Быть прокурором или Хук справа
Шрифт:
– Хватит!– прикрикнула сестра. – Знаю я всё, что ты натворил. Своими руками чуть жену не убил, изверг.
– Умираю я, Валя, плохо мне и тошнит с кровью, больно очень, потому и пью горькую, – сознался Михаил.
– Так в больницу иди, а не лопай, окаянный, – наступала сестра.
Валентина понимала Ирину, жалела её и не осуждала за развод. Она иногда созванивалась со снохой, держала ее в курсе дел, но не более. Подругами они всё же не стали. Женщина тоже осталась одна, и после смерти мужа проводила в больнице времени больше, чем дома в родных стенах.
Погода в ноябре стояла холодная, сильный ветер поторапливал скорбящих, проведя весь православный ритуал, родственники поехали в столовую на поминки, организованные тёткой. Отец, как и обещал дочери, ничего ей не оставил, о чём и огласил нотариус в своём кабинете, куда была приглашена вся родня умершего. Квартиру он завещал сестре, однако, тётка удивила всех.
– Василь Семёнович, – обратилась она к нотариусу, – а могу я отказаться от наследства в пользу дочери умершего?
– Конечно, – согласился нотариус, – только надо составить заявление.
– Так чего откладывать, давай составляй, и ещё, старая я уже и одинокая, и кроме Вареньки никаких родственников у меня не осталось, так что вот ещё хочу завещание заверить, чтобы и моя квартира после моей смерти Вареньке досталась, а она бы меня похоронила.
Конец ознакомительного фрагмента.