Чтение онлайн

Но нет данных, подтверждающих, что от поломок ДНК, которые дают UVB-лучи, мы можем защититься с помощью крема, даже если на нем написано UVB. Такая надпись, строго говоря, бессмысленна.

Ведь и сам механизм повреждения клеток UVB-лучами недостаточно изучен. Это сложный и комплексный процесс, и нет исследований, которые бы доказывали: вот мышь, она жила на солнце, мазалась кремами с UVB и ее клеточный аппарат эти лучи не повредили.

Природа возникновения меланомы вообще не до конца понятна. Да, есть статистика, которая доказывает, что на фоне инсоляции происходит повреждение клеточного аппарата. Роль ультрафиолетового повреждения неоспорима; повторяющееся повреждение кожи солнечными лучами повышает риск развития меланомы и других видов рака кожи. Но говорить о том, что загар является причиной меланомы, – неверно. Это научно подтвержденный фактор риска. И верить, что риск меланомы может быть сведен к нулю с помощью солнцезащитных средств, – опасное заблуждение.

К сожалению, мы не защищены от меланомы. Эта угроза может быть снижена за счет следования общим правилам: не пребывать на солнце в «часы пик», защищать кожу… И надеяться, что этого не случится. Но помнить, что меланомой болеют в том числе и люди, которые никогда солнца не видели. Она возникает не только у тех, кто злоупотребляет солнцем, но и у тех, у кого есть дефицит инсоляции. Статистически чаще – у первых. Однако меланома бывает не только на коже. Она может поразить печень и другие внутренние органы. Утверждать, что она спровоцирована солнцем, сложно. Солнце – важный фактор. Но не единственный, не уникальный и не безусловно прямой. Причинно-следственная связь здесь не очевидна.

Сейчас высказываются предположения, что санскрины могут даже способствовать злокачественным заболеваниям кожи в том числе и потому, что регулярная инсоляция обладает защитным эффектом и препятствует перерождению клеток [5] .

И все больше специалистов сходятся на том, что взаимоотношения с солнцем, эмпирически выработанные веками, и есть самые правильные и самые разумные. Ведь раньше никто не лежал на пляже. Люди, проживающие в солнечных регионах, вставали рано, выходили трудиться на рассвете, в полдень уходили на сиесту в тенек и возобновляли работу, когда солнцепек заканчивался. Во всех blue zones, кстати, именно так народ и существует.

“Когда я понимаю, что счастье вот-вот закончится, а я все еще белая, я пользуюсь маслом с SPF 6 или SPF 15 и надеюсь, что покроюсь ровным и совершенно безопасным загаром”.

SPF 6 и SPF 15 – индексы защиты, о которых всерьез говорить смешно. Давайте разберемся, что вообще означают эти загадочные цифры: 50, 30, 15, 6? (В 1990-х, когда мир захватила гелиофобия, некоторые производители рисовали на упаковках даже 150, пока ученые не указали им, что поглощение 150 % света – это фактически нахождение в черной дыре.)

Вокруг этих цифр накручено очень много мифов, один другого нелепее. Самый странный, происхождение которого я затрудняюсь определить, – что SPF-индекс надо умножить на 4 и вы получите количество минут, которое можно провести на солнце без риска для кожи и здоровья. Скажем, если на баночке обозначено SPF 30, то безопасное время 30 x 4 = 120 минут, или 2 часа. А если SPF 50, то 50 x 4 = 200 минут, почти 3 часа. Это я слышала даже на обучающих семинарах по солнцезащите. И, конечно, это не имеет к реальности никакого отношения. Любые кремы с SPF гарантированно работают только два часа. Более продолжительное их действие зависит от множества субъективных факторов: потеете вы или нет, как часто трете лицо руками… Невозможно провести эксперимент, который бы рассматривал все варианты поведения человека и его организма. Поэтому производители «отвечают» только за два часа. И 200 минут на палящем солнце не сойдут вам с рук, даже если вы намажетесь кремом с SPF 50 с головы до ног.

Другое заблуждение: SPF 30 в два раза эффективнее, чем SPF 15, потому что 30 в два раза больше 15. В том, что касается фильтров, работает другая арифметика. Индекс показывает, сколько ультрафиолетового излучения будет заблокировано вашим кремом и сколько – достигнет поверхности кожи. То есть при SPF 15 поверхности кожи достигнет 1/15 от всего количества лучей, при SPF 30 – 1/30, при SPF 50 – 1/50. Чтобы перевести эти малопонятные дроби в более очевидные для всех проценты, нужно принять все количество ультрафиолета за 100 % и разделить его на индекс SPF: 100: 15 7 %. То есть, если вы пользуетесь кремом с SPF 15, то именно эти 7 % солнечного излучения достигнут поверхности вашей кожи, а 93 % будут заблокированы. Если кремом с SPF 30, то попадет на кожу 3,3 %, а почти 97 % – нет. Крем с SPF 50 оказывается бессилен перед 2 % и поглощает 98 %.

Но важно другое: даже 2 % ультрафиолета способны вызвать покраснение кожи. А 7 %, которые пропускают кремы с SPF 15, и вовсе достаточно для серьезных повреждений клеток.

Поэтому о кремах с SPF 30, 40, 50 можно говорить как о реальной защите. А о средствах с SPF 15 и, тем более, SPF 6 – нет. Единственное, что может сделать масло для загара с таким индексом SPF – увлажнить кожу, за счет чего меланоциты будут реагировать на ультрафиолет менее истерично и загар, возможно, ляжет ровнее.

“Если я буду пользоваться на морозе увлажняющим кремом, в коже образуются кристаллы льда, которые разорвут ее изнутри”.

Конечно, это не так, хотя с первого взгляда выглядит логично. Да, в любом увлажняющем креме содержится много воды: в предназначенном для жирной кожи – 70–80 %, для сухой – 50–60 %. Да, вода на морозе имеет обыкновение превращаться в лед. Но дело в том, что наша кожа – незамерзающий орган. В ней есть сосуды, где циркулирует теплая кровь. И температура поверхности кожи лица даже при сильном переохлаждении не опускается ниже 32 °C (руки мерзнут сильнее, там температура может быть и 28°). Когда мы распределяем крем по лицу, он очень быстро нагревается до температуры кожи. Включая, разумеется, и содержащуюся в нем воду. Поэтому в лед вода точно не превратится – просто не успеет. Но нужно дать ей время впитаться: если регулярно гулять на морозе с влажным лицом, это приведет к обезвоженности.

Лучше всего наносить крем минут за 20–30 до выхода из дома. Например, перед завтраком. Если мороз сильный, можно использовать праймеры с большим количеством силикона – он отлично «запечатывает» влагу, и та никуда не испаряется. А сами праймеры в кожу не впитываются и никакого вреда ей не причиняют, а служат термоподушкой. Плюс я советую поставить на столик в прихожей рассыпчатую пудру – и непосредственно перед выходом из дома кистью наносить ее на лицо легкими движениями, не вбивая, а оставляя на поверхности.

Кстати, когда мы с холода попадаем в теплое помещение, это не менее вредно, чем когда мы из дома выходим на улицу. Если перепад температуры превышает 20°, кожа не успевает нормально адаптироваться и тоже обезвоживается.

Когда лицо после мороза «горит», именно эти процессы в ней и происходят.

Как с этим бороться?

Если есть возможность, умойтесь водой комфортной температуры – и снова нанесите на него крем. Хорошо бы, чтобы в состав препаратов входили не только питательные, но и сосудоукрепляющие ингредиенты типа экстракта конского каштана, красного винограда, зеленого чая, центеллы азиатской.

А макияж зимой накладывайте уже в офисе. Секретарши в кино, которые красили лицо, сидя за рабочим столом, знали, что делали.

“Как только наступают холода, я выкидываю все средства, которыми пользовалась летом, и перехожу на кремы с плотной текстурой. А если собираюсь долго гулять, вообще мажу лицо вазелином. Разве может кремик типа обезжиренной сметанки спасти от холодов?”