Чтение онлайн

Эта игра обнаруживает сладкие поцелуи любовников. Парень всегда выбирает ту девушку, которую он любит; а девушка нарочно упрямится скакать, пока он ее не расцелует. Девушки страстно любят поцелуи, думая, что в них истинная любовь; но любовь и дурачество в тесной дружбе.

Игра Восточной Сибири. Это есть не что иное, как фант. Девушки и парни садятся в кружок и поют песни, оканчивая каждый куплет приказом похитить молодцу венчик, например, у Аннушки. Он подходит к ней и просит венчика (фанта); она отказывается дать; он прибегает тогда к поцелуям, и только после нескольких поцелуев она отдает ему залог, который он кладет в общие фанты. Таким образом продолжают петь, пока не соберут ото всех венчики, кои разыгрывает уже девушка, и она за каждый вынутый венчик получает в награду поцелуй. «Она счастливая!» — говорят между собой шепотом завистливые подруги. Венчик выражает легковерную любовь, забавляющуюся одними поцелуями, потому венчик для кокеток — рай наслаждений. Можно заметить, что жители Енисейской губернии весьма любят поцелуи. Нет нужды, что они живут между снегами, а по всему видно, что они пламенные, но их пламень проходит скоро. У них есть даже поцелуйная пляска, называемая шестериком и осьмериком. Становятся в шесть или восемь пар, разумеется, парни с девушками, и начинают петь хором любовные песни. Иногда скрипка или кларнет сопровождает их; они вертятся попарно, останавливаются и потом целуются. Потом снова начинают вертеться, или каждый мужчина кружится со своей девушкой и при хоре песен и звуке музыки и, протанцевав крут, останавливаются с нею на своем месте и целуются. Иногда удалый молодец вертится с двумя хорошенькими и потом целует их обеих.

Посмеяться от нечего делать — вот основание этой забавы для скучных осенних и зимних вечеров. Дергач, или, как другие называют, деркач, по своему началу сходствует во многом с жмурками. Дергачами называются игроки, потому что они дергают за полы платья того, который их ловит. Играющие садятся около стен и смеются над водырем, который ходит по комнате с завязанными глазами и ловит. В это время один дернет его за полу, другой стукнет ногою, третий крикнет — одним словом, каждый старается дать о себе знать и не дать себя уловить. Водырь не иначе может схватить дергающего, пока не узнает его по голосу; узнанный сменяет его. Водырю случается ходить до поту, оттого что дергающие изменяют свои голоса. В эту игру допускаются все возрасты.

Дергач употребляется в Малороссии иначе. Вколачивают в землю колышек и к нему привязывают на длинных шнурках двух молодцов с завязанными глазами. Одному дают в руки крепко свитый жгут, а другому — зарубленные две палочки, с которыми он торчит; и <он> называется дергачом. С жгутом подкрадывается к дергачу ничего не видящий и размахивается, чтобы ударить его, но свист раздается в воздухе, а торчащий с палочками перебегает на другое место. Жгутовщик преследует дергача, а он бегает то в ту, то в другую сторону. Смотрящие на игру помирают со смеху, кричат жгутовщику: «Лови его! Бей его! Вот здесь, вот он там!» Оба с завязанными глазами иногда сходятся вместе. Тогда поднимается хохот со всех сторон. Но для дергача это весьма невыгодно, ибо если жгут нападет на него, то бьет его без милосердия и сколько душе угодно. Дергач может спастись от него только своим бегством; жгут вновь гонится за ним. Впрочем, с побитием первого раза прекращается игра и занимают место новые охотники. Бывают хитрости с обеих сторон: тайно приподнимают платок с глаз, чтобы высмотреть друг друга, и тогда горе дергачу: сыплются удары от жгутовщика. Наблюдающие за игрою строго сохраняют справедливость: никого из них не допускают к обманам. Если это сделает жгутовщик, то его ставят вместо дергача; а если дергач, то его осуждают продолжать игру до побития двух раз.

Эта игра выражает крепость и проворство и требует решительного терпения в перенесении побоев. Тот считается недостойным забавы, кто будет жаловаться на нанесенные ему удары. Жалующегося исключают из числа игроков и дают прозвание бабы, неженки, баловня и матушкина сыночка.

Несколько девушек делают круг, в который ставят одну избранную из них, именуя ее королем. Каждая спрашивает: «Король! Король! Что прикажешь делать?» — «У короля нет жены», — отвечает король. Спрашивавшая должна целовать короля, но она не хочет и громко говорит, чтобы слышали панычи (молодые дворяне): «Вот что вздумали. Целоваться панночкам между собою! Это похоже, что «горшок столкнется с горшком, а масла не будет». Панночки засматриваются на панычей и стараются заманить их в свою игру; панычи стоят, не идут; панночки продолжают повторять, пока не пристанут к ним панычи, которые, наскучив быть в бездействии, подходят к ним и просят принять их ради удовольствия. Раздвигается кружок; панычи становятся между ними или усаживаются, но всегда таким образом, что девицы сидят по обеим сторонам каждого паныча. Начинают избирать двух королей, жребий постоянно падает на красавцев. Один из них становится посредине, а другой остается в кружке, составляемом девушками. Проворная девушка спрашивает стоящего короля в средине: «Король! Король! Что прикажете делать?» Она краснеет, зная наперед его ответ. Король отвечает: «Короля шановать (уважать) и его каждой панночке семь раз целовать». — «Вот что выдумали! — кричат все в один голос. — Этому не быть! Поверьте, король, этому не быть!» Они сердятся, а внутренне довольны; щечки их румянятся от радости, однако все кричат «Не быть по-вашему!» Девушки посматривают друг на друга, перешептываются и не знают, как начать. Нечего делать! Каждая панночка подходит к стоящему посредине королю, целует его семь раз — ни более, ни менее — и возвращается на свое место. Стоящий с девушками король приказывает большею частью самой стыдливой: «Поцелуйте короля» [13] . Она вся горит, не смеет смотреть; подруги хохочут и кричат ей: «Что ж вы думаете? Чего вы стоите? Вы боитесь! О, как вы закраснели!» Игривая девушка берет на себя обязанность целовать румянец, говоря смутившейся: «Я за вас поцелую!» Она подходит к нему, целует в обе зарумянившиеся щеки и становится на свое место. Третья девушка приказывает своей милой подруге отмерять королю двадцать аршин лент. Она подходит к нему, берет его за руки, поднимает вверх и отмеривает означенное число аршин. При отмеривании каждого аршина она целует его в щеку. Со всех сторон поднимается смех; все указывают на меряющую, которая устает уже от поцелуев; ей кричат: «Меряйте! Меряйте!» Она устала, но все требуют домерять. Кончила, но вновь одна панночка приказывает собирать подать для короля. Король идет рука об руку с избранною им девушкою, которая получает тогда название королевы и собирает подать с девиц. Король подходит поочередно к девушке, каждая целует его, а он целует свою королеву в ознаменование верно собираемой подати, которая как бы складывается тогда в носимую сумку. Веселость разнообразится: панычи и панночки жартуют (шутят) между собою, резвятся, хохочут и бьют в ладоши от радости. Но вдруг раздается из круга простосердечный голос: «Не щипайте, панычу!» И соседка резвая отодвигается от шалуна, который отвечает без застенчивости: «Панночка моя! Голубочка сизая! Чего вы кричите? Я не щиплю, а только щекочу». Общий смех пробегает по всему кругу; оборачиваются к ним и хохочут. Панночка, желая поправить свою ошибку, говорит ему: «Прошу не щекотать, я боюсь щекотки». Прочие играющие переглядываются нежно, жмут руки украдкой и прижимаются, как бы нехотя, друг к другу. Невинные шалости и резвости увлекают играющих, и невидимо летят между ними часы удовольствия. Что выражает эта игра? Любовь, которая всегда волнует молодость.

Двое из парней становятся плечами друг к другу и переплетаются руками таким образом, что когда один нагнется головою к земле, то в то время другой поднимается навзничь вверх; потом выпрямляются оба. Тогда другой начинает то же действие, и продолжают, пока не устанут. Эта игра представляет весы, на коих взвешивают соль. Она в большом употреблении в Литве и выражает крепость, ловкость и силу.

На ровном месте становятся несколько мужчин с палками и бьют ими деревянный кружок вверх. Кто выше ударит и чаще бьет, тот играет более всех. Это простая забава, но однако в ней видны проворство и ловкость играющего. Она употребляется больше в юго-западной России по деревням.

В кончики играют четверо: две девицы и двое мужчин. Мужчины, сложив вместе концы карманного платка, подносят их сидящим. Каждый выбирает любой для себя конец и разворачивает платок. Те, чьи концы придутся накрест, должны целовать друг друга.

Эта игра, пробуждая страсти, показывает чувство затаенной любви, потому в нее играют большей частью воздыхатели. Кончики есть изобретение влюбленных, и не известно, что они перенесены были из чужой земли.

Завязывают глаза одной какой-либо девушке и ставят ее в середину круга. Завязанная, расхаживая в кругу, должна отгадать, у кого находится жгут. Если она укажет не на ту, которая имеет его, то держащая жгут бьет ее по спине и передает другой. Когда завязанная отгадает или узнает, у кого жгут, тогда имеющей его завязывают глаза, и она начинает отыскивать в свою очередь жгут.

Эта игра выражает слепую Любовь, и потому она наказывается ударами за легкомыслие, исправляемое одной тяжкой опытностью.

Ими забавляются парни и девушки преимущественно на святках. Выбрав кого-либо водить столбики, остальные становятся попарно недалеко друг от друга, и эти пары образуют столбики. Водящий ходит с прутом около столбиков и намеревается стегнуть кого-нибудь. Заметившие это, особенно когда он вблизи их, меняются местами. Если водящий успеет стегнуть и занять место, то лишившийся его обязан водить.

В праздничный день, когда собираются у ворот семейства, молодые всех возрастов скликивают играть в коршуна. Избрание коршуна производится с общего согласия, но часто, кто посмелее и проворнее, тот делается коршуном. После коршуна избирают наседку, которая должна быть умною и доброю, а все прочие составляют цыплят — ее семейство. Мать-наседка выступает длинным рядом, с детьми всех возрастов. Дети, взявшись за руки, ходят вокруг коршуна и поют:

Коршун роет землю, посматривает на них злобно, скрежещет зубами, машет крыльями и кричит коршуном. Наседка подходит и говорит: «Коршун! Бог помочь». Коршун отвечает: «Не слышу». Дети опять ходят вокруг него и поют то же самое. Потом останавливается мать и говорит прежнее: «Коршун! Бог помочь». Он отвечает: «Спасибо». — «Коршун, что ты делаешь?» — «Рою землю да яму». — «На что роешь яму?» — «Денежку ищу». — «На что денежку?» — «Иголку купить». — «На что тебе иголку?» — «Мешочек сшить». — «На что тебе мешочек?» [14] — «Соли купить». — «На что тебе соль?» — «Щи посолить». — «На что тебе посолить?» — «Одну половину самому съесть, а другою залить глаза твоим детям». — «За что?» — «Они мою городьбу разломали». — «А как высока была твоя городьба?» — Коршун при этом вопросе бросает камень вверх так высоко, как может, и говорит: «Вот как!» — «Неправда! Твою городьбу и козел достанет бородой, а той они разломать не могут», — «Они буяны, я их перебью». — «Они мои дети, я не допущу: ши, ши, коршун! — Она отгоняет детей и грозит напасть на него. — Ши, ши!» Коршун бросается на детей [15] , наседка не допускает его до них; дети бегают около матери, укрываются за нею. Начинается беганье, шум, крик; коршун сбивает с ног наседку, хватает детей и потом обращается на наседку: общипывает ей перья, кусает и ругается над беззащитною матерью. Таково состояние беззащитного семейства, когда оно попадается в руки злобного врага. Есть примеры, что в злополучии и родные идут против родных.

В коршуна играют повсюду одинаково, за исключением только вопросов, делаемых коршуну. Проворный мальчик избирается в коршуны, а матерью бывает девица, уже опытная и ловкая, которая в других местах называется матя. Мать стоит со своими детьми перед коршуном и спрашивает его: «Коршун, коршун, что ты делаешь?» — «Ямочки копаю». — «На что тебе ямочки?» — «Камешки сбирать». — «На что тебе камешки?» — «Твоих детей в лоб щелкать». — «За что, про что?» — «За то, что они потоптали мою капусту в огороде». — «Да высока ли была изгородь?» Коршун, встав, кидает щепочку вверх: «Вот какая!» — «О, да через твою изгородь перескочит лягушка, а не то что мои дети». Обрадованные ответом матери дети свиваются в кружок и, выставя вперед ножки, спрашивают: «Которая была? Которая была?» Коршун смотрит на них некоторое время и вдруг бросается на крайнего. Дети сбегаются к матери, которая, распростерши руки, летает перед коршуном, кричит: «Шуту! Шугу!» и защищает их. Борьба длится долго, но коршун успевает схватить детеныша, кладет его возле ямы и бежит за другим. Борьба снова, и она возобновляется до тех пор, пока коршун не переловит всех детенышей, и тем оканчивается игра.

Одни девицы, а иногда вместе с парнями, играют в ворона. Взявшись за руки, становятся в ряд попарно. По согласию или по жребию выбирается из них ворон. Его ставят впереди себя на несколько шагов и запрещают ему оглядываться. Задняя пара бежит вперед врозь, один по правую, а другой по левую руку ворона и, пробежав его, стараются сбежаться вместе; но ворон бросается ловить, пока бегущие не схватятся за руки. Пойманный вороном становится с ним в передней паре, а оставшийся занимает место ворона, и игра продолжается, пока не разыграют ее все пары. Эта игра употребляется в Малороссии, она служит хорошим телесным упражнением.