Мирзоева.

– Тогда пусть эти деньги заберет Писарь. Я согласен с тем, что он получил их правильным путем, - сказал свое последнее слово Крытый.

За столом воцарилась пауза, никто не решался нарушить ее. Авторитеты задумались над словами киевского пахана.

Тогда, оценив ситуацию, Сергей сгреб банкноты в охапку и произнес:

– Согласен, - на его губах играла хитрая улыбка.

Авторитеты недоуменно уставились на него.

– Я сделал работу, так?
– он обвел взглядом присутствующих, ища подтверждения своим словам.
– Кто-нибудь может меня упрекнуть в крысятничестве? Здесь сидит Вася Доктор, авторитет которого, я надеюсь, не вызывает никакого сомнения. Он может подтвердить, что я всегда исправно вношу свою долю в общак.

– Да, - теперь улыбался и Корин, до которого дошло, куда клонит его крестник.
– Быть мне последней сукой, если Писарь врет.

– Так вот, это лавэ я отдаю на общак, за вычетом ста штук зелени, оговоренных на прошлом сходняке. Соловей, - обратился Сергей к одесситу, прошу тебя, будь казначеем, отсчитай доляху.

Владимир Соловьев, которому с самого начала не понравились претензии Крытого, отсчитал Сергею положенную сумму.

Тягун, с хитрым прищуром наблюдавший за манипуляцией одесского пахана, кивнул в сторону Сергея, громко рассмеявшись:

– Издалека повел. Есть маза, что впервые в истории вороровского мира появится законник из честных фраеров, - он почти по-отечески закончил:

– Сынок, у тебя светлое будущее. Твоя масть воровская.

На этот раз все дружным хохотом поддержали хозяина дачи. Отсмеявшись, Никитин ответил:

– Спасибо. Миша, только вряд ли это произойдет. Я собираюсь завязать. Мои счета по нулям. Но если кто-то имеет мне что-то предъявить, то я с уважением выслушаю предъяву.

– Вот тебе раз. А, если не секрет, в чем причина?
– спросил Соловьев.

– Секрета нет, - охотно пояснил Сергей, - я женюсь. Пользуясь моментом, хочу пригласить всех ко мне на свадьбу на следующей неделе...