Чтение онлайн

Юбка ползёт вверх по ногам. Резко. Рывок, почти до талии натягивается ткань. Рука Троянова между ног, а пальцы наглым образом врываются в меня на всю длину.

Выгибаюсь, пока он долбит меня на бешеной скорости и всхлипываю, потому что желаю его член в себе. Мне нужно немного. Только его, всего. Сейчас.

Звон ремня и расстёгивающейся молнии. Я в ожидании. Томительно и с надрывом. Сладко от предвкушения, тело бьётся импульсами, готовое принять Троянова.

– Ну.
– Открываю глаза, сталкиваясь с довольной улыбкой.
– Давай уже, Троянов. Иначе я прямо сейчас застегну твои брюки и выйду, оставив с диким стояком. Удовлетворишь себя сам.

– Нет, - рычит, сминая губы.

Будто заглатывает, а не целует, присваивает снова и снова, напоминая, кто здесь главный. Закидывает мою ногу на свою бедро, сжимая до хруста. Больно, но сладко.

Одним рывком входит на всю длину, выбивая из меня стон. Двигается, ускоряясь, словно безумный. С остервенением и дикостью берёт то, что итак ему принадлежит. Я принадлежу. До сих пор.

Никак иначе. И какой бы ошеломляющей ненависть ни была, я вся его. И так навсегда.

– Лиза… Лиза… - ведёт носом по щеке, прикусывает за шею. Сладкая боль. Злость на грани.

Злой секс. Когда партнёры, помимо удовольствия, причиняют друг другу боль, и смешиваясь, эти два яростных урагана, превращаются в смертоносный шторм, уничтожая обоих.

Любовь и ненависть так тонко граничат друг с другом, что, соприкоснувшись, превращают половой акт в разрывающий на атомы экстаз.

Чувствую Троянова в себе, вспоминая каждую выпуклость на толстом члене, ощущая каждое горячее движение внутри. Каждый удар отдаётся сладкой негой, разрывающей и будоражащей, каждый стон, как сладостное воспоминание о нас, которых больше нет.

– Ещё, Серёжа, ещё.
– Прижимаю к себе, почти вплавливаясь в его грудь, оставляя свой запах и стоны.

Подхватывает, опрокидывая на рабочий стол. Снимает с меня туфли, укладывает ноги на свои плечи и снова врывается в меня, не останавливается, исходится в страстном порыве. До основания, с громкими шлепками.

Рывками трахает, как сорвавшийся с цепи, зверь. Именно так нам нравится. Именно так было всегда.

Натягивает на себя, с каждым движением присвистывая со стонами. А я уже не контролирую нас. Откидываюсь назад, отдаюсь ему полностью, с потрохами для него. Вся для него.

Сходим с ума, снова сорвавшись. Нет контроля. Больше не будет. Вернулись назад, чтобы не сгореть от ненависти и боли.

Троянов нависает сверху, не прекращает двигаться. Бешеный взгляд, совершенно неосмысленный, бездумный, словно нечеловеческий. Неживой вовсе. Похотливо пожирающий меня.

Притягиваю, погружаясь в него на всю. Пока Сергей вдалбливается в меня снизу, доводит до точки. Я почти на краю, сжигаемая, накрывающим меня оргазмом.

Взрываюсь, громко вскрикивая. Трясёт от острого оргазма, бьюсь в конвульсиях, пока он продолжает трахать меня. Не остановится, пока не получит свой экстаз.

Глубокий порыв и Троянов хрипит, падая на меня сверху.

– Ненавижу… Ненавижу, за то, что сейчас чувствую… - надрывно шепчет, пока его член дёргается во мне, а ладонь до синяков сжимает бедро. Со стоном зарывается в волосы, шумно вдыхает, словно запоминая.

Срыв и чёртова капитуляция. Не прошло и трёх дней, как мы оба проиграли.

Помогает мне подняться. Словно пьяная, дезориентирована в пространстве. Чуть пошатывает, тело до сих пор дрожит от перенесённого наслаждения.

– Хоть бы спросил, можно ли кончать в меня, - рычу себе под нос.

– Насколько я помню, ты всегда пила противозачаточные. Детей не хотела, - огрызается Троянов.

– Я такого не говорила никогда. Это тебе дети были не нужны. Никто не нужен.

И папаша твой напомнил мне об этом во всех чёртовых красках.

–  Ты мне была нужна. И тогда, и сейчас.

– Заткнись, Троянов. Прошу тебя, заткнись, - снова завожусь, сметаемая злостью. – Это, как минимум, подло, бросаться такими словами, когда сам вот-вот станешь чужим мужем.

– И всё-таки, тебя это задевает, - сжимает ладони на талии, фиксирует перед собой. – Потому что я так и не сделал тебе предложение?

– Потому что я бы ответила «нет», - очередная ложь летит в Сергея, достигая своей цели в предполагаемом эффекте. Мрачнеет, подобно грозовой туче, а холодная сталь серебристых глаз прожигает насквозь.

– Не ври.
– Слишком близко, снова почти касаясь губ. – Себе не ври. Да и мне не стоит. Всё живо, правда ведь? Был уверен, что излечился от поразившей меня болезни по имени Лиза, но нет – теперь в разы хуже. Ситуация усугубляется тем, что и ты чувствуешь тоже самое.

– Ты ошибаешься, - пытаюсь врать, глядя в глаза. – Троянов мы уничтожим друг друга. На этот раз окончательно. Нельзя построить новое на пепелище, пусть даже и на ещё слабо-тлеющем.

– Всё возможно, если этого хотят оба.

– Я не хочу, - отвечаю быстро, чтобы у него не возникло сомнений, - а ты мне такой роскоши предложить не можешь, потому что через месяц женишься на другой.

Его ладони обессиленно опускаются. Нет ответных аргументов, потому что их априори не существует.

– И кстати, - задерживаюсь в дверях, - получается, ты изменил своей невесте со мной, так что мои обвинения трёхлетней давности вполне обоснованы. На измену ты способен, как бы этого не отрицал.

– С тобой – в любое время дня и ночи.
– И Сергей не улыбается. Это констатация факта, а не предположение.

– Давай договоримся – никакого секса на рабочем месте. Будешь настаивать, моё заявление тут же ляжет тебе на стол.

– А после работы?

– Я подумаю, - размытый ответ, но внутри всё клокочет от желания послать его к чёрту. – До понедельника.

Закрываю дверь и бегу как можно дальше от Троянова. Не видеть. Не слышать. Не чувствовать.

– Елизавета Юрьевна, вы уже пришли? – Яна встречает меня в дверях квартиры. – А мы кушаем, - девушка мило улыбается, поглядывая в сторону кухни.

– Дальше я сама. Спасибо, Яночка. Оплату скину на карту, как всегда. Жду в понедельник.

Входная дверь закрывается, оставляя меня наедине со своим счастьем. Трудно найти хорошую няню, но с Яной повезло сразу, и девушка работает у меня уже почти год. Ответственная, серьёзная, но при этом умеющая располагать к себе детей.