Быт русского народа. Забавы. Игры. Хороводы. Часть 4.
Шрифт:
Он снимает шляпу. «Вот кудри мои русые». Надевает шляпу и ходит по кругу. Девушки поют:
— Вот вам, люди добрые, Мои кудри русые. — Откуда, откуда, молодец? Откуда, отецкии сын? — Вы, люди добрые! Я со пути, со города. Со пути, со дороженьки, Со дальней сторонушки. — Покажи-ка, молодец, Свои руки белые.Он поднимает руки вверх и говорит: «Вот вам мои руки белые». Девушки продолжают:
— Вот вам, люди добрые, Мои руки белые! — Откуда, откуда, молодец? Откуда, отецкии сын? — Вы, люди добрые! Я со пути, со города, Со пути, со дороженьки, Со дальней сторонушки. — Покажи-ка, молодец, Свою молоду хозяюшку.Он подходит к девушкам, ищет ее между ними и <ту>, которая ему нравится, выводит на середину круга и говорит: «Вот вам моя молода хозяюшка!» Тут обнимает ее и целует. Девушки поют:
Нате вам, люди добрые, Молоду мою жену. Моя-то жена чернобровая, Черноглаза, расхорошая душа!В кругу расхаживает пьяный пан, вдали <от> него стоит панья. Уронив шляпу, он требует, чтобы жена подняла и подала ему.
Ехал пан от князя пьян, Уронил шляпу-мурманку [28] . Гаркал пан на свою панью молодую: — Подь сюды, панья моя молодая! Подыми, подыми мою шляпу-мурманку. Панья отвечает с хороводными: Я тебе, пан, не служанка; Я служанка родимому батюшке, Родимой матушке. Тут поют одни хороводные: Ехал пан от князя пьян, Уронил шляпу-мурманку. Гаркал пан на свою панью молодую: — Подь сюды! Подь сюды! Панья молодая! Подыми, подыми Мою черну шляпу-мурманку. Панья поднимает и надевает ему на голову, Я тебе, пан, служанка, Подыму тебе черну шляпу-мурманку, Надену шляпу на буйну головку [29] .28
Мурманки — старинные шапки высотою более поларшина; они опушивались дорогим мехом; их носили великие князья и бояре. В торжественных выходах не снимали их со своих голов.
29
По употреблению здесь слов: пан, панья, гаркал и мурманка должно полагать, что этот хоровод принадлежит к старинным.
Мужья поступали прежде со своими женами как со служанками. Потому этот хоровод выражает деспотическую власть мужей.
Девушки и парни поют вместе, взявшись за руки. Одна девушки ходит печальная:
Кто у нас, кто у нас, Яртынь-траву притоптал? — Притоптали яртынь-травку, Заволжинские бояре.Парень, представляющий бояр, ходит за девушкой — это значит, что он ловит ее:
Ловили они душу, красну девушку: Красна девушка не давалась…Она убегает от него, прикрываясь платком:
Во лесочек удалялась, Тонким листом укрывалась.Однако, боярин словил ее, и это значит, что он отыскал ее и повел к жениху.
Отыскали девушку в лопухе, Во горькой во траве, Близ ключевой воды. Повезли девицу Во Царев городок [30] : — Чем та нас, Царь, пожаловашь? Жаловал нам Царь День за ночь во сто рублей; За неделю год во тысячу,30
Имя города Царева — применение к местности. Эта песнь взята из г. Царева Саратовской губ. Должно заметить, что при этой песне всякий раз вставляется имя того города, в котором разыгрывают этот хоровод.
Это намек на те прежние обычаи, когда сваты ездили сватать из деревни в деревню, из города в город. Ласками и хитростями они успевали, а девушка: хочь не хочь, должна была принять венец в церкве Божией.
Собравшиеся на зеленой поляне или на ровном месте девушки кружатся и поют. При этом они топочут ногами, представляя, что они топчут траву:
Луг ты мой, луг зеленой! Зелен луг, лужочек. Кто тебя топтал? Да кто толочил? Топтала девица, Другая — вдовица, Третья — молодица. У той молодицы Мужа дома нет, Уехал муж во Москву Белил закупать. Как приехал муженек Во единый во денек; Привез он белил, Стал жену дарить.Тут девушка в шляпе, представляющая мужа, идет к ходящей в кругу девушке, берет ее за руку, ставит ее посреди круга и дает ей платок вместо белил; она сердито отворачивается, бросает на землю и не глядит на своего мужа. Девушки поют вместе с мнимым мужем:
Ты прими-ка, жена, не ломайся! Ты прими-ка, душа, не гордися. Поглядите, люди добрые! Как жена меня не любит, На доброго молодца не глядит. Я поеду, молодец, во Китай-город, Я куплю своей жене Гостинчик дорогой. Такой гостинчик — башмаки. Ты прими, жена, не ломайся! Ты прими, душа, не гордися.Она бросает башмаки на землю. Девушки поют:
Поглядите-ка, люди добрые! Как жена меня не любит, На доброго молодца не глядит, Я поеду, молодец, во Китай-город, Я куплю своей жене гостинчик. Такой гостинчик дорогой, Шелковую плетку. Ты прими, жена, не ломайся! Ты прими, душа, не гордися.Она тотчас обращается к нему, обнимает его и целует. Девушки поют:
Поглядите-ка, люди добрые! Как жена мужа любит, Из глаз своих не спускает: Где не сойдется, все поклонится, И друг с дружкой поцелуются. При этом они целуются, а круг расходится врозь.Сделавшись женой, надобно быть покорной, а не своенравной. Прадеды наши управлялись с дражайшими своими половинами очень скоро — плеткой. Конечно, этого средства нельзя допустить в наш век, но и в наше время не одному мужу приходит мысль, разумеется, мысль варварская, несообразная при нежности нашего прекрасного пола, чтобы прибегнуть иногда к смирительной пружине: оттого, что горькой опытностию дознано: пагубна воля жены.
Около хороводного круга, представляющего город, ходит молодая жена и побрякивает перстнями. Когда пропоют: «Поклонись ты пониже», — молодец выходит из круга, кланяется ей и потом прижимает ее.
Около городу ходила я! Во том ли городу Золоты перстни меняю. — Отворяй-ка ворота, господин! Подойди-ка, господин, поближе, Поклонись-ка ты пониже, Прижми к сердцу поплотнее.Молодая жена, отлучающаяся из дома по произволу, приносит с собой подарочки, а слабый муж принимает ее. Он хотя догадывается, откуда приносит жена, однако он думает: «Обуха плетью не перешибешь». Философия добросердечных рогоносцев.
Молодка пляшет в кругу, и ей нет надобности ни до своего дома, ни до родных.
Ясное золото разгоралося, Я, млада, разыгралася. За мной, молодой, Посол за послом: Поди-ка, молода, Поскорее со двора. На тебя свекор раскручинился. Со той со кручины голова болит. Худо можется.Много на свете женщин, для которых хоть все пропадай в доме, только бы им повеселиться.