Чтение онлайн

Энджело: Я никогда об этом не говорил, но, возможно, то, что я окажусь недостаточно хорош для этого. Я хочу сказать, что нужно многое, чтобы суметь получить преимущество на этом рынке. Ты не можешь заключать мелких сделок и ждать появления преимущества. Ты должен заключать сделки минимум по 50 контрактам и больше. Это значит, что ты рискуешь по крайней мере 1250 долларов за пункт, а обычно больше. Другим страхом было то, что когда ты брокер, у тебя всегда есть гарантированный доход! Если ты провалишься как трейдер, тебя вышвырнут за дверь! Я бы сказал, этого я боялся больше всего.

Вопрос: И, конечно, Вы не смогли бы купить своей матери новый дом!

Энджело: Верно. Давным–давно я узнал, что в спорте существует громадное различие между мыслью и действием. Я боялся и, думаю, это был естественный страх. Я хочу сказать, я выходил против некоторых из лучших трейдеров в мире! Но я никогда не думал, чго я не достигну успеха, как во всем остальном в жизни.

Вопрос: Что на самом деле произошло в Ваш первый день?

Энджело: Первой сделкой я купил десять контрактов. Рынок тут же пошел в моем направлении и я заработал 250 долларов. Это было потрясающее ощущение!

Я действительно был рад и не увидел многого на рынке до определенной поры в той же сессии. И вот! Я увидел нечто, что, как я считал, могло по настоящему окупиться и был настроен сыграть, чтобы выиграть. И вот я вышел на рынок, купил 100 контрактов и снова оказался прав! К концу дня я заработал 5000 долларов. Я пришел домой и моя жена поздравила меня с порога. Все, что я сказал: «Дорогая, мы будем богаты».

Вопрос: Такая деятельность может оказывать большое влияние, помогая Вам преодолевать изначальные страхи, которые Вы упомянули!

Энджело: Это было одно из лучших ощущений, которые я когда–либо испытывал. Я чувствовал, что меня подвергли проверке, и я доказал свою состоятельность. Никогда не знаешь, как люди поведут себя в стрессовых ситуациях, пока они не попадут под огонь. Я видал ребят в операционном зале, которые показали себя блестяще. Некоторые люди просто попадают на биржу и замирают. Другие люди не могут вынести неопределенности.

Успех тесно связан с личностными факторами. С твоей умственной прочностью и желанием победить, желанием рисковать. Некоторые люди просто хотят купить что–то, на что есть гарантия Федеральной корпорации страхования банковских вкладов или гарантированный доход. Много различных факторов влияет на то, чтобы ты стал успешным трейдером, и большая их часть — психологические. После своего первого дня я смог преодолеть свои изначальные опасения и я знал, что могу это сделать. Я знал, что у меня есть для этого достаточно смелости.

Вопрос: Что Вы имеете в виду под смелостью?

Энджело: Приведу пример. Неделю спустя после того, как я начал работать на бирже, я предлагал определенную цену вместе с четырьмя другими брокерами. Этот брокер, я думаю, хотел одержать надо мной победу, возможно, потому что я был новичком, или потому что я агрессивно заключал сделки, кто знает. У него был крупный заказ на продажу и по тому, как он его разделил, я понял, что он пытается выставить меня идиотом! Он передал по 50 контрактов каждому из других маркет–мейкеров, а мне дал 300. Я мог бы сказать ему на том этапе: «Нет, только 50!», но я не мог доставить ему такого удовольствия!

Вопрос: Считаете ли Вы, что он пытался Вас проверить или сконфузить Вас перед другими трейдерами?

Энджело: Конечно!

Вопрос: Он играл с Вами!

Энджело: Он хотел, чтобы я струсил, отступил и выглядел идиотом в глазах других трейдеров на бирже. Я набрался смелости, потому что прежде всего я должен был объяснить себе, что при

7500 долларов за пункт, это была правильная сделка, и что я могу с ней справиться, не важно хотел ли этот брокер ударить по моей репутации. А также, чтобы показать ему, что я не позволю ему себя контролировать. В результате этого опыта я получил невероятное уважение со стороны других брокеров на бирже. Они зауважали мою сделку и мой отказ от того, чтобы мной манипулировали. Полагаю, это было просто одномоментно!

Вопрос: Энджело, Вы очень убедительно говорите о смелости и о том, как Вы ее воплотили в своей торговле на бирже. Вы единственный афро–американец, торгующий в евродолларовом отделе. Каким был этот опыт?

Энджело: Это еще одно, с чем тебе приходится сталкиваться, если ты хочешь быть успешным. Мне всегда говорили, и я определенно пытаюсь жить так, чтобы я судил людей по их талантам и характерам. Если кто–либо покажет мне, что он предвзят или не стоит моей дружбы или моего восхищения, то именно так я и буду с ним обращаться. Нам всем нравится, когда нас судят по заслугам. Единственное, в чем я уверен, это то, что если бы люди судили меня по этим качествам, то они говорили бы обо мне только хорошее!

Но будем говорить прямо — у людей есть определенные стереотипы. В зависимости от того, откуда они родом, они, возможно, никогда не сталкивались с черными. Конечно, я понимаю, что бывают ситуации, когда так происходит и я с ними справляюсь. Единственное, что я Вам скажу: я всегда пытаюсь быть в этом отношении справедливым, к тому же, если у кого–то стереотип, который мне действительно не нравится, я дам об этом знать.

Вопрос: Какие–то случаи всплывают в памяти?

Энджело: Время от времени кое–кто делает шутливые замечания, которые я не считаю особенно забавными и я ему об этом скажу. Я могу сказать ему, что человек с таким интеллектом, как у него, мог бы придумать что–нибудь получше. Обычно это заставляет его заткнуться!

Вопрос: Конечно, торговый отдел — это также самая большая раздевалка в мире! Люди говорят такие вещи, прямо как подростки, что действительно удивительно.

Энджело: Если дело идет о споре относительно сделки, или того, кто, что для кого сделал — это одно. Если это не касается рас, то обычно в каждой ситуации есть правая и неправая сторона. Если я в чем–го ошибся и я об этом знаю, я первым скажу: «Да, я здесь напортачил!» Или, если кто–то другой делает ошибку, я без проблем скажу: «Послушайте, это ошибка».

В итоге я вынужден постоять за себя, потому что больше никто этого не сделает. Когда люди спорят, они говорят всякое–разное, особенно в операционном зале. Ты вынужден защищаться, потому что как только кто–то поймет, что может тебя опрокинуть, они съедят тебя на обед!

Вопрос: Довольно канибалистическая атмосфера.

Энджело: Послушайте, пожалуйста, поймите, я взрываюсь не меньше любого другого. Я хочу сказать, у меня были периоды, когда я просто полностью выходил из себя, но это обычно потому, что я думаю, что я прав. Это не имеет ничего общего с чьей–либо личностью или их этническим происхождением. Я никогда не пользовался этим как поводом, чтобы начать спор. В операционном зале довольно много споров, которые должны быть разрешены, основанных на том, кто был прав, а кто — нет в определенной ситуации, основанной на фактах, безо всяких личностных деталей. Полагаю, все это сводится к тому, что я действительно никого там не боюсь.

Вопрос: В каком смысле не боитесь?

Энджело: Ну, физически, умственно. Я попадал в некоторые очень страшные конфронтации потому, что. как я уже сказал ранее, я пришел на биржу и стал заключать крупные сделки; после пары недель я был 300–лотовым трейдером. Я получал сделки и другие крупные трейдеры обвиняли меня в том, что я краду «их» сделки.

Вопрос: Как Вы выходили из подобных ситуаций?

Энджело: Там был один трейдер, который мог очень запугать. Я сказал ему: «Послушайте, Вы можете пугать всех остальных, но меня Вы не напугаете!» У этого парня, как предполагалось, была пятая ступень или что–то в этом роде по боевым искусствам, и его все боялись. Когда он приходил на биржу, он, бывало, создавал видимость борьбы, чтобы показать людям, что он знает карате и может сражаться. У него была репутация крутого парня, и помимо этого он был очень крупным трейдером. И вот он естественно запугивал других людей. Он заключал сделки по 500–1000 контрактов за раз и другие брокеры ублажали его без стыда и совести и никто из них ничего ему не говорил. Где–то через месяц после того, как я пришел на биржу, я купил у одного брокера 300 контрактов как раз в то время, когда у этого трейдера было очень много коротких позиций. Ему это явно не понравилось и он начал называть меня разными словами. Тогда я прямо дал ему понять, что он может говорить что угодно, но у него не получится меня запугать. Я сказал ему: «Послушайте, между нами только воздух. Если хотите что–то сделать — я к Вашим услугам; посмотрим, кто кого. Я из Западной Филадельфии. Поверьте, там, где я родился, полно крутых парней!»