Бывшие
Шрифт:
– Да. Но мы остались без работы, Серёж. Ты продумал, что делать дальше?
– Конечно. Я всё продумал. Верь мне.
– Провожу пальцем по щеке, а Лиза прижимается к моей ладони. Ластится, согреваясь.
– Верю…
Счастливые глаза любимой женщины выбивают почву из-под ног. Невероятная. И теперь только моя. Пора исполнить задуманное. Именно то, что я организовал ещё в начале недели.
– А теперь собирайся. Нам пора ехать.
– Куда? Скоро Сонька придёт.
– Мы быстро. Часа будет достаточно.
– Подскакиваю, чтобы ополоснуться в душе и быстро собраться.
– Троянов, - недоверчиво прищуривается. – Скажи мне.
– Просто верь мне, Лиза…
***
Через пару дней возвращаюсь в Питер. Трёх недель было достаточно, чтобы организовать всё, что я определил для себя. Переоформление документов, как оказалось, не такой быстрый процесс, хотя, на закрытие всех счетов ушла всего неделя. Дороги назад не будет. Есть только одна – к моей Лизе.
– Любимая мама! – Расставляю руки, чтобы обнять Лиану.
– Иди к чёрту, сынок! – весело хохочет, понимая мой стёб. – Привет.
– Подставляет щёку. Лишь слегка касаюсь. Очень приятно разговаривать с новоиспечённой Трояновой, когда она мне не жена.
– Как ты?
– Отлично, как бы странно это не звучало. Мы вполне нашли общий язык с твоим отцом. Он оказался приятнее в роли мужа, чем в роли будущего свёкра. Я довольна.
– Это твой выбор. Никто не заставлял. Ты сама так решила.
– И не жалею.
– Разводит руками.
– Где он?
– В кабинете.
Я готов к тому, что произойдёт дальше. Готов ради Лизы и Сони. Ради будущего, которое возможно. Оно уже есть. Мне лишь необходимо подвести черту.
– Здравствуй.
– Отец за рабочим столом.
Редко работает дома, но, видимо, молодая жена вынуждает не покидать её надолго.
– Привет. Так быстро улетел обратно, толком и поговорить не успели.
– У меня были дела, требующие моего личного присутствия. Не мог иначе. Как тебе в роли мужа?
– Ты оказался прав. Лиана приятная. Не дура, что сразу заметно. Достаточно мозгов, чтобы не лезть туда, куда не просят. Я доволен.
Отвечает в унисон Лиане. Что ж, они вполне сошлись, и, возможно, из них получится крепкая пара. Совершенная случайность, которая свела двоих, не предназначенных друг другу.
– Что ж. Есть новость.
– Примерно предполагаю какая, но хочу услышать от него, а затем уничтожить ответом. – На свадьбе были Калашниковы. Огромное состояние, миллионные активы и дочка в твоём вкусе. Может, помнишь жгучую брюнетку в ярко-алом платье?
– Нет.
– Гостей не запоминал. В мыслях была лишь Лиза и скорейшее возвращение к ней.
– Свободна и невероятно богата. Тебе понравится. Успели перекинуться парой слов с её отцом. Его твоя кандидатура устраивает в полной мере. Договорился об ужине у них в субботу. Нужно присутствовать. Очаровать Екатерину Калашникову. Несколько месяцев и сыграем свадьбу.
– Не получится.
– Почему?
– Я уже женат.
– Поднимаю правую руку, показывая обручальное кольцо, которое три дня назад мне на палец надела Лиза.
Отец поднимается. Не понимает. Зол и разочарован. Никак иначе.
– И когда ты женился?
– В субботу. Сразу, как прилетел в Москву.
– Кто избранница?
Молчание. Лишь немой диалог взглядами. Напряжён, руки в карманах брюк. Агрессивная поза. Готов мне в глотку вцепиться.
– Лиза… - хрипит, всё понимая.
– Да. Лиза. Та самая безродная девка, которую ты с таким усердием старался удалить из моей жизни. Та самая, что, ослушавшись тебя, родила мне дочь. Соню. Твою внучку. Ей почти три. Десять миллионов и угрозы не изменили её решения. Даже фотографии, которые вы так грамотно сляпали с Антоном не смогли изменить итог – Лиза моя жена. Другой не будет.
Лицо отца дёргается при каждом моём слове, превращаясь в мерзкое месиво. Отвращение – вот, что сейчас он испытывает.
Надежда навести мосты, наладить отношения рушится на моих глазах. Он никогда не примет Лизу, не позволит войти безродной девке в семью Трояновых.
– Я лишу тебя всего! Всего, что ты имеешь! Её не будет в нашем доме, в нашей жизни не будет! Разведись, откажись, иначе, - рычит, - я заберу всё.
– А «всё» - это что по-твоему?
– Компания, накопления, активы, акции, машины…
– Достаточно, - прерываю, готовый к продолжению. – Здесь, - бросаю на стол тяжёлую папку, - всё, что ты сейчас перечислил, включая счета, депозиты, банковские ячейки, карты. Всё, что я имею в этой папке. В московской компании временно исполняющим обязанности назначил Карпова. С постоянным руководителем определишься сам.
Замираем напротив друг друга. Лицо отца перекошено от злости, ноздри раздуваются, а губы стянуты в тонкую ниточку.
– Ты отказываешься от всего. Ради чего? – цедит сквозь зубы.
– Ради своей семьи.
– И кто поможет мне в делах?
– Да вот, хотя бы Антон. Твоя правая рука. Ублюдок, выполняющий каждый приказ, каким бы омерзительным он не был.
– Он мне верен.
– Антон из сорта людей, которых я называю «проститутками». Эти люди не видят граней. Плохое или хорошее – не имеет значения. Для достижения цели даже самый мерзкий поступок считается нормой. У тебя есть положение, деньги, связи – для них ты лучший. Но как только потерял позиции – они тебя не знают. Переступили и пошли дальше, к новой цели. Вчера ты для них родной, сегодня – маска слетела с гадкой рожи, и ты пустое место. Для Антона дружба в двадцать лет не сыграла никакой роли. Он с лёгкостью предал меня, прогнувшись под более выгодного кандидата. Верен? Это ненадолго, - выплёвываю каждое слово, мысленно кромсая рожу бывшего лучшего друга. – Но ты уже взрослый, чтобы сам понимать где дерьмо, а где ароматные фиалки.
– Я никогда не приму твою семью, - почти рычит. Кажется, отцу даже говорить сложно – уровень бешенства зашкаливает.
– На положительных исход я не надеялся. Увы. Ты слишком предсказуем.
Выхожу из кабинета, чтобы покинуть дом, в котором я провёл половину жизни. Здесь ещё живы воспоминания о маме: смутные, почти стёртые из детской памяти, но всё ещё живые. Здесь даже воздух другой – родной.
– Серёжа, уже уходишь? – Лиана одёргивает за руку, останавливая. – Думала, останешься на ужин. Он тебя ждал.
– Нет, нужно возвращаться в Москву.
– Когда прилетишь снова? – в глазах теплится надежда, вероятно, с отцом ей не так просто, как показалось на первый взгляд.
– Никогда.
Закрываю тяжёлые двери, вместе с ними закрывая и своё прошлое, которому я предпочёл Лизу и Соню. Без них никак. Не выживу, не смогу существовать в этом грёбанном мире, если каждый день не буду видеть глаза своих девочек.
Я всё сделал. Поставил точку. Отрезал, разрубил, сделав выбор. Для нас с Лизой начнётся новая глава. Только наша, написанная нашей рукой.