Бывшие. Хочу тебя себе
Шрифт:
До неё так и не дошло, что мужчины меня не возбуждают. Не возбуждали до сегодняшнего дня и возвращения Адарова.
И он уж точно не про «расслабься и ни о чём не думай»…
Он про «пока я осатанело трахаю тебя раком, думай о том, как насколько глубоко в тебе мой огромный член».
Вот это прямой путь к оргазму.
Я уже битый час не могу уснуть. В голове просто каша из сексуальных фантазий с бывшим. Несмотря на то, что я тщательно помылась, в носу до сих пор стоит его терпкий, сексуальный запах.
Просто. Нескончаемое. Наваждение.
Я так долго не протяну. Адаров обязательно найдёт способ всё обставить так, чтобы у нас для секса было и время, и место.
На один отказ меня хватит. Может, даже два.
Беру из-под подушки телефон и открываю приложений маркетплейса. Быстро нахожу в каталоге товаров то, что мне нужно и делаю заказ.
Посылку можно будет забрать на почте завтра утром.
Кто бы мне когда-то сказал, что я буду покупать такое… Ни за что бы не поверила.
Но, отчаянные времена требуют отчаянных мер.
*
– Я должен знать, чем она живёт. Начни с телефона. Электронные письма, смс-ки. Для начала пойдёт, - говорю Жданову, своему знакомому айтишнику, который только что охренел от увиденного.
Я тоже. Потому что, блядь, вообще не ожидал увидеть её здесь. В ресторане поздно вечером.
Красивую, приветливую, чужую.
Думал, конечно, что по возвращении в этот город, как-нибудь случайно с ней столкнусь.
Но что она сама вот так упадёт ко мне в руки? Никогда. Я не любитель уповать на чудеса.
И всё-таки, Нэлли была передо мной две минуты назад. Из плоти и крови. Пиздец красивая. Настолько, что я сразу же забыл о тормозах.
В голове набатом пульсировала мысль, что она нужна мне прямо сейчас. И желательно навсегда.
Дальше всё прошло быстро и слаженно. Знакомые, с которыми я хотел обсудить дела, поэтому и позвал в ресторан, быстро все поняли и свалили. Хозяйка сразу же согласилась освободить здание, когда тема коснулась денег. Это заняло пару минут.
Я никогда так ничего и никого не хотел, как Нэлли в этот момент.
И ведь был уверен, что за последние семь лет жизнь научила быть терпеливее, контролировать себя, считывать собеседника и находить нужные рычаги.
А увидел её и снова стал пацаном двадцатидвухлетним. Как будто не было всего этого времени.
Хотя оно было. И произошло дохрена всего.
Но Нэлли вдруг снова появилась и все потухло. Вообще всё. Я как будто не жил. Не дышал. И вот она - ценнейший глоток кислорода.
Захотел её сразу же. Целиком и полностью. Трахаться всю ночь, потом весь день. Не останавливаться.
Она попыталась остудить меня пощёчиной. Эффект получился с точностью наоборот.
Я добьюсь её любой ценой.
Любой.
Приехал в гостиницу, зашёл в номер, про себя отмечая, что мне ещё никогда не болел член от недотраха. Потому что в моей жизни его никогда не было.
На телефон приходит сообщение от Жданова. Файл.
Открываю, там чек о покупке на маркетплейсе. Вчитываюсь в мелкий шрифт сам до конца не понимая, зачем мне знать, что именно девушки покупают в интернет-магазинах по ночам.
Читаю:
«Секс игрушка. Вакуумный стимулятор. Водонепроницаемый. Несколько режимов.»
Сууука.
Член снова каменный.
Доставка завтра, в почтовое отделение недалеко от квартиры Нэлли. Что ж, я дождусь, когда она заберёт посылку.
И обязательно наведаюсь к ней в гости.
– Я тебе услугу оказала, а ты возмущаешься!
– Вера Павловна, словно уж на сковородке пытается уйти от разговора о вчерашнем.
– Услугу? А если бы он меня убил?! – утрирую я, чтобы отстоять свою точку зрения.
– То-то ты стоишь передо мной живая, и в кои веки, хоть глаза сверкают. На шее вон засос красуется.
Резко прикладываю к шее ладонь, туда, где прошлой ночью были его губы. Я ведь старалась замазать эту отметину тональником, и у меня получилось.
Только в середине рабочего дня он слез, а я так забегалась, что не заметила. Стыд!
– Это не то, что вы подумали, - категорически заявляю я.
– Послушай опытную женщину, - Вера Павловна подходит к окну, распахивает его и закуривает тонкую сигарету. – Ты что думаешь, я такой бизнес отгрохала от большого счастья? Нет. Как раз наоборот. И будь у меня на примете такой, - она выпускает струйку дыма изо рта и смотрит на меня чуть ли не с укором, - кавалер…
– Он мне не кавалер.
– … красивый как киноактёр, да и с такими деньгами! Да я бы днём и ночью была готова на всё. Подчёркиваю, всё. Эскортницам столько не платят, сколько он попросил меня передать тебе.
Она тушит сигарету, закрывает окно и идёт к встроенному в стену сейфу. Набрав код, она достаёт оттуда пачку денег.
– Это тебе. Он был настойчив. И поверь, я кое-что о мужиках знаю. Он в тебе очень заинтересован.
– Его проблема.
– Нэлли, возьми деньги. И засунь гордыню куда подальше. А то, как и я, останешься у разбитого корыта, когда кроме себя больше не на кого рассчитывать. Это несчастная жизнь, - дрогнувшим голосом произносит начальница. – Врагу не пожелаю такого. А тебе уж тем более. Вижу, как ты бьёшься.
Спасибо Вере Павловне за её откровение.
Но я Адарова знаю наизусть. От и до.
Это не принц на белом коне, который увозит принцессу в закат под аплодисменты. А потом они женятся и рожают погодок.
Он антигерой. Порочный и властный. Который тоже увозит принцессу в закат. Только конь у него чёрный. И принцессу потом находят в слезах, брошенную.
– Это я возьму, - забираю деньги.
– А вот это правильно, - поощряет Вера Павловная.
– Чтобы вернуть ему, - говорю чистую правду. Это не первый раз, когда он пытается меня купить, или же от меня откупиться.
– Нэлли, ну ё-моё! – закатывает глаза начальница. – Поступай как знаешь, но я очень тебе советую не повторять моих ошибок.
– Я вас услышала, - улыбаюсь ей. – Спасибо.
Выхожу из кабинета. Осталось доработать ещё три часа и тогда домой. Сегодня я снова остаюсь в городе. На это есть причины. Мне нужно проветрить голову, прежде чем вернуться к маме с Кириллом. Мама сразу заметит, что со мной что-то не так. И если она узнает, что он вернулся... То найдёт его и прибьёт.
На моём пути коридор, в котором Адаров держал меня за запястья и требовал покориться. Странно, но я как будто до сих пор могу чувствовать его присутствие. Энергетику. Просто дикую. Он как ходячий секс, страстный, крышесносный, незабываемый.