Чтение онлайн

— Выйдет из больницы, пролечим и в контору заберу к себе. Не на пенсию же оставлять мужиков. Семьи у них.

Пенная шапочка в турке поползла вверх. Всё.

Немного подвигать напиток, чтобы не взболтать, оставить на две минутки и можно наслаждаться.

Из комнаты вышла мама, прикрыла дверь и на цыпочках подошла к столу.

— Уснула. Остаёмся здесь. Утром вы по делам, а я с Ирой побуду.

— Хорошо, — сказал я, медленно разливая кофе по чашкам.

Я спиной чувствовал прожигающий взгляд мамы.

— Как там Сергей-то с Наташей? — спросила мама.

— Макаровы в гараже. Думаю, что ближайшие несколько дней они здесь и не появятся. Прорвёмся.

— Завтра день я пробуду здесь, а вот вечером, Дим, придётся тебе сюда приехать. Ира себя странно ведёт. Говорит что устала, а сама к окну подошла, посмотрела внимательно и только после этого легла.

— Дим, уже понятно из-за чего произошла авария? Кто организовал?

— Андрей поможет и с расследованием, и с поисками. Её найдут…

— Змея эта Лина…

— Бать! Ну, дурак был! Только не начинай.

— Ну, теперь не будь, — посмотрел лукаво отец.

— Что? — вскинул я брови.

— Ирина Романова! Как звучит, а? — щёлкнул пальцами.

— У неё жених. Он сегодня её поджидал здесь, у дома. Очень странный тип.

— И ты оставил Ирочку с ним? — вскрикнула мама.

— Нет. Он быстро уехал, — сказал я зло и посмотрел я на кисть руки, на которой осталась ссадина. — Но отпуск вместе проведут и уедут домой.

— Вот прости меня, но ты болван! Сам подумай: девушка летела почти шесть часов на самолёте, чтобы здесь с левым мужиком отпуск гулять? — недоумевал отец.

— А может это он так напугал Иру? — заволновалась мама, — мне днём она рассказала, что ни мужа, ни детей у неё нет и что она одна поехала в отпуск. К друзьям.

— Надо об этом сказать Андрею Полякову и все камеры просмотреть.

— Мне Ирочка очень понравилась, — сказала мама тихо и вздохнула.

— И мне, — повторил отец..

Знали бы вы, как мне она нравится!

Я открыла глаза и увидела перед собой тревожный взгляд Романова.

Взволнованный и безумно красивый, в домашних брюках и футболке, которая подчёркивала его широкие плечи. Когда успел переодеться?

— Слава Богу! Девочка моя! — услышала я низкий приятный голос.

Повернув голову в сторону голоса я увидела Екатерину Фёдоровну, которая почему-то тоже была в домашней одежде.

Я что, в доме у Романовых?

Медленно обвела глазами помещение.

Нет, все мы находились на кухне в доме Наташи.

Что случилось и как они все здесь оказались?

Над ухом что-то запищало и доктор оторвал ленту кардиограммы.

Доктор? Это моя кардиограмма?

По вене разлилась обжигающая боль, я резко дёрнула рукой, и её тут же схватил доктор.

— Тише, тише, моя хорошая. Не шевели ручкой. Проткнешь венку — будет больно. Лежи. Скоро в больницу поедем.

— Н-н-н…, - хотела сказать, что никакой больницы не будет, но мой язык прилип к нёбу так, что невозможно было разомкнуть губы.

Екатерина Фёдоровна поднесла стакан с водой, а вот аккуратно попить не получилось, и вода стекла по подбородку на футболку.

И опять Романов стал свидетелем моего болезненного позорного состояния! Это просто проклятие какое-то!

Как тогда, в бреду!

Я кому-то признавалась в любви, плакала, передо мной мелькали лица Наташи, Сергея, но я чаще всего видела его. Я ругала, прогоняла, но он упорно сидел рядом и даже спал, когда уже, видимо, не было сил.

Я так злилась на него за то, что он видел меня слабой, беспомощной, с растрёпанными мокрыми волосами, прилипшими ко лбу.

Я так мечтала о его нежных руках, которые гладили меня. Когда жар спадал — он нежно убирал волосы с подушки, гладил лицо и мягкими подушечками рисовал узоры на руках, обводил пальцы, ладони, плечи, дотрагивался до шеи, проводил костяшками пальцев по бровям, скулам.

И я всё ждала. Ждала когда же он дотронется до моих губ мягкими пальцами и своими губами.

И за это злилась на него ещё больше. Этот долбаный фиктивный брак! Будь он неладен!

От нахлынувших воспоминаний я чуть обратно не хлопнулась в обморок.

— Вы как? Сейчас докапаем и в больницу, — сказал доктор скорой, — А то смотрю, Вам опять плохо.

— Нет. Уже лучше, — постаралась уверенно сказать я.

Мне и правда стало лучше, когда я вспомнила, что последней мыслью было позвонить маме Романова. Хорошо, что я не промахнулась в телефоне.

— Ну и замечательно, раз лучше. Давайте сверим данные.

Доктор быстро называл всё, что записано у него на планшете, а я офигевала и всё больше приходила в себя от того, что эти сведения им предоставил Романов. Даже номер паспорта он сказал правильно.

А про то, что не беременна, зачем сказал? А, ну это наверное, чтобы капельницу поставить, уколы. Да, это правильно.

Я метала в него молнии. Хотя на что мне злиться? Он всегда проявлял ко мне много заботы. Боялся, что договор нарушу?

Сейчас договора никакого нет и как мне себя с ним вести? Что теперь делать? Как начать разговор, не скатываясь в обиду?

— Можно я пойду спать? Я замерзла и очень устала, — тихо и немного сердито спросила я.

— Конечно, даже нужно! Думаю, что причина действительно в переутомлении, — для всех сказал доктор.

Фельдшер аккуратно снял манжету, убрал иглу из вены и рука будто ожила.

— Дмитрий Александрович, если Ирине станет хуже, сразу вызывайте. Дежурная бригада всегда на связи.

Екатерина Фёдоровна уточняла с доктором нюансы моего лечения, а фельдшер пошёл сопроводить меня в спальню.

Пока мы шли в моей голове бежали мысли красной строкой: «Какая бригада всегда на связи? Это платная скорая? За чей счёт? Романов не задумываясь оплачивает своей страховкой моё лечение?

Часа два назад я перевела пятьдесят тысяч аферисту Старову.