Чтение онлайн

— Какое благородство, — скривилась я, метнув в незнакомца недоверчивый взгляд.

Андрей Николаевич усмехнулся и скользнул по мне неприятным взглядом. Господи, он больше на мафиози похож, чем на бизнесмена. Зря я об этом подумала, потому что после оглашения завещания, угодила в железный капкан его внимания.

— Виктор предупреждал, что вы с характером, и признаться сражён, — с деловитой наглостью изрёк он.

— Кто вы такой? — решила ударить в лоб. — Партнёр в какой отрасли?

Мужчина проследил за уходом расстроенных наследниц и дождался, когда закроются двери.

— Если скажу, что в криминальной, вам станет легче? — молвил он с толикой издевки на лице. Сработало. Озноб пробежал по коже, и я растерялась. — Ваш отец владел как миллиардами денег, так и миллиардами недругов. Избавлять вас от последних, как раз входит сейчас в мои обязанности.

— Другими словами, вы его охранник? — уточнила в ответ, но всё равно усомнилась в своём вопросе.

— Не совсем. Скажем, я — его правая рука. Гончая и исполнительная сила. Советник. Всего по чуть-чуть. А теперь вы, уважаемая Евгения Викторовна, моя хозяйка и работа. Признаться, новое руководство мне уже нравится.

— Ненадолго, — гордо фыркнула я, вставая со своего места с конкретным желанием уйти. — Я, как ваша хозяйка, могу и уволить, недолго думая.

— Не можете, — вдруг вмешался до сих пор молчавший нотариус. — Вы и ваш сын вступаете в наследство только после подтверждающего слова этого господина.

— Это в каком смысле? — шокировано уставилась на юриста.

— В самом прямом, Евгения Викторовна, — осклабился бандюган. — Как только пойму, что вы и ваш сын не разбазарите нажитое вашим отцом, я даю добро на право наследия.

— Ничего себе, а вы хорошо устроились, — ехидно пропела я, глядя на мужчину с презрением. — Вы и за всю жизнь можете не дать нам это право.

— Могу, — честно выдал он и тоже поднялся, подойдя ко мне впритык. — Только совершенно не выигрываю, если вы об этом. Я — слуга и советник, и ни единой копейки из вашего кармана в мой не упадёт. Разве что… Могу лишь попросить пайка из вашей кухни, мэм. Всё же на голодный желудок принимать решения негоже.

Мужчина улыбнулся, просверлив меня своими карими глазами.

— Да, хоть всё забирайте, — бросила я с раздражением. — Мы как жили в нищете, так и дальше проживём… Невелика потеря!

С этими словами вылетела из кабинета, не видя, как бандюган слегка спасовал и не слыша зов нотариуса.

Вот вам и папаша, вот вам и наследство. Чего и стоило ожидать!

ЛЕВ

Всё время казалось, что не могу надышаться перед собственной кончиной. Жуткое предчувствие оплетало душу и тело, как бы я не боролся с ним, убеждая мозг и сознание, что всё пока хорошо. Жена держится, малышка здорова и под надлежащим уходом, Слава подходит, как донор и целеустремлённо лечится. Женя…

С Женей всё иначе. Она хочет уйти, забыть меня и всё связанное со мной, как страшный сон, и я впервые понимаю её. Впервые сознаю, что без меня она наконец сможет вдохнуть полной грудью. Разумом понимал, но душа никак не пускала, стонала, кровоточила, выла, но не пускала. Я бы продал эту упрямицу дьяволу, лишь бы забыть, не чувствовать и не тосковать.

"Займись своей женой и ребёнком", последнее, что девушка бросила в ответ и была права. Я обязан перенастроить сердце и душу в правильное русло, пока не потерял и их.

— Где моя дочь? — в очередной раз прошелестела Олеся, глядя на меня желтушными белками глаз.

— Она дома, детка. Ждёт тебя, — ласково заверил я, поглаживая безжизненную руку.

Шла вторая неделя после родоразрешения супруги и без ужаса смотреть на неё было невозможно. Девушка напоминала скелет, обтянутый кожей, желтизна кожных покровов и ногтей. Сознание часто перемешивало хронологию памяти. Жена могла раз двадцать спросить о дочери, а потом рассказывать, как её только что навестил отец. По словам врачей, болезнь Олеси плавно перетекла в тяжёлую стадию и с пересадкой печени стоило поторопиться.

— Она плачет? Я слышу, как она плачет… Дай мне её, — в который раз просила супруга, и я на стену лез, объясняя и объясняя ей ситуацию.

Лечение шурина изводило не меньше. Отсчитывал чуть ли не секунды, ожидая день икс, который настал и на мой взгляд слишком поздно. Жену погрузили в медикаментозную кому, желая помочь организму бороться с болезнью во сне. Тогда и начался сущий ад. Маячил от её постели к постели Булатова, нервно заламывая пальцы и кисти рук. Хотелось орать благим матом на всех, что находились в радиусе пяти метров, но понимал, что так не помогу ни себе, ни супруге.

Ещё через двое суток, показатели Олеси ушли на ту границу, когда ждать уже было нельзя, а в её состоянии прослеживалась последняя крупица просвета для хирургического вмешательства. Часы ожидания в операционном боксе извели в конец. Женя находилась рядом, как супруга Булатова, но отчего-то был уверен, что она больше желала поддержать меня, чем его.

— Сколько времени восстанавливается печень до нужного объема? — задумчиво спросила девушка.

— Около четырёх месяцев.

— В этот период ему нельзя пить? — уточнила она.

— Конечно. Думаешь, может сорваться?

— Не знаю, — пожала плечами бывшая и вгрызлась в большой палец, явно что-то обдумывая в своей голове. — Лёв, а кто сейчас ведёт дела на фирме?

— Ник с Аликом. Почему ты спрашиваешь?

— То есть ты вообще пока несведущ в этом?

— Моя жена при смерти, Жень, — напомнил я. — И после операции ей также предстоит долгая реабилитация.

— Да, конечно, — кивнула она, кажется занервничав ещё больше. — Но ты всё равно постарайся не забрасывать фирму, ладно?

Оценивающе осмотрел девушку, заметив, что она явно чем-то обеспокоена. С каких пор её волнует наш семейный бизнес? Но обдумать до конца не успел, отреагировав на появление хирурга. Замер, вопрошая одним взглядом.

— Операция прошла успешно, но судить ещё рано. Будем наблюдать, — после повернулся к Жене. — Ваш супруг так же в полном порядке, но под действием наркоза. Рекомендую отдохнуть и вам, поезжайте домой и поспите. Пока вы ничем не можете им помочь, вся работа за нами.

Врач вежливо откланялся и исчез в одном из помещений операционного бокса, а я заботливо посмотрел на бывшую.