Чтение онлайн

— Наташ! Что случилось? — естественно вмешивается наша сердобольная.

— Да так… Не обращай внимания. Сейчас успокоюсь, и все будет в норме, — отмахиваюсь от нее.

— Пойдем, за кофе расскажешь. Вижу же, что что-то серьезное случилось, — тянет меня на кухню.

— Ну ладно, — будто бы нехотя соглашаюсь.

На кухне оказываются еще и Лера с Глебом и Лена. Отлично. Они потом разнесут по всем то, что я скажу.

— Наташ, нам можно рассказать, правда. Тебе легче станет, — сгорает от любопытства Лерка.

— В общем, в последний день корпоратива такое случилось, — всхлипываю. — Не думала, что близкий человек может сделать так больно.

— Кто, Влад что-то натворил?

— Кто ж еще. Вы же знаете, как я его люблю… Сколько стараюсь ему угодить, все для него. А он! — закрываю лицо руками.

— Наташенька, все наладится, ты у нас умница и красавица, — поглаживает меня по спине Лена.

— Как наладится?! Это вы просто не представляете, что произошло. Влад мне изменил с этой новенькой, Мирой! Прямо в соседней комнате от меня. Андрей все видел, фото мне показал. Говорит, пытался его пристыдить, но у них совсем совести нет! Плевать ему на невесту! — плачу, громко всхлипывая.

— Боже, ну и козел… — сокрушается Надя. — Вот знала о его похождениях, но не думала, что он тебе изменяет сейчас. А Мира эта, ну как есть же кроткая овечка. Никогда бы на нее не подумала…

— Да, пыталась к нам в доверие втереться, со всеми подружиться. А сама на наших мужчин заглядывается! Сегодня Влад, завтра кто-то еще! Нацелилась здесь жениха себе найти, — подключается Лера.

— Девочки, мне кажется, вы преувеличиваете, — пытается вразумить всех Глеб.

— Легко тебе говорить. Может, и тебе эта змеюка нравится? — подогреваю градус я.

— Что? Нет, конечно, у меня же Лера есть.

Я уже прекрасно вижу. что посеяла зерна сомнений относительно Миры.

— Ребят, вот что мне делать? Как спасти отношения?

— Надо, чтобы Мира уволилась. Ну или Влад ее уволил сам, — предлагает Надя.

— И как нам это сделать? Я уже и так с ним пыталась говорить и прямо просила избавиться от нее… Ничего не помогает.

— Надо объединиться. Будем все вместе создавать ей невыносимые условия, чтобы она сама ушла, раз Андрей с Владом ничего с ней поделать не могут. Уверена, без поддержки с нашей стороны она быстро решит поискать себе коллектив получше, — предлагает Надя.

— Да вы ж мои хорошие! Что бы я без вас делала! — слезы на глаза наворачиваются.

Воодушевленная поддержкой коллег, я дорабатываю день, чтобы вечером осуществить вторую часть плана.

Когда все разошлись, иду к ноуту Андрея. На нем открываю почту и в адресатов добавляю базу электронных почт наших клиентов.

“Добрый день, уважаемые клиенты.

К сожалению, слухи о неподобающем поведении Влада Рождественского, одного из владельцев нашей компании, подтвердились. Будучи преподавателем в университете, он был уличен в связи со студенткой и сделал откровенные эротические фото, что является неприемлемым для человека в его положении.

Важно, что эта информация всплыла сейчас, когда мы можем предпринять необходимые меры для контроля ситуации и минимизации ущерба.

Понимаем, что для многих из вас это может стать шоком, и что вы не захотите подвергать свою репутацию риску, сотрудничая с нашей компанией при таких обстоятельствах. Мы готовы рассмотреть каждый случай индивидуально и найти оптимальное решение.

Прошу вас обращаться напрямую ко мне для обсуждения дальнейших шагов.

С уважением,

Андрей Касимов”

Жму отправить.

Мира

Возвращаться в Питер немного волнительно. Меня ждет встреча с Владом, что для меня несомненно очень приятное событие. Но я со страхом жду того, что будет на работе. Насколько у Андрея хватит порядочности, чтобы не разносить по офису подробности нашей с Владом личной жизни?

У вагона меня встречает Влад, и тут же перехватывает чемодан.

— Мира, наконец-то, — чувственно целует меня, давая понять, как скучал.

Я прижимаюсь к нему крепко, плотно, будто пытаясь слиться в одно целое.

— Мне кажется или у тебя появился небольшой животик? — осторожно забирается под кофту поглаживая.

— Да, ты такой внимательный, — удивленно смотрю на него.

— У меня было время, чтобы внимательно изучить информацию, чтобы быть в теме. — хмыкает.

Беру его за руку, и мы выходим с вокзала.

— До сих пор тошнит или уже легче?

— Токсикоз ушел без следа, стало намного лучше.

— Я не спрашивал, но, может, ты уже знаешь пол?

— Да, у нас будет мальчик.

Боже, зачем я так сказала?! Готова провалиться сквозь землю. Как же я могла так необдуманно проговориться? Слова вырвались сами собой, словно заготовленный секрет вдруг захотел стать явью.

"У нас будет мальчик". Эти четыре слова повисли в воздухе, вызвав мгновенное замешательство на его лице.

Мое сердце колотилось, словно пойманное в ловушку. Как теперь смотреть ему в глаза, зная, что за этими словами стоит реальность, о которой он пока не догадывается? Я почувствовала, как комок в горле поднимается всё выше, грозясь выплеснуть на поверхность ещё больше тайн и чувств.

— Мира? Посмотри на меня.

Я нашла в себе силы взглянуть ему в глаза.

— Все в порядке, эй, ты чего так разволновалась? Я принимаю тебя, а значит, и твоего малыша тоже. Дыши, — спокойным, уверенным взглядом транслирует мне то же, что сказал.

Его слова, словно спасательный круг, помогли мне чуть расслабиться. Я смотрела на него и пыталась осознать, что всё не так плохо, как я себе представляла. Его принятие и поддержка были именно тем, что мне сейчас так нужно. Я чувствовала, как напряжение постепенно покидает мое тело, а тревога уходит на второй план.

Мы проводим уютный и спокойный вечер воскресенья вдвоем. На это время я перестаю тревожиться о том, что же будет дальше, и о том, что меня ждет на работе.

Понедельник настает неотвратимо, как и необходимость появиться в офисе. Мое чутье меня не подводит. Катастрофа наступила.

Как только я появляюсь в холле фотостудии, замечаю на себе неприязненные взгляды коллег, с которыми еще неделю назад мы прекрасно проводили время на корпоративе. Атмосфера, раньше наполненная дружелюбием и смехом, теперь казалась пропитанной холодом и отчуждением. Каждый шаг давался с трудом, будто я пробиралась через густой туман недовольства и скрытого осуждения.