Чтение онлайн

Михаил закончил, и мы поплелись к автомобилю, оставив птичек одних на их первую ночевку в кабинете. Долгая дорога до дома прошла в тишине. Я не знала, согласится ли Оскар выделить бюджет на сотрудника, так еще и работающего на меня. Переживания не давали вдохнуть полной грудью. Лишь почувствовав вновь свободу, я ощутила, насколько сильно скучала по ней. Мою клетку лишь приоткрыли, но свежий воздух достиг легких. И теперь они болели, от его недостатка.

Еще на подъездной дорожке я увидела машину Оскара. Сердце опустилось в пятки. Он вернулся. Я надеялась обсудить птиц по телефону. После теплого салона автомобиля на улице показалось ужасно холодно. На секунду я пожалела, что попросила не заезжать в гараж. Пробрало до костей. «Он все поймет. Сразу, как заговорю о помощнике». – Я сглотнула ком, подступивший к горлу.

Не трогающее мое нутро целый день, волнение захватывало мозг. Время для паники не подходящее. Михаил весь путь до дома был мрачнее тучи. Со сведенными бровями он открыл входную дверь. Излишне картинно. Будто работал швейцаром всю жизнь. От этого стало не по себе. Наверняка Оскар написал сообщение надзирателю, после того как не обнаружил меня дома.

«Гадство! У Оскара наверняка настроение плохое. Слишком рано он вернулся! Меньше суток прошло, почему он тут?» – Ответы на вопросы поджидали в помещении. Хоть оттуда на улицу и проникал теплый свет, но идти внутрь не хотелось. Я уже знала, что уют и мнимая безопасность рядом с мужем обманчивы. Спасаться чаще приходилось не от внешнего мира, а от того, кто поклялся любить меня до конца жизни. Стоя у алтаря, я не подозревала, что жизнь подразумевается моя.

На секунду в голове появилась шальная мысль побежать куда глаза глядят, в ночь улицы, стереть ноги в кровь, но не останавливаться. Михаил терпеливо держал дверь в ожидании, когда я зайду. Я тряхнула головой, проходя мимо охранника. «Бегаю точно медленнее Миши», – подумала я, заглядывая из холла в столовую. За приоткрытой резной дверью покачивалась нога, сидящего на стуле. Из холла я видела только нервно болтающуюся туда-сюда конечность. Обзор на нее преградила Тамара, возникшая непонятно откуда со словами:

– Вас ждут.

Михаил кивнул на прощанье, но не успел уйти.

– Обоих, – раздалось громкое из столовой.

На лице охранника промелькнуло удивление. Седой мужчина, как истинный джентльмен, взял на себя ношу пройти к моему мужу первым. Я проводила взглядом бледную Тамару. Она знала, что сейчас будет. Но предпочитала делать вид, что не догадывается. Как всегда.

Я пока не понимала причины злости Оскара, но чувствовала острую необходимость спрятаться. Вместо этого шла прямо к нему. Он всегда меня находит.

Оскар сидел у изголовья стола, попивая начатый виски. В открытой бутылке осталось подозрительно мало алкоголя. Предположительно, тот перекочевал в мужа и теперь кипятил его и так горячую кровь. Глаза Оскара проскользили по мне, затем метнулись на охранника.

– Я предупреждал тебя, – произнес муж, едко всматриваясь в моего надзирателя.

– И я строго придерживаюсь ваших инструкций, – ответил спокойно Михаил.

Оскар повернулся ко мне:

– Золото мое, выгляни в окно.

Я послушно отодвинула тяжелую штору. Мирная улица не представляла ничего интересного. В окнах соседей горел свет. Красивые высокие дома за кованными заборами. Идеальная картинка. Раньше я не позволяла себе мечтать о жизни в подобном районе, а сейчас только и хотела оказаться подальше.

Очевидно, муж попросил выглянуть в окно не для того, чтобы я полюбовалась архитектурой приличного района. От волнения соображать нормально не получалось. С мужем часто не удавалось угадать, что его выведет из себя. Но я решила попытаться. Во дворе дома стояло два автомобиля. Я закрыла штору обратно и уставилась на дожидающегося непонятно чего Оскара.

– Машина, на которой мы приехали, мешает тебе? Нужно было загнать ее в гараж?

Я была уверена, что ошиблась. Но в голову ничего другого не пришло. Оскар злобно усмехнулся. Темная жидкость из граненого стакана перелилась в мужа. Стекло звонко приземлилось на столешницу из красного дерева.

– И часто вы вдвоем до ночи гуляете в мое отсутствие? – спросил грубо Оскар у охранника.

Михаил сохранял неприсущую ему во время бесед со мной вежливость:

– Мистер Стоун, если нужно добавить этот пункт в список ограничений, я это непременно сделаю.

От напряжения я прикрыла глаза. Охранник ответом указал Оскару на недоработки. Муж такое не любит, но вступаться за Михаила я не собиралась. Это бы разозлило Оскара еще сильнее.

– Сними рубашку, – приказал муж надзирателю.

В этот раз тот не сдержал удивления. Седые брови приподнялись, но Михаил расстегнул пиджак, повесил его на руку, затем снял кобуру. Краем глаза я видела, как пистолет накрыла белоснежная рубашка. Оскар постукивал пальцем по пустому стакану, дожидаясь, пока нанятый им человек, выполнит приказ.

Муж поднялся. Я наблюдала, как он обходит Михаила, внимательно рассматривая татуированный торс. «Жуткий тип», – испуганно летело в моей голове при виде церкви на спине и креста на груди. Оскар вроде не заметил, как я пялюсь на охранника, потому что никак этого не прокомментировал.

Муж остановился спиной ко мне, загородив Михаила.

– Повторю, Эл невероятно обаятельная, но если ты ей поддашься, то умрешь.

– Начальник, я помню, – заверил спокойно надзиратель, словно ему прилюдные оголения и осмотры не наносили никакого дискомфорта.

Оскар кивнул:

– Оставь нас, с утра переговорим.

Михаил молча удалился. Одеваться, видимо, решил у себя. Входная дверь хлопнула. Охранник направлялся в домик для прислуги, выделенный ему лично. В основном доме помимо нас с Оскаром проживала только Тамара.

Пощечина прилетела так неожиданно, что я потеряла баланс. От копчика по телу распространилась острая боль. Щека горела, но, очевидно, силу в удар Оскар не вкладывал. Муж вернулся к столу. Остатки алкоголя оказались в стакане.

– Позоришь меня перед людьми, – выдал муж, а затем плюхнулся на стул.

Мы уставились друг на друга.

– Не обязательно раздевать людей, чтобы спросить, спим ли мы, – пробормотала я, сидя.

Подниматься смысла нет. Все равно вернусь в скором времени на пол.

– А ты со всей прислугой спишь? – язвил муж, поглощая остатки виски. – Тамара тоже в опасности?

Оскар направился к бару. Из шкафа муж достал закрытую бутылку. Он посылал мне улыбочки, пока открывал ее. Я не оспаривала его заявления, когда Оскар в таком состоянии. Да и доказать человеку, убежденному в своей абсолютной правоте, ничего невозможно. Муж не простил мне увольнение водителя. Хотя прошел уже год после того, как Оскар увидел на шее парня засос, а на спине царапины.