Чтение онлайн

– У нас с тобой разное воспитание, - спокойно отвечаю я. – И на твои провокации я отвечать не собираюсь.

– Нет, ну вы гляньте, святая простота! А какое должно быть воспитание, чтобы разводить мужиков на такое? Демид Алексеевич здесь пару дней, а ты уже его обработала. Браво!

– Ты не ведаешь, что несёшь, - отмахиваюсь я. – Я так понимаю, собрание окончено?

На мою последнюю реплику Вера Павловна отвечает одобрительной улыбкой.

– Девушку можно вывезти из деревни, а вот деревню из девушки – никогда. Ты ему не пара, и как бы ты не пудрила ему мозги своей псевдоневинностью, он от твоей пресности и серости убежит, роняя тапки, вот увидишь!

«Уймись, Анжела!»

«Ты слишком завелась!».

Сразу несколько человек пытаются её остановить, но это уже невозможно.

– Мужчины, они такие, могут всю жизнь есть деликатесы, а потом разок сорваться на дешёвую колбасу. Так вот, это ты Золотарева! Дешёвая колбаса. Дешёвка, поняла?!

– Так! – встревает Вера Павловна. – Это уже переходит все границы!

– Обломишься, слышишь? – Анжела не реагирует на то, как нас пытаются разнять. – Ты и твой выродок-безотцовщина!

– Уволена, - мой голос звучит так, будто сказал это кто-то иной.

До этого дня я никогда так не говорила. Строго, уверенно. Сама себе напомнила мать.

На самом деле мне хочется вмазать Анжеле, но до её уровня падать я не собираюсь.

– Что? – насмешливо переспрашивает она.

– Ты уволена. И не смей никогда больше открывать свой рот в адрес моего сына. Собрание окончено!

Разворачиваюсь и ухожу в абсолютной тишине. Молодец, Нэлли. Не подыграла Адарову, попритворялась недельку…

И в первые же минуты уволила сотрудника! А я ведь даже не знаю, есть ли у меня на это право. По бумагам хозяин Адаров.

Может я вообще только что опозорилась!

Но из её рта лилось столько яда, что в какой-то момент я уже не могла «быть умнее и не реагировать». Особенно когда она начала оскорблять Кирилла.

В сумочке, которую я оставила на диване в кабинете, вдруг начинает вибрировать телефон. Достаю его.

Это Адаров. После недолгого внутреннего сопротивления поднимаю.

– Алло.

– Как проходит твой первый день в новой роли?

Простой, казалось бы, вопрос, да ещё и о работе. Но один только его голос заставляет меня спешно опуститься на диван.

Я вдруг осознаю, что мне его не хватает. Причём сильно.

– Нормально, - выдавливаю из себя бесцветный ответ.

– Я рад, что ты согласилась попробовать.

– Угу. Это всё, ради чего ты звонил?

– Нет, вообще-то, я хотел услышать твой голос.

– Услышал? – откидываюсь на спинку дивана, про себя думая об увольнении Анжелы.

– Я хочу, чтобы мы с тобой кое-то попробовали, пока я далеко. Ты когда-нибудь занималась виртуальным сексом?

На меня будто выливают ушат ледяной воды. А потом бросают в жерло раскалённого вулкана.

– Не занималась и не планирую, - понижаю голос и поглядываю на дверь. Вера Павловна скоро придёт.

– Но хотела бы, - не спрашивает, утверждает Адаров.

– Ты наглеешь.

В ответ слышу сдержанный, бархатный смех. У меня от этого звука мурашки по спине, а мысли превращаются в кисель. Обдуваю щёки, чтобы унять жар.

– Разве я когда-то скрывал, что хочу тебя? Нет. Так чему ты удивляешься?

– Давай сменим тему.

– Я позвоню тебе сегодня ночью, когда ты будешь совсем одна и мы немного поиграем. Хорошо? – ах, вот как звучит предложение, от которого нельзя отказаться. Тон Адарова подразумевает как минимум невозможность сказать «нет».

– Вообще-то, есть кое-что, о чём я хочу поговорить с тобой.

Что ж, это официально первый гвоздь в крышке моего гроба.

– Скажи сейчас.

– Это будет долгий разговор, - невесело усмехаюсь я.

– У тебя всё в порядке?

Пока да. Пока.

– Я сама позвоню тебе сегодня вечером. Пока, Демид.

Кладу трубку, а сердце бьётся так, что начинают болеть виски. Ну всё! Осталось как-то пережить сегодняшний день, а потом долгий и неприятный разговор.

Можно было, конечно, подождать пока он вернётся. Но я боюсь видеть его реакцию на новость.

Хотя кому я лгу? Часть проблемы кроется в том, что я знаю – Адаров добьётся своего. И я окажусь в его постели. Потому что тоже этого хочу.

Даже его пошлое предложение выбило меня из колеи.

Надо было как-то закрывать тему секса, и я это сделала. Плюс, посмотрим сколько прыти останется у Демида после того, как он узнает, что у нас есть общий сын. Для многих мужчин это антисексуально, он вполне может быть одним из них.

К сожалению день пролетает так быстро, что я прихожу в себя по дороге домой в маршрутке. Весь день Вера Павловна посвятила тому, что объясняла мне налоговую сторону бизнеса. По её словам, если и есть что-то способное подкосить созданный ею непотопляемый ресторан – это безалаберность. Всё должно быть задокументировано точно, а бумаги храниться в безопасном месте.

За свой бизнес она может не переживать, я ему не наврежу, потому что никогда не встану в его главе.

Дома меня преследует тяжёлый взгляд мамы. Она узнала меня с другой стороны, ведь я столько лет хранила от неё секрет. При том что у нас с детства была договорённость о полном доверии.

И оно есть. Это самое доверие. Только так получается, что я нарушаю его каждый раз, когда в мою дверь снова стучится беда по фамилии Адаров.

Укладываю Кирилла спать, читаю ему на ночь сказку. Целую в лоб, отодвинув мягкие волосы. И так получается, что я засыпаю сидя у изголовья его кровати, когда в кармане халата вибрирует телефон.

Отклоняю звонок, точно зная, кто это. На носочках выхожу из спальни сына.

Демид снова звонит. Я жму на красную кнопку.

Зубы стучат от страха перед разговором. Обещаю себе, что ни смотря ни на что возьму трубку, в следущий раз.

Экран снова загорается его именем. В этот раз я тупо смотрю на него, пока сенсорная панель не тухнет.

«Нэлли, подними.»

«Я знаю, ты это читаешь. Возьми трубку.»

Дрожащей рукой умудряюсь разблокировать телефон только с третьей попытки.

И блокирую номер Адарова. Пусть не звонит и не пишет. Мне нужно время.

Затылком прислоняюсь к стене и прекрасно понимаю, что дура.

Дура. Дура. Дура.

Это как скотчем заклеивать сквозную рану от пули, что задела артерию.